Суд присяжных во Франции - Петр Михайлов

Выборщики каждого кантона будут ежегодно собираться для избрания большинством голосов 6 граждан, которые в продолжение года будут призваны к отправлению обязанностей присяжных.

В директории округа будет составлен список присяжных, названных кантонами.

Окружной трибунал укажет тот из дней недели, который будет посвящаться собранию жюри обвинения.

За неделю до этого директор жюри распорядиться о взятии по жребию в присутствии публики 8 граждан из списка тех, которые будут избраны всеми кантонами, и эти 8 составят жюри обвинения.

Когда жюри соберется, оно принесет в присутствии директора жюри следующую присягу: «Мы клянемся рассматривать с тщательным вниманием свидетельские показания и документы, которые будут нам представлены, и высказаться в отношении обвинения согласно со своей совестью».

Затем им будет вручен обвинительный акт; они будут рассматривать документы, выслушивать свидетелей и совещаться между собой.

Они затем вынесут свое решение, которое будет гласить, имеются или нет основания к возбуждению обвинения.

Для вынесения решения о том, что имеются основания к возбуждению обвинения, нужно будет единогласие.

Будет составлен общий список всех присяжных, которые будут выбраны во всех округах департамента.

Из этого списка первого числа каждого месяца председатель уголовного трибунала, о котором будет сказано ниже, распорядится взять по жребию 16 присяжных, которые будут составлять жюри приговора.

15-го числа каждого месяца при наличии какого-либо дела, подлежащего разбору, эти 16 присяжных будут собираться по приглашению, которое им будет послано.

Обвиняемый сможет отвести 30 присяжных без указания какой-либо причины.

Он сможет отвести сверх того всех тех, кто будет участвовать в жюри обвинения.

Уголовный трибунал будет учрежден каждым департаментом.

Этот трибунал будет составлен из 6 судей, назначаемых через каждые 6 месяцев по очереди из числа судей окружных трибуналов.

Председатель уголовного трибунала, обязанности которого будут определены, будет избираться через каждые два года выборщиками департамента.

Помимо обязанностей судьи, которые являются для него общими с другими членами трибунала, на него будет возложена обязанность избирать по жребию присяжных, созывать их, излагать им дело, которое они должны рассматривать, и руководить следствием.

Он сможет по просьбе и в интересах обвиняемого разрешать или приказывать то, что могло бы быть полезным для выявления невиновности, если бы даже это было вне обычных форм судопроизводства, определенного законом.

Общественный обвинитель будет назначаться через каждые два года выборщиками департамента.

Его обязанность – ограничиться преследованием преступлений, согласно обвинительным актам, принятым первыми присяжными.

Король не может направлять ему никакого приказания о преследовании преступлений ввиду того, что эта прерогатива была бы несовместима с конституционными принципами разделения властей и со свободой.

Законодательный корпус не сможет направлять ему подобные приказания, так как Конституция ограничивает его компетенцию преследованием преступлений об оскорблении нации в трибунале, образованном для их наказания.

Ввиду того, что общественный обвинитель будет назначен народом для преследования от его имени преступлений, нарушающих спокойствие общества, никакой королевский комиссар не сможет разделить с ним ни одной из его обязанностей или вмешаться каким-либо образом в расследование уголовных дел.

Извлечение – статьи, необходимые для замены постановлений Комитетов.

Показания свидетелей будут изложены письменно, если обвиняемый этого потребует; но каково бы ни было их содержание, присяжные обсудят все обстоятельства дела и придут к решению лишь по внутреннему убеждению.

Однако если письменные показания служат к оправданию обвиняемого, присяжные не смогут его осудить, каково бы ни было притом их частное мнение.

Для признания обвиняемого изобличенным совершенно необходимо единогласие.

Апелляция на решение присяжных приноситься не будет, но если два члена уголовного трибунала сочтут, что обвиняемый осужден несправедливо, то он сможет потребовать нового жюри для вторичного рассмотрения дела.

Присяжные будут, как и судьи, вознаграждаться государством за то время, которое они отдадут для несения общественной службы.

Нетрудно заметить, что в проекте Робеспьера присутствуют предложения, несовместимые с принципами устности и гласности, – наличие письменных показаний, которые могут предоставляться в судебное заседание и имеющих особую силу для оправдания подсудимого. Отступление от принципов устности и гласности сделано в пользу подсудимого, однако ставит в невыгодное положение сторону, преследующую преступление, поскольку данная сторона никак не сможет исследовать представленные показания непосредственно, не прибегая к явке свидетеля в судебное заседание. Особенное внимание Робеспьер уделил единогласию при вынесении обвинительного вердикта, хотя для вынесения оправдательного вердикта такого единогласия не требуется. Здесь наблюдается одностороннее подражание судебным порядкам Англии, где единогласие на тот момент требовалось и для обвинительного, и для оправдательного вердикта.[239] Вполне объяснимое духом времени, предложение Робеспьера на деле поставило бы общество, преследующее преступника, и самого преступника в заведомо неравное положение, предоставляя второму неоправданные ничем льготы.

Предложения Дюпора, ограниченные и откорректированные Конституантой, прошли уже почти без изменения в Конституции 1791 года, которая была принята 3 сентября 1791 года и посвятила многие статьи уголовной юстиции. Непосредственно суду присяжных была посвящена ст. 9 параграфа 5 главы 3: «В области уголовных дел всякий гражданин может быть судим только по обвинению, вынесенному присяжными или декретированному Законодательным корпусом, в случаях, когда ему принадлежит право преследования. После предания суду факт будет признан и объявлен присяжными. Обвиняемый будет иметь возможность отвести до 20 присяжных безмотивно. Присяжные, которые объявят факт, не смогут быть в числе, меньшем 12. Применение закона будет выполнено судьями. Следствие будет публичным, и не смогут отказать обвиняемому в помощи защитника. Всякий человек, оправданный законным составом присяжных, не сможет больше быть задержанным или обвиненным по тем же фактам»[240].

Окончательное голосование по всему Закону об уголовном судопроизводстве состоялось 16 сентября 1791 года. Статьи Конституции были конкретизированы в Законе 16–29 сентября 1791 года, посвященном уголовной юстиции, и в Инструкции 29 сентября 1791 года, которая являлась комментарием закона.

Дела о преступлениях, влекущих наказание позорящее и телесное, находились в компетенции полиции безопасности и судов присяжных. Дела о преступлениях, подсудных суду присяжных, проходили в три стадии. Дело начиналось в кантоне суммарным расследованием, которое производилось мировым судьей в качестве органа судебной полиции. Мировой судья приступал к расследованию в большинстве случаев по заявлению потерпевшего или по заявлению лица, лично не заинтересованного в преследовании преступника (доносу)[241]. Мировой судья по установлению Учредительного собрания концентрировал в своих руках судебную полицию. Этот магистрат призывал к себе подозреваемого мандатом о приводе, прибегая в случае нужды к публичной силе. Он проводил на первом этапе допрос подозреваемого, расследование, выслушивал свидетелей, квалифицировал деяние. Если он считал, что необходимо дальнейшее судебное преследование, он арестовывал подозреваемого, предъявляя мандат об аресте. Мировой судья был обязан получить показания свидетелей, названных заявителем, и составить, по его требованию, протокол. Если мировой судья отказывал в расследовании, заявитель мог обратиться в жюри обвинения.

Подозреваемый в этом случае направлялся в дистрикт, где магистрат, именуемый директором жюри, выполнял функции, которые имели некоторую аналогию с функциями судьи-следователя. Директор жюри обвинения продолжал следствие, начатое мировым судьей в кантоне, он был обязан допросить обвиняемого[242]. Он исследовал обвинение и предлагал трибуналу дистрикта либо прекратить дело, если обвинения были недостаточны, либо передать обвиняемого на суд жюри обвинения. Директор жюри составлял обвинительный акт, который он представлял на рассмотрение жюри обвинения. Перед тем как обвинительный акт передавался на рассмотрение жюри обвинения, он должен был быть представлен комиссару короля, который визировал акт словами «Закон разрешает» или «Закон запрещает». Во втором случае директор жюри обвинения мог обратиться для разрешения вопроса в трибунал дистрикта. Директор жюри председательствовал в жюри обвинения, которое составляли присяжные заседатели числом 8. Каждые три месяца прокурор-синдик представлял лист с 30 гражданами, выбранными среди всех граждан дистрикта, для выполнения функций членов жюри. При согласии с представленным листом директор жюри обвинения, клал имена 30 граждан в урну в присутствии публики и комиссара короля и вытаскивал из урны имена 8 граждан.