Кроличья клетка - Тетти Нериус

обратно к ним. Нет, практикантка всего лишь вопила от ужаса, прижав ладони к грязным щекам. Костя, пытаясь строить из себя героя, закрывал собой девушку, быстро побелев лицом…

От сильного удара снизу в челюсть в глазах резко потемнело. Я не понял, как оказался поваленный на землю. Зрение вернулось, поймав кровососа в двух шагах от себя. Мутант содрогнулся с рыком от пули снайпера, полоснувшей левый бок. Лиза в панике удирала вдоль воды, что-то невнятно выкрикивая. Лаборант Михайлов отступал за ней, держа в обеих трясущихся руках простой ПМ. Развернувшись ко мне, кровосос раскинул мощные лапы в стороны, глухо зарычал. Раскрыл щупальца цветком, показав в центре круглую дыру-рот, с крохотными, но острыми зубами. Задохнувшись воздухом от ужаса, я направил дуло «Абакана» на тварь. Она бросилась на меня, даже не утруждая себя уйти в невидимый режим. Вероятно, одурел от голода, раз рана в боку не беспокоила его. Зато короткая автоматная очередь разворотила ему грудную клетку. Выстреливший три раза подряд ПМ, достиг только одной пулей правое бедро кровососа. Довершил дело громкий выстрел снайперской винтовки Брелок, впившись в голову мутанта наискосок. Подавившись своим рыком, кровосос рухнул к моим ногам навзничь.

Несколько секунд я сидел, не шевелясь и не дыша, разглядывая поверженное чудовище. Затылок раскурочен, от тёмной жижи внутри черепа тянет запахом, чем-то напоминающий очень несвежий и не самый вкусный сыр. На мозги эта субстанция не очень смахивает, больше похожа на размятую сырую печень. Кровосос был точно мёртв. Нервно выпустив воздух из щемящих лёгких, я тяжело поднялся на трясущиеся ноги.

— Игорь! — испуганный крик Брелок раздался совсем рядом и точно не из рации. Поскальзываясь на сыпучем на склоне песке, фанатичка бежала к нам, сжимая в правой руке увесистую СВД. Впереди неё, уже прорываясь сквозь заросли камышей, нёсся Саян. Со звонким лаем домчался до меня, подпрыгнул, крутя хвостом как пропеллером. Встав на задние лапы, взвалил тяжелые передние мне на плечи, и счастливо обслюнявил лицо горячим алым языком.

— Ну-ну, хватит! — стараясь держать строгий тон, я все же рассмеялся, обнимая мохнатого друга. Испугался глупыш, что чуть не потерял хозяина. Теперь не заставишь его в ближайшее время остаться сидеть с кем-то другим.

— Ты цел?! — запыхавшаяся Брелок осторожно тронула мою мокрую щеку кончиками пальцев. Испуг и беспокойство её были искренними, согревающими душу после встречи с кровососом.

— Я в норме! — я тронул челюсть, ощущая, как припухло место удара, — почти… Не волнуйся, от такого не помру!

— Боже мой… — всё еще сжимая в нервно дрожащих руках пистолет, к нам неровной походкой подошел Михайлов, — кровосос!.. Как же давно я с ними… А где Лиза?! Где она?!

— Лиза… — теперь беспокойство за непутёвую девушку охватило и меня. Наверное, напугалась до чёртиков, умчалась куда глаза глядят и сидит где-то сжавшаяся. Или же с ней могло произойти в карьере всё что угодно! Попала слепо в аномалию, напоролась на еще одного мутанта или… за этой кутерьмой убийца мог схватить её. — Лиза! Лиза, мать твою, ты где?!

— Лиза! — закричал Костя, рванув в заросли камышей, — Лизонька выходите, всё уже нормально!

Страх за потерю глупой практикантки, к коей за три дня я успел привыкнуть, подступал к горлу со звуком тяжело бьющегося сердца. Видеть еще один женский труп я не хочу!

Захлюпала негромко вода и рука сама схватила автомат, направляя его на звук. Неуверенно раздвинулся занавес осоки, открывая вид на бледную напуганную мордашку потерянной практикантки. От сердца сразу отлегло, и автомат опустился. Живая, здоровая… Всё обошлось.

— Нашлась пропажа! — проорал я, сложив ладони рупором у рта, — Костя, сюда топай!

— Боже мой, Лизонька, как вы нас напугали! — проскулил активно продирающийся сквозь заросли высокой травы Михайлов, — зачем же вы так далеко убежали?!

— Спасибо! — всхлипнула девушка. Игнорируя горестные возгласы Кости, подошла ко мне почти вплотную, размазав чёрные разводы туши по лицу. — Водяной, ты спас меня от страшного монстра! Ты мой герой!

— Это кровосос называется, — смущенно пробормотал я, — да и не я его…

Закончить фразу мне не дал настырный поцелуй Елизаветы. Для этого ей пришлось приподняться на носки ботинок и дёрнуть меня на себя за грудки куртки. Михайлов потрясённо охнул, вытаращив на нас глаза и прикрыв раскрытый рот грязной перчаткой. Лицо моей сектантки было совершенно беспристрастным, но вот щёки мигом покраснели. Лиза разорвала поцелуй, с привкусом вишни и Брелок быстро отвернулась в сторону, стоило мне только взглянуть на неё. Ревнует! Подумать только, ревнует же!

— Спасибо! — повторила Лиза, крепко обняв меня, — я прям!.. Ты!.. охрененный!

— Ладно. Спасибо. Учту. — Растерянно хохотнув, я похлопал девушку по спине. — Думаю, на сегодня можно закончить похождения…

— Да, вы правы, — холодно пробормотал Михайлов, сверкнув стёклами очков, — кровосос нас всех за сегодня изрядно вымотал…

На этом и было решено возвращаться, наконец, в бункер. Необычный наш отряд растянулся, двигаясь неспешно к насыпи. Впереди всех гордо вышагивал Саян, часто оглядываясь назад. За ним хмуро шёл Костя, крепко держа лямки рюкзака, будто тот мог свалиться, после, на удивление бодрая Лиза. Я чуть отстал, поджидая, когда со мной поравняется поникшая Брелок. Поймав её за плечо, шепнул монолитовке на самое ухо:

— Планы на вечер меняются. Будем веселиться в душевой.

Щеки инквизиторши снова вспыхнули, хоть выражение лица почти не менялось. Согласно кивнув два раза, фанатичка пошла дальше, уже чуть уверенней. Поднявшись из карьера и только выйдя на неровную бугристую дорогу, она тайком спросила меня, так же шёпотом.

— Будет секс?

— Будет секс…

Горячие потоки душа с приятным шумом барабанили по кафелю, лаская тело. Пар заполнил маленькую душевую, от жара становилось трудно дышать. Но дыхание перехватывало не только от духоты. Слепо нашарив ручку крана с холодной водой, я добавил немного прохлады. Провел ладонью по тяжело вздымающейся груди при дыхании. Обвел рукой упругий горячий бугорок, такой приятный на ощупь.

— Ты как? – шепнул я на ухо фанатичке, поглаживая её живот, доходя кончиками пальцев до самого паха. Дразня, слегка опустился ниже, задевая точку наслаждения. Брелок не отвечала, прислушивалась к своим ощущениям.