Южный крест - Максим Шахов

На традиционном охотничьем пикнике в конце дня она оказалась в центре внимания. Ее все поздравляли с боевым крещением и норовили чокнуться с ней рюмками. Охотники помоложе напропалую волочились и делали вполне прозрачные намеки на то, что в домике, где они находились, имеется много укромных мест для любовных утех. Люди солидные приглашали ее с мужем в гости. Ее внимание привлек рыжий детина, на голову выше ростом всех окружающих. Видно было, что он в компании на особом положении: с одной стороны, его презирали и в то же время опасались, а с другой – его подобострастно терпели по причине, ей непонятной. Давешний офицер, уже изрядно захмелевший, объяснил ей, что это Октавио Дуглас, командир роты парашютистов и, как говорили злые языки, внебрачный сын самого генерала Ордоньеса – главного претендента на победу в будущих президентских выборах.

– После гибели единственного сына Ордоньес, видно, проникся к Октавио запоздалыми отцовскими чувствами, – язвительно сказал офицер, опасливо косясь на Дугласа. – А парень – настоящий висельник. От него лучше держаться подальше…

На Варвару будто снизошло небесное озарение. Она отчетливо увидела уже готовый тандем, способный забросить ее на высоту самой смелой мечты. Ошарашенная такой неожиданной удачей, она отошла в сторону от шумной компании и собралась закурить, но тут ее плечо пронзило болью. Мощная мужская ладонь сдавила его с такой силой, что Варваре показалось, что рука совсем отнялась. Она резко повернулась и увидела перед собой светло-голубые, почти бесцветные глаза Октавио Дугласа, в которых читались пустота и сосредоточенность, как в глазах приготовившегося к роковому прыжку хищника.

– Сейчас пойдешь со мной, – сказал он не терпящим возражений тоном. – Ты мне нравишься.

Он широко улыбнулся, и от этой зловещей улыбки Варвару на мгновение будто парализовало. Но она быстро собрала волю в кулак и, выхватив из кармана никелированный револьвер, с которым никогда не расставалась, с силой уткнула его дулом в пах неотесанному ухажеру.

– Пожалуй, не получится. У меня месячные. И вообще я по субботам не подаю.

Она оттолкнулась от массивного торса удивленного, но не испугавшегося Дугласа и уже с расстояния в несколько метров добавила с сарказмом, но не зло:

– Если невтерпеж, сбегай к проституткам. А вообще, для начала тебе не мешает взять пару уроков хорошего тона. Позвони мне через неделю с утра. Мой шофер заболел, свозишь меня в домик в Сан-Роке.

Она снова нырнула в потеплевшее от выпитого мужское общество, где рыжего громилу не очень привечали. Дело было сделано – она нашла то, что искала, и, судя по всему, желание сблизиться оказалось взаимным. Теперь следовало довести возникший у Дугласа интерес к ней до состояния неумолимого желания, которое затем нужно переплавить в страсть. Тут главное не упустить тот момент, когда страсть начинает размягчать волю, превращая человека в восторженного и послушного щенка. Именно тогда можно вживить в его сознание свои идеи и желания, которые тут же станут его собственными и за которые он будет бороться до последнего вздоха.

Позвонил Октавио Дуглас не через неделю, но и не на следующий день, как она предполагала. Прошло долгих три дня, прежде чем она услышала в телефонной трубке хрипловатый баритон рыжего парня. К тому времени она уже кое-что разузнала касаемо самого Дугласа, а также общего отношения местной элиты к бастардам. Оказалось, что в Эссекибо общественные устои находились на уровне средневековья, и лишь быстро меняющаяся жизнь заставила их чуть-чуть сдвинуться в сторону адаптации к мировому прогрессу. Тем не менее незаконнорожденный ребенок, сколь бы умным и талантливым он ни был, не мог претендовать даже на невысокий пост в государственном аппарате, а в армии он мог подняться в звании не выше капитана. Оставался только бизнес, но и здесь на пути у приблудного сына возникало много препятствий. Это и определило линию поведения, которую Варвара решила выбрать в отношении Октавио. Болевые точки были налицо, необходимо только вовремя и с нужной силой надавить на них.

Дуглас решил сразу брать быка за рога и настойчиво стал приглашать Варвару к себе.

– У меня отличная квартира в Старом Городе, нам никто не помешает.

– Надеюсь, ты не обидишься на меня, если я скажу, что моя квартира в квартале Нуэва-Суиза будет пошикарнее твоей. Я не говорю уже об усадьбе в Сан-Роке, – сказала она снисходительно. – Тем более у меня есть богатый муж и, как ты заметил на охоте, еще десятка два претендентов на роль любовника. Неужто ты думаешь, что я брошусь в постель к первому мачо, который поманит меня пальцем? Если я тебе нравлюсь и ты хочешь познакомиться со мной поближе, советую тебе подобрать сопли и заняться тем, чтобы доказать мне, что ты заслуживаешь моего внимания. Мой муж скоро уезжает в горы, так что, если хочешь отличиться, поехали со мной охотиться на кайманов.

Варвара сама не заметила, когда переступила ту черту, за которой ее воля вдруг стала убивать. Наверно, этот адский огонь был спрятан где-то очень глубоко в ее душе, но до поры до времени не вырывался наружу. По-видимому, она искала острые ощущения – ее занимала ловля акул и марлинов, на охоте она шла навстречу кабану или ягуару, не чуралась крови во время разделки дичи и даже дошла до охоты на людей. Но заглушить дьявольский зов лежащего на ней проклятья так и не смогла.

Однако как только женщина узнала об уране, все стало на свои места. Где-то ослабли узелки, стягивавшие ее смирительную рубашку, и она легко сорвала ее, оставшись перед миром в вызывающей наготе своей страсти. Первым ощутил на себе степень ее новой свободы несчастный Альберто Фонсека. Он часто возвращался к теме разработки урана, а последний раз даже высказал мысль, что неплохо бы организовать государственный переворот, тем более что предпосылки для этого в любой латиноамериканской стране всегда нашлись бы. А пока политики будут делить власть, можно прибрать к рукам пустынное плоскогорье Месета-де-Олвидо. Варвара не думала, что у ее мужа хватит характера и устремленности воплотить в жизнь эту идею, но испортить дело он, несомненно, смог бы.

К тому времени приручение Октавио Дугласа успешно завершилось, и его можно было пускать в дело. Несколько намеков и жалоб, искусно завуалированные посылы – и Октавио сам вызвался решить проблему с мужем. Тогда он еще толком не знал, в чем дело, но убрать с пути соперника для него – дело плевое. Альберто Фонсека однажды не вернулся из поездки в горы, а его истерзанное тело нашли в лесу у дороги.

В награду за преданность Варвара нашептала Октавио нужные слова, с которыми он должен был обратиться к своему высокопоставленному родителю. Вскоре министр обороны издал приказ о введении роты парашютистов в президентскую гвардию и назначении Октавио Дугласа заместителем командира батальона гвардейцев. Затем на погоны счастливого Дугласа капнула недостижимая майорская звезда, и он окончательно поверил в гений своей златовласой возлюбленной.

Обработка самого Ордоньеса требовала более тонкого подхода, так как стареющий генерал не интересовался женщинами, а страстно алкал единственного эликсира жизни, каковым считал власть. Используя свои новые знакомства, Варвара смогла попасть на один из приемов, где присутствовал Ордоньес. Дальше с помощью умелых телодвижений и находчивых слов она смогла приблизиться к генералу на интимное расстояние и сказать несколько ключевых фраз, которые были тщательно продуманы заранее. Брошенные ею зерна тщеславия попали на благодатную почву и вскоре взошли буйными побегами. Разумеется, Ордоньес не бросился с бухты-барахты в ее объятия, а долго принюхивался и прислушивался, анализировал и проверял информацию. Вскоре он раскопал сведения о любовной интрижке своего байстрюка с этой эффектной блондинкой и тогда решил кардинально прояснить ситуацию, пригласив их обоих к себе в загородный дом.

Дугласа такое приглашение напугало, так как папаша, пожалуй, единственный человек, которого он побаивался. Но Варвара была полна энтузиазма и приехала на встречу в состоянии эмоционального и творческого подъема.

– Я много думал о том, что вы мне сказали тогда на приеме. Как же мне прикажете истолковать ваши слова, милое дитя? Ведь это, без сомнения, был намеренный посыл. Что вами движет?

– Я думаю, вы знаете, что я хорошо обеспечена и не беспокоюсь о будущем, – начала Варвара издалека. – Вот рядом сидит ваш сын, который мне не безразличен. Его унижают и притесняют за вашей спиной, и если бы не моя изобретательность, то он до сих пор командовал бы ротой где-нибудь в дремучей сельве.

– А, так это была ваша идея? Элегантно. Если все ваши идеи настолько же тонки и действенны… Так что же все-таки вами движет?

– Тщеславие. Элементарное тщеславие. Меня не устраивает муж-майор и брюзжащий отставной генерал в качестве свекра. У меня большие требования к мужчинам.