Весеннее жертвоприношение - Маргит Сандему

Высокий повешенный, само собой разумеется, находился ближе всех к ним. С той же иронической, всезнающей усмешкой. А за ним ползли, прыгали и тащились, продвигаясь вперед, такие ужасные чудовища, которых трудно даже представить себе.

«Милый Хейке, — подумала она, поддавшись легкой панике. — Когда прогонишь Снивеля, будь столь добр убрать из замка и всех этих! Вымети их метлой, или выбрось лопатой, или как-нибудь иначе. Только бы они ушли! В противном случае, я никогда не приду к тебе в Гростенсхольм… О, нет, я обязательно навещу тебя. Ибо не могу быть вдалеке от тебя. Ты судьба жизни моей! Но ты ведь можешь, например, перебраться в Элистранд…

…И позволить им делать все, что угодно, в большом поместье. Нет, это тоже нехорошо. Уф!»

Чего добиваются они, она и Хейке?

Тут они подошли к цели. Винге было приказано спрятаться.

Она забралась за какие-то развесистые кусты. По сильному приятному запаху она поняла, что это были кусты черной смородины, они скрывали ее, она же хорошо видела весь дом. Ну, почти весь.

Остальные, извиваясь словно длинный темно-серый шланг, продолжили свой путь через сад, направляясь к дому.

Что бы сказал Тенгель Добрый обо всем этом? Нет, он понял бы, а Шарлотта Мейден? Или Лив и Даг, любившие это поместье? Ирья, Ирмелин и все прекрасные хозяйки этого дома?

Ну, хорошо, Ингрид и Ульвхедин проделывали такое раньше Хейке. Но столько ли серых вводили они в дом? Винга сомневалась в этом. Она была уверена, что сейчас их было больше. Но само собой разумеется, этого она не знала. В какое-то мгновение она обнаружила, что толпа там наверху у парадного входа заметно поредела. Увидела, как тени скользят по лестнице и тут же исчезают! Вот что-то большое и отвратительное с трудом потащилось вверх, а во дворе стоит небольшая группа и ждет, преисполненная достоинства. Высокие существа, один лишь взгляд на которые порождает ужас. Полуживотные, полулюди, с огромными рогами или раздвоенными копытами, или с волчьими лапами… или… с такими длинными конечностями, как у лошадей, и с крыльями и…

В ужасе Винга подумала, что это те же самые демоны, о которых мечтала Силье или которые приходили к Ингрид в видениях. Существуют ли они? Существуют ли они в действительности, или это только игра воображения?

Винга, как околдованная, смотрела на их огромные части тела, не похожие на человеческие. Больше напоминавшие животных.

И пока она, не отрываясь, рассматривала их, они исчезли, растворились в пустоте.

Уже сели в засаду внутри дома, подумала Винга. Бедный Снивель! Они ведь там будут не только привидениями. Они зловещи, об этом говорил весь их вид. К ней снова пришла мысль, что все это лишь ее фантазия.

Пока она взглядом пыталась отыскать Хейке, двор опустел. Но на фоне ночного неба она увидела его на пути к тому углу дома, по которому они сами забирались на крышу прошлый раз. За ним следовало медленное беспомощное создание непонятного вида, которому Винге захотелось помочь залезть на крышу, подтолкнув его под зад. Это существо было покрыто слизью, и она подумала, не в воде ли оно живет. Болотный дух, или водяной, живущий возле водопадов, а может утопленник? Нет, мертвецы способны проникать сами куда угодно, если пожелают.

А по гладкой стене прыжками и подскоками взбирались вверх небольшие отвратительные создания, даже обгоняя Хейке. Она знала, что он не любит лазить по горам, но взобраться на крышу не составляло огромных трудностей.

Несколько существ уже были на крыше, но из-за дальности расстояния она не могла различить, кто это. Только не спускай их вниз, Хейке, будь так добр! Она с ужасом подумала о том, сколь обессилившим и измотанным он был после вчерашней ночи, и она в мольбе о нем так скрестила пальцы рук, что их свела судорога.

Наконец они все оказались наверху, и она уже не могла их видеть. Снивель, как она слышала, раньше будущей недели не вернется. Это хорошо. Хейке сейчас не обнаружат. Она полагала, что все работники Снивеля сейчас в это время предпочитают спать, а не бодрствовать всю ночь.

Ей пришлось ожидать долго. Под коленями стало больно, и она была вынуждена сменить неудобное положение, от которого у нее в ногах появилась судорожная дрожь.

Боже, неужели я выдержу это? Этот сон, кошмар!

Слава Богу, Хейке появился на краю крыши. Один!

Они выполнили свою задачу. Остальное пусть доделывает серый народец.

Он спустился с крыши, на этот раз лучше, чем в прошлый, когда он так позорно плюхнулся со стены.

Они медленно пошли домой в Элистранд. Лугами, чтобы не встретиться с людьми. Но кто же в это время суток находится вне дома?

— Ты чувствуешь? — тихо спросила Винга. — В воздухе больше не ощущается напряжения.

Хейке понял, что она имеет в виду. Кивнул головой.

— Весна пришла. Самое худшее время, момент перелома — закончилось, зима побеждена.

— Чувствуется такое спокойствие.

— Да, но чувство это во многом исходит и от нас самих, не правда ли? Последние дни наши нервы были так напряжены.

— Естественно. В Элистранде говорили, что день был по-настоящему весенним, но мы с тобой его и не видели.

Он ухмыльнулся.

— Не очень-то хорошо проспать целый день. Но послушай, сейчас я могу ответить на твой вопрос о Нильсе. Я подумывал привезти его вскоре с собой сюда. Но потом мне в голову пришла идея получше. Ты помнишь, что я сегодня разговаривал с твоей поварихой, и почувствовал, как было бы прекрасно отключиться от всех тех ужасных дел, которыми мы занимались последнее время. И я подумал, что ты здесь сидишь в одиночестве. В Кристиании сейчас весенняя ярмарка. Почему бы нам не съездить туда? Пообщаться с обычными смертными людьми, окунуться во все их земные мысли и заботы и не в меньшей степени в их радости? Ты, я и Нильс?

— Да! — воскликнула Винга с присущей ей откровенной восторженностью. — Поедем сейчас же!

Как всегда, ее радость кольнула сердце Хейке. Неужели она так хочет встретить Нильса?

Нет, сейчас он должен выдержать это! Винга имеет право жить своей собственной жизнью, выбирать того, кого она хочет, неужели он еще не освоился с этим?

Нет, этому он никогда не научится.

— Хейке, если мы вернем Гростенсхольм… А я уверена, что мы его получим, то, мне кажется, нам следует сделать то же, что Тенгель Добрый сделал однажды в Липовой аллее. Мы должны посадить дерево в Гростенсхольме. Но не заколдовывать его. Пусть оно будет лишь памятником той весне, когда Хейке Линд из рода Людей Льда с небольшой помощью Винги Тарк из того же рода сумели вернуть поместье и обеспечить будущее своим потомкам.

— Это прекрасная идея, — мягко отозвался он. — Мы сделаем это. Какое дерево ты хотела бы посадить?