Наказание и преступление. Люстрация судей по-Харьковски - Тарас Покровский

Такая же проблема наблюдалась и на стадии выполнения второй задачи. Регламентом закона запрещалось выдавать в одни руки займ больше чем 10 % от капитала. Вообщем получалось, что так или иначе, при запуске работы учреждения, при попытке решения первой задачи, и при решении второй, все парализовалось законом, который, по идее, был писан наоборот, для обеспечения этой же работы.

Но не смотря ни на что, Куле нужно было двигаться вперед, так как назад пути в данном случае не было. Поэтому поразмыслив и обдумав все варианты, было принято решение обеспечить нужную величину капитала хитрым способом. Хитрость состояла в том, что был оформлен, то есть принят объемный, фиктивный паевой вклад, не гарантирующий прибыли, от одного человека, который тут же выдался под большие проценты в фиктивные кредиты, чтобы обеспечить адекватность наличность в кассе. Учитывая, что этот паевой вклад на тот момент являлся одним из слагаемых общей формулы величины капитала, такая мера позволила за короткий срок сформировать его нужную величину до необходимого уровня. Через какое-то время фиктивный кредит, выданный нескольким лицам по подложным документам, был благополучно возвращен в кассу, а соответственно, чтобы не рвалась касса наличности, в тот же момент был возвращен и фиктивный паевой вклад. Все вернулось на круги своя и никто не пострадал.

Во всей этой цепочке событий незаконно произведенных было только одно: выдача нескольких фиктивных кредитов по подложным договорам на подставных лиц. Паевой вклад Куля оформил от своего имени, а вот подставных лиц на роль заемщиков пришлось поискать. Но долго ли умеючи, тем более, когда это было жизненно нужно для дела, и никто при этом не страдает. Так тогда думал Куля…

Образно говоря выровняв допустимый крен, образовавшийся в пределах допуска при старте, уладив таким образом все шероховатости, Кулино учреждение запустилось в полноценную работу.

Как следствие от проведения правильно всех необходимых организационных мероприятий накануне начала работы, первая задача по обеспечению притока денежных средств, со старта начала выполняться на уровне выше ожидаемого. Но это отнюдь не было проблемой. По давно имеющейся договоренности львиная доля привлеченных средств уходила на финансирование бизнес-проектов центра. Формирование собственного кредитного портфеля Куле и Гвоздику этой договоренностью полагалось только в случае наличия свободных денежных ресурсов от заявок на кредитование заемщиков из центра. Поэтому такое перевыполнение задачи Љ1 было им наруку в том смысле, что уже сейчас появилась возможность подумать о своих собственных проектах в рамках выполнения задачи Љ2 самостоятельно без участия центра. Куля с Саней Гвоздиковым в этой связи были в мыле от незапланированных телодвижений, но счастливые и воодушевленные. И не смотря на то что было много работы, дело ладилось в мечты верилось.

Все складывалось как нельзя лучше, с центром отношения у Кули вроде бы стабилизировались, как известно когда дело ладиться противостояние личных амбиций отходит на второстепенный план. Кредитная линия, оформленная когда-то на Кулю в материнском отделении, которая формировалась целевыми займами на финансирование затрат по запуску в работу Харьковского отделения, с момента образования у этого отделения собственного кредитного портфеля, а соответственно и собственного дохода, перестала увеличиваться. И хотя по задумке основателей корпорации величина этого Кулиного займа должна была быть в разы больше, дабы иметь возможность подольше продержать его у себя на коротком поводке, с учетом удачного запуска и удовлетворительным обеспечением финансовыми ресурсами, накал противостояний поугас, и появилось ощущение установления мира под светлым голубым небом развитого социализма, где от каждого по способности — каждому по труду.

Но судьбой было предназначено иначе. Очень не долго продлилось Кулино ощущение абсолютного счастья. Произошло то, чего не должно было произойти, казалось бы, никогда. Предусмотреть этого не мог ни Куля, ни друг Гвоздик, ни партнеры из центра, и вообще никто из людей, если они не из разряда людей типа Вольфа Мессинга или Ванги. Наверное тот кто послал, как казалось недавно Куле, ему в партнеры Саню Гвоздикова для достижения паритета сил сторон, наблюдая сверху за украдкими улыбками Кули по этому поводу, тоже тогда улыбнулся в ответ Кулиной наивности и простоте.

Открывшись в октябре, проработав до конца года на полных парусах, отметив счастливо Новый год, руководство Харьковского филиала было приглашено во второй части января в Киев на встречу в центре глав всех отделений. Намечалось проведение совещания одновременно всей группы, которое предусматривалось самой концепцией создания финансовой корпорации, и сейчас было объявлено впервые в таком широком формате. Назначено оно было на субботний день, чтоб не отрывать людей от дел в течении рабочего времени, а с другой стороны, по сведениям проверенного источника, после официальной части планировался небольшой фуршет, который как правило из практики очень вероятно будет иметь продолжение более тяжелого увеселительного характера с ночным посещением боулингов или дискотек, что в любом случае требует на следующее утро свободного от работы дня.

В состав руководства Харьковского филиала входили глава правления общества Гвоздиков Александр и глава наблюдательного совета Куля Павел. И Саня и Павел восприняли это приглашение с ожиданием и некоторым воодушевлением, и обязательно собирались там быть. Кроме профессионального интереса к предстоящей командировке, присутствовало и простое любопытство к такому формату встречи. Харьковчане знали, что их филиал относится к одному из сильнейших из всех девяти отделений в группе, если брать во внимание потенциал и учитывать их юный, относительно некоторых в группе, трехмесячный возраст. Это осознание давало приятное интригующее чувство значимости на предстоящем знакомстве, хотя Куля большинство людей там уже знал.

Учитывая, что мероприятие было назначено на уикэнд, Ирина, супруга Кули, скучая за своим мужем и надеясь хоть на выходные дни побыть в его обществе, напросилась в Киев поехать с ним. Как раз в этот год январь выдался очень снежным настолько, что в Харькове на автомобиле ездить было очень сложно и не комфортно. Естественно ехать в Киев на машине, как было принято обычно, в такую погоду, было тоже глупо. Поэтому было принято решение в Киев ехать всем желающим на поезде с расчетом на веселое времяпровождение в столице без ограничений, которые вытекают из потребности садиться за руль автомобиля. У Кули в этом городе были хорошие друзья, с которыми он с удовольствием предпочел бы проведение уикэнда в формате с женами, что впрочем никак не мешало и возможной корпоративной заворушке делегаций без галстуков, после отбытия официальной части сбора всей корпорации. Так как Санина супруга еще не успела перебраться на постоянное место жительства в Харьков из Луганской области, Харьковская делегация в формате без галстуков состояла из троих человек.

Вечером в пятницу Куля с женой и Саня встретились на железнодорожном вокзале. Из-за очень тяжелых погодных условий, сильного снегопада, мало того, что пришлось на такси приехать гораздо раньше нужного времени, так еще и само отправление поезда отложили на полтора часа. Учитывая, что у всех собравшихся было великолепное, можно сказать праздничное настроение, такая мелочь, как задержка поезда, не могла повлиять на общий уровень эйфории. Празднование несуществующего праздника, как это обычно бывает в спонтанно создавшихся обстоятельствах, началось тут же в привокзальном кафе. Все было вообщем то обычно, первый заказ: 300 грамм коньяка, фруктовая нарезка, шоколадка и три кофе. Второй заказ мало чем отличался от первого, в нем не было шоколадки. Компания собралась простой без гламурных наворотов, но до одури веселой и даже родной. Как в кино с интригующим сюжетом четвертым пассажиром в их купе оказалась очень симпатичная одинокая девушка, а так как начатое в кафе и без этого нюанса предполагало некоторое продолжение, то понятно, что в поезде оно теперь приобрело новый аромат в настроении некоторых. Но доблестная Ирина, не смотря на нарастающий кураж веселья, четко дала понять этим некоторым, что она не допустит того чем запахло кое от кого, при виде совершенно ни в чем не виновной попутчицы, в ее то присутствии, и при живой то жене. Вот так, расставив все точки над і, и разделившись на два лагеря мальчиков и девочек на почве вечного спора между мужчинами и женщинами о любви, преданности, о супружеском долге и семейных обязанностях, веселая компания четверых громко дискутировала почти до утра, пока не получив замечание о излишнем позднем шуме от соседей, не успокоилась и улеглась спать каждый на своем месте согласно купленных билетов. И ничто не предвещало беды…