Последний Сеанс - Александр Шашкин

выпал из рук, нога подвернулась, и слетел кроссовок. Не останавливаясь, она сделала ещё несколько шагов, но вдруг оступилась. Свалившись вперёд, сильно ударилась подбородком. Снова клацнули зубы, сверкнули искры, а во рту стал ощутим вкус крови. Ударяясь, Лора в двух местах прокусила себе губу. Не останавливаясь, в полном отчаянии, она сначала ползла, потом перебиралась на четвереньках, затем как-то поднялась и продолжила бег в неизвестном направлении. Голова вообще не воспринимала и не принимала случившееся. Лора просто изо всех сил бежала куда-то, вообще не понимая – куда. Хлюпая носом, глотая и выплёвывая кровь, не оборачиваясь она пыталась спастись, но, к сожалению, её уже встречал Монгол. Её было слышно издалека, и он приготовился к встрече. К его удивлению, он обнаружил, что девушка бежала одна, а это значило, что Урод частично выполнил свою работу и уже где-то пакует паренька.

Пульс слабо, но прощупывался. Нож торчал в теле, а Тима лежал, опрокинув голову назад, без движения. Урод достал из кармана верёвку и выругался:

– Живучий гад.

Связав сначала руки, а потом и ноги, он перевернул Тиму на бок. Управившись, он достал сигарету и закурил, сидя на земле и опершись о дерево спиной. Кисти были полностью измазаны кровью, одышка душила его, но он всё равно курил, делая короткие затяжки. Затем, оттащив тело парня к большому кусту, Урод включил фонарь и пошел по тропинке вдоль забора на встречу к Монголу.

Лора шла куда-то, куда сама не понимала. Она знала, что нельзя останавливаться. Нужно двигаться. Нужно выбраться и привести кого-то на помощь. Она не может бросить любимого, но что от неё толку. Если их обоих поймают, то уже никто им не поможет. Нужно найти выход. Глаза привыкли к темноте, но понять направление движения было невозможно. Лес был повсюду. Сейчас она думала только о Тиме и двигалась по направлению к выходу. Только вот на её пути встал ещё один преступник, который никак не мог позволить ей уйти.

– Ку-ку, милая! – Лора вздрогнула от неожиданности. И вместо того, чтобы повернуться в сторону голоса, резко рванула в обратную. Но шансов скрыться у неё не было. Через каких-то пять-десять секунд она уже лежала на грунте, лицом уткнувшись в траву. Во рту была земля, трава и сопли. Жадно глотая воздух, Лора уже не сопротивлялась, а её руки были связаны за спиной.

– Ну что, приехали? Как же так? Что же вам не спится по ночам?

Лора не кричала, не молила о пощаде, а притворилась, что потеряла сознание.

«Если я буду спокойна, то смогу усыпить его бдительность», – думала она.

– Ты что там? Отключилась что ли?

Лора не отвечала. Тогда он достал из кармана грязный рваный платок и запихал ей в рот.

– Будь хорошей девочкой, и я не обижу тебя, ну, может, только чуть-чуть.

Монгол гладил Лору по груди одной рукой, а второй сжимал её шею сзади. Лора не подавала признаков сознания, и Монгол расплылся в улыбке, представляя, как он воспользуется беспомощным положением девушки. В этот момент он краем глаза увидел движение в деревьях. Это был его напарник. Тогда Монгол погрузил девушку на плечо и понёс в сторону мигающего и приближающегося света.

Урод прыгнул навстречу как собака, виляющая хвостом от радости, что хозяин после долгого рабочего дня вернулся домой с вкусной косточкой для любимого питомца. Он жаждал удовлетворить свои больные сексуальные фантазии и с Лорой.

– Дай мне эту овцу, я ей объясню, как нужно с мужиками общаться!

– Не время, успеешь, – оттолкнул его Монгол.

– Эта шкура мне баллоном газовым прыснула в лицо. Я чуть не задохнулся.

– Ну и что теперь? Где пацан?

– Спит.

– Совсем?

– Нет, храпит, связанный. Ждёт любимую под кустом.

– Это хорошо, но у нас мало времени. Про машину не забыл?

– Бля, точно. Ну, так что, может, сначала машину тогда? Этот боров, слышишь, не из робкого десятка. Сопротивлялся.

– Ты не плачь только, справился, и хорошо. Давай я мадам понесу в приёмку, а ты пацана.

– Пацана? Этот чёрт около центнера весит. Я сам не справлюсь.

Носилки нужны.

– Хорошо, пойдём вместе к нему, а там решим.

Поочерёдно меняясь, они несли Лору на встречу с её любимым.

– Вот он, фраерок, отдыхает под осиной. Подосиновик. Ха. Ну что ты, чушкарь, уже не такой резкий, живой хоть?

Тима, придя в себя, пытался развязать верёвку, но узлы были затянуты искусно, да и кровоточащая рана не давала двигаться и отбирала силы. Он прополз каким-то образом около пяти метров, но лишь потерял больше сил и крови, напрягаясь.

– Ну, хорошо, оставайся тут с ним, заткни ему пасть и жди, пока я вернусь.

– Почему я, и что ты вообще раскомандовался? Давай наоборот. Ты оставайся здесь, а я её оттарабаню.

– Я сказал: не сейчас. Успеешь ещё оттарабанить её. Нам ещё с машиной надо что-то придумать. Скоро рассвет.

– Ну, Монгол, я имел в виду: давай я её оттяну в «душняк», а потом с носилками вернусь. Я быстро.

– Нет, – отрезал Монгол и удалился.

– Ну шо ты, чепушило, догулялся? Всё, попал ты, – плюнув на Тиму, Урод, опершись спиной на дерево, сполз по его стволу на землю и закурил, прищурив один глаз.

Глава 15

Мамонт, огромный, с длинными, толстыми, как брёвна, и волосатыми руками выглядел как горилла. Он передвигался по всегда тёмному подвалу заброшенного барака, некогда служившего одним из корпусов психиатрической больницы, сгорбившись. У него и в самом деле был горб. Казалось, могучие руки мешали ему выпрямиться и тянули всё тело к полу. Огромные, как лопаты, кисти рук, длинные, мощные, как пассатижи пальцы, как гири висели и придавали общему виду Мамонта устрашающий вид. В нём было страшно всё. Он мало походил на человека, а больше был похож на монстра, персонажа комикса или детской страшилки про гоблинов. Этот получеловек полу-животное передвигался боком, с одышкой, в полуприседе, и выглядел как подбитый раненый медведь-людоед. Голова с редкими и длинными волосами тоже была наклонена вперед. Толстая шея состояла из нескольких колец жировых складок. Из-под больших, толщиной с палец надбровных дуг торчали выпуклые чёрные глаза. Он громко сопел при ходьбе. Часто цеплялся за откосы дверей и стен, передвигаясь по периметру подвального помещения. Его быт разделял ещё один постоянный житель подземелья. Мамонт кормил его, убирал экскременты и иногда выпускал порезвиться.

Яна слышала сопение в коридоре. Она прислушивалась к звукам, но не могла понять, кто их издаёт. В висках что-то стрельнуло, после яркой вспышки появилась