Наследство смертника - Майкл Утгер

Машина тем временем продолжала погружаться в тину, принимая положение свечи. Поскользнувшись, я упал. К задним дверцам пришлось ползти на спине. Здесь меня также поджидала неприятность. Ручек с внутренней стороны не оказалось. Идеально гладкая поверхность без окон. Уперев плечи в гроб, я со всей силой ударил ногами по створкам. Двери остались на месте, первая попытка удачи не принесла. Топь забурлила. Катафалк медленно, но верно проваливался сквозь землю, Я собрал все силы и вложил их во второй удар. На этот раз двери слетели с петель. Ненасытная пасть болота сожрала половину машины. Мне удалось ухватиться за выступ задней подножки, я подтянулся и, забросив ногу за бампер, оседлал его. Вода продолжала заполнять салон, каждая секунда приближала гибель. Оставить в болоте полтора миллиона я не мог. Без Лоты мне нечего делать на земле.

Перегнувшись вниз, я ухватил ее за волосы и потащил на себя. Она уже плавала в черной мутной тине, второй рукой мне удалось зацепить ее за подбородок. Вытянув девчонку наверх, я перевалил ее через бампер и с силой отбросил на сухой участок земли.

Когда я встал, балансируя на подножке, задние колеса катафалка уже затянуло, вода подбиралась к ногам. Я оттолкнулся и прыгнул вперед, ноги соскользнули с металла и приземление получилось неудачным. Распластавшись лягушкой, я почувствовал, что нижняя часть моего туловища оказалась в воде. Вдруг меня будто дернули за ноги и я ушел по грудь в тину. Мне чудом удалось дотянуться до выступающего из земли корня. Вцепившись в него мертвой хваткой, я потянул его на себя. Две минуты отчаянной борьбы за жизнь, и мои мышцы выиграли поединок с мерзким чудовищем.

Оказавшись на сухой поверхности, я привалился к дереву и перевел дух. Катафалка больше не существовало, одни лишь пузыри на черной поверхности болота. Маргарет О’Нейли погребена, и ее сестре так и не удастся проститься с ней. Я похоронил ее без согласования с родственниками.

Фонарь был потерян и найти его я не смог. Пошарив в карманах, я, к счастью, нашел спички, одна из десятка зажглась.

Лота лежала в двух шагах на кочке, ее грудь вздымалась и это для меня было важнее всего остального. Я выбросил догоревшую спичку, взвалил женщину на плечо и побрел к шоссе. Сколько времени занял мой путь – один бог ведает. Об усталости думать не приходилось, главное теперь – добраться до Корины, она сумеет поставить все на свои места.

2

На опушке Лоту пришлось оставить. Прислонив ее к дереву. Я выбрался на трассу и пошел по шоссе в противоположную сторону от города. Одно только ощущение твердой почвы под ногами придавало мне сил и уверенности. Моросил мелкий дождь, пустынная ночная дорога с трудом просматривалась в слабом лунном свете. Прислушиваясь к тишине, я постоянно оглядывался назад. Каждая машина, идущая из города, могла быть нашпигована полицейскими. Так я прошел не меньше четверти мили, пока не услышал слабый гул мотора. Машина шла мне навстречу. Я вышел на середину магистрали и остановился. Вдали появились две горящие точки. Они приближались. Рокот двигателя становился громче. Теперь я уже не сомневался, что приближается грузовик. Никакой кретин не решится остановить машину, заметив на ночной дороге подобное пугало. Но пропустить его я не мог. Если шоферу встретится патруль, он тут же доложит о странном субъекте, встреченном на шоссе. Так не пойдет. Этому парню меня не объехать. Слишком узко. Пусть давит, но с места я не сдвинусь. Луч фар ударил по глазам. Я расставил руки в стороны и зажмурился. Мощный мотор ревел совсем рядом. В отличие от меня, шофер пребывал в полном здравии и рассудке. Он не стал подминать под колеса психа, выросшего на его пути. Завизжали тормоза. Я открыл глаза.

Шагах в пяти от меня замер гигантский тяжеловоз. Что-то крикнули из машины, но я не разобрал слов и продолжал стоять на месте. Только бы он был один, молил я всех святых. Огни подфарников слепили глаза и кроме моросящей пыли, сверкающей на свету, я ничего не видел. Послышался звук хлопающей дверцы, кто-то спрыгнул с подножки на землю и направился в мою сторону. Через мгновение я различил клетчатый пиджак, кепку, еще секунда – и передо мной выросла фигура с широченными плечами. Огонек сигареты осветил скуластое обросшее лицо.

– Ты чокнулся, малый? – гаркнул он, остановившись в трех шагах от меня.

В правой руке парень держал увесистый гаечный ключ. Видно, не новичок в дорожных происшествиях. Ближе, как я пенял, он подходить не собирался. Нападать рискованно, недолго схлопотать по темени железякой.

– Мне нужно в город. У меня угнали машину.

Шофер молчал. Очевидно, взвешивая мои слова. Я добавил:

– Помоги мне, у меня вывихнута нога. Они избили меня.

– Кто?

– Откуда я знаю.

– А ты олух, что ли? Кто же останавливает машину на ночной дороге?!

– Я думал, они приличные люди.

Он мне не верил и правильно делал, но сама версия о «приличных людях» подействовала на него. Мой черный костюм и белая сорочка имели ужасающий вид, но меня же избили, и парень понимал, что не в таком виде я вышел из дома.

– Иди в машину, – сказал он, смягчаясь.

Я сделал шаг, подогнул ногу, завопил и опустился на колени. Получилось недурно. Шофер подскочил ко мне и тут же получил удар головой в солнечное сплетение. Запрещенный прием при захвате в регби. Парень согнулся пополам, хватая ртом воздух. Я нанес еще пару ударов и на некоторое время отправил его в сонное царство.

Пришлось позаимствовать у водителя его пиджак и кепку, взамен я оставил ему свой смокинг, думаю, в накладе он не остался. Оттащив его в кювет, я вернулся к тяжеловозу, залез в кабину, и гигантская машина продолжала свой путь с новым рулевым.

Лота оставалась там, где ее бросили. В кузове, крытом брезентом, нашлось место, я уложил девчонку на настил за ящиками и загородил от любопытных глаз разным хламом. Машина везла прохладительные напитки в Сан-Франциско. Безобидный груз, вот только шофер оказался олухом!

Когда тягач тронулся, небо уже светлело. Привести Лоту к старухе ночью, как хотела Корина, не удалось. Правда, сейчас многое потеряло свой первоначальный смысл. Я взглянул на часы, стрелки показывали пять тридцать две.

Они подкарауливали меня мили за три от города. Этого следовало ожидать. Четыре патрульные машины перекрыли шоссе. Кучка полицейских, человек семь, стояли возле одной из машин. Ребята скучали, Как бы им в голову не стукнуло сорвать на мне зло. Первая мысль была – проскочить кордон. Мне ничего не стоило протаранить их стенку, но я мог задеть людей, а на такое пойти у меня не хватит пороху. Я все еще не забыл смерть Линды, она навещает меня по ночам и зовет с собой. С меня хватит.

Я сбросил скорость и остановился. Несколько человек начали осматривать машину, сержант подошел к кабине.

– Привет, дальнобойщик.

– Мне за это хорошо платят, а за какие дивиденды вы тоскуете на шоссе среди ночи?

– Ловим покойников. Тебе по пути не попадался катафалк?

– Было дело. Часа полтора назад. За рулем сидел лихач. Мне казалось, он торопился на собственные похороны или боялся, что труп испортится раньше времени.

– Я так и думал! – рявкнул сержант и плюнул на бетонное покрытие дороги, – Зря мы здесь время тратим.

– А я говорил, – вмешался второй коп, подходя к грузовику, – он давно бы здесь появился, если бы решил ехать в город.

– Вы тут разбирайтесь, ребята, а мне надо пилить дальше, – напомнил я о себе.

Сержант приказал одному из полицейских отогнать машину, перекрывавшую шоссе.

Опять пронесло. Фортуна забыла обиды и показывала мне свой профиль.

Спустя сорок минут я добрался до места встречи с Кориной. Она вытаптывала асфальт вокруг «понтиака», утопавшего в в окурках. Ее состояние можно было понять. Меня она узнала, когда я спрыгнул на землю.

– Боже! Что за маскарад! Где Лота?

– Открой заднюю дверцу, сейчас увидишь свою подопечную.

Несколько минут у меня ушло на то, чтобы вытащить Лоту из кузова. Когда я нес ее к «понтиаку», из-за угла вынырнуло такси. Шофер притормозил возле меня и высунул голову из окошка.

– Хороший товар возишь, приятель!

Я не ответил, донес свой груз до машины и уложил на заднее сиденье.

– Накачалась сучка! – услышал я голос Корины. – Каждый раз в таком виде отправляем ее к мамочке.

– Давайте ее мне. Я знаю, что с такими делать.

– А с трезвыми сладить не можешь?

– Садись, попробуем.

– В другой раз.

Я сел за руль, Корина рядом. Таксист загоготал и поехал своей дорогой.

– Что с ней? Она жива?

– Морфий. Пусть спит.

– Дьявол! Как же мы отвезем ее к старухе?

– Сначала домой. Приведем девку в божеское состояние и доставим в лучшем виде.

– Но днем опасно… – Заткнись! – сорвался я.

Впервые Корина проглотила мой окрик. Мне даже показалось, что она меня побаивается. Я, действительно, стал уже не тот, что был неделю назад. От некоторых мыслей мне самому становилось страшно. Раньше ничего подобного мне и в голову прийти не могло, а теперь…