Коммандер Граймс (Сборник) - Бертрам Чандлер

- Я сыграю на боевой волынке, - решительно сказал Граймс - В вашу честь.

"И в честь Джейн Пентекост, - добавил он про себя. - И в честь всех остальных... А я?.. Самое скверное - чтоб я знал, чего мне это будет стоить..."

Глава 17

"Эпсилон Секстана" по-прежнему мчался сквозь темные измерения, сквозь пространство и время. Но на борту время не утратило своей власти. Хронометр отсчитывал минуты и секунды, подчиняя этот маленький рукотворный мирок самому могущественному богу Вселенной, в которого верили даже служители науки - Часам. В рубке и двигательном отсеке сменялись вахты, в положенное время еда появлялась и исчезала в желудках людей. Мало-помалу даже промежутки между дежурствами перестали казаться бесконечными. Кто-то нашел шахматы, кто-то достал карты и организовал школу бриджа.

И лишь одному роду развлечений, самому древнему и самому приятному из всех, не уделялось никакого внимания - к великому огорчению Граймса. Много раз мичман заговаривал об этом с Джейн, но она только поднимала его на смех. Он попытался настаивать - но только все испортил. Как заметила сама Джейн, он вел себя точно осел, которому дали попробовать морковку, а потом почему-то отобрали... Наверно, он действительно был ослом. Вот и все.

Что же все-таки произошло? Граймс часами ломал голову, но так и не мог понять. Он был молод и не слишком опытен в отношении женщин - точнее, отношений женщин и мужчин. Но Джейн просто не могла заинтересоваться кем-то другим, пусть даже мимолетно - одним из механиков или тем более псиоником, вялым тщедушным юнцом. Он не верил - и, как ни странно, был абсолютно прав.

"Э.С." был очень неплохо оборудован для корабля своего класса. Помимо обычного интеркома, на нем была установлена видеосвязь. В случае крайней необходимости капитан или вахтенный офицер, повернув тумблер, мог увидеть, что происходит в любом отсеке корабля. На панели управления большими красными буквами значилось: "Только в случае чрезвычайных обстоятельств". Граймс не знал, каково наказание за самовольное пользование аппаратом на торговых судах - но на военном флоте за такое полагалось позорное увольнение с полным разжалованием. Когда людям - мужчинам и женщинам - приходится долгое время жить и работать в замкнутом пространстве, право на уединение начинает цениться очень высоко.

Граймс дежурил в рубке.

Когда он заступал на вахту, дежурство обещало быть таким же скучным, как и всегда. Все, что требовалось от вахтенного - не заснуть. Граймс не спал. Он пронес в рубку книжку, спрятав ее под рубашкой, и какое-то время развлекался чтением. Затем, по примеру бесчисленных поколений скучающих вахтенных офицеров, принялся за трехмерные крестики-нолики в пространственном модуляторе - правая рука против левой. Левая рука заметно опережала правую, когда услышал характерное дребезжание. Граймс тут же очистил модулятор и посмотрел на панель шлюзовых индикаторов. Ничего. И тут мичман сообразил, что это сигнал интеркома.

- Рубка слушает, - сказал он в микрофон.

- Офицер псионической связи. Я у себя. Я... мне очень плохо, мистер Граймс.

- С чего это вдруг? - саркастически поинтересовался Граймс.

- Я... я задыхаюсь.

- Что-то с вентиляцией?

- Нет. НЕТ. Это похоже на... толстое одеяло, пропитанное ледяной водой... Не можешь двигаться... не можешь кричать... не можешь слышать... Совсем как тогда...

- Когда? - фыркнул Граймс.

И тут взревел зуммер. На сигнальной панели вспыхнул красный огонек. Ответ был очевиден и не требовал пояснений.

Мичман включил сигнал тревоги. Наконец-то противник. По всему кораблю заливались сирены, истошно верещали зуммеры. Граймс поспешно освободил кресло пилота и перелез в соседнее, откуда можно было вести огонь. Но где Старик? Где капитан Крейвен? Настал момент, которого он так долго ждал, ради которого столько раз нарушал все писаные и неписаные правила... Черт подери, куда он провалился?

Может быть, он беспомощно дрейфует по своей каюте? Внезапно разбуженный человек может случайно удариться головой и потерять сознание. Если это так, придется вызвать Джейн - она как раз должна быть в госпитале - и попросить оказать капитану первую помощь. Но времени терять нельзя.

Мичман дотянулся до тумблера и включил видеосвязь с каютой капитана. Экран замерцал... и Граймс в немом ужасе уставился на картину, которая предстала его взгляду. Главный предмет композиции скромно именовался обнаженной женской натурой... вернее, был таковой секунду назад. Ибо Джейн одевалась очень поспешно - в иной ситуации эта поспешность могла показаться комичной. Капитана не было - по крайней мере, на экране.

- Ах ты, подлый похотливый щенок! - свирепо прошипел капитан за спиной у Граймса, - А ну, выключи эту чертову штуку! - он возвысил голос. - Я с тобой разберусь, когда все закончится.

- Но, сэр...

- Выключай, я сказал!

Весь пунцовый от стыда, Граймс выключил экран и тупо уставился на кнопки своей контрольной панели, борясь с тошнотой.

Значит, все это время он воображал себя рыцарем и собирался убивать для своей дамы драконов. А она,. Пожалуй, эту мысль не стоило заканчивать.

- Капитан, они пытаются синхронизироваться! - доложил по интеркому один из механиков. - Как в прошлый раз. Случайная прецессия, сэр?

- Нет. Манншенн - стоп.

- Остановить Движитель? - недоверчиво переспросил "имам".

- Вы же слышали... Вырубайте! - гаркнул Крейвен, затем повернулся к Граймсу: - А вы какого дьявола ждете?

Мичман знал, что надо делать: он отрабатывал это много раз. Руки сами скользнули по панели. Через отверстия во внешней оболочке вырвалось облаю отражающего газа - как раз вовремя, чтобы отразить удар лазеров. В рубке стало жарко... или это лишь показалось? За иллюминаторами клубились сгустки огненного тумана.

Теперь на экране появились две мишени. Но Движитель все еще работал значит, пускать ракеты нельзя. Использовать газоэмиттер второй раз тоже рискованно... И вдруг экраны потемнели: это означало, что уровни темпоральной прецессии охотников и жертвы больше не синхронны. Фрегаты не сумели удержать судно полями, как в прошлый раз. Зато в нормальном ПВК синхронизация не нужна - и охотники обнаружат, что добыча обзавелась зубами и когтями.

Тонкий вой гироскопов превратился в едва слышный свист и стих. Появилось обычное чувство пространственно-временной дезориентации.

Крейвен не колебался ни секунды и запустил инерционный двигатель, разгоняя судно. Он не убегал, но стремился создать иллюзию бегства, заманивал, а не уклонялся от боя. Но если вальдегренские капитаны по-прежнему считают "Эпсилон Секстана" безобидным и беспомощным торговцем в конце концов, "антилазер" можно приобрести на вполне законных основанияхим предстояло жестоко поплатиться за самоуверенность.