Волны святого волшебства - Лавиния Уайтфорд

— Будьте, осторожны, — сказала Анжела лишь чуть-чуть дрогнувшим голосом.

Фил напрягся. Она увидела, как мускулистые плечи вздрогнули, словно от удара. Он повернулся к ней. Встретив его взгляд, Анжела почувствовала внезапное головокружение.

Один быстрый шаг вперед — и она очутилась в его объятиях. Его рот был жесткий. Анжеле было все равно. Она прильнула к нему, отвечая пылкими поцелуями на поцелуи, не обращая внимания на окружающих. Когда он поднял голову, она тихонько всхлипывала.

— Я вернусь, — тихо сказал он. — Ждите меня.

— Да. О да!

Он отпустил ее, как ей показалось, неохотно.

— Отдохните. Я не знаю, когда вернусь. — Он посмотрел на домоправительницу. — Проследите, чтобы она отдохнула, Анна.

Приятное лицо Анны было бесстрастно.

— Да, сеньор.

— Присмотрите за ней, — мягко сказал он.

Фил вышел, и мужчины с задумчивыми лицами потянулись за ним вслед. Анжела уставилась на закрывшуюся за ними дверь. Ее сердце сильно билось. Анна откашлялась.

— Было бы мудро, — осторожно сказала она, — сделать так, как хочет патрон.

Анжела обратила на нее изумленный взгляд. Ей казалось, будто она плывет сквозь золотой туман. Я влюблена, мечтательно подумала она.

— Хотите, я сделаю вам горячее питье? — предложила Анна. В ее голосе промелькнула смешинка.

Анжела одарила ее сияющей улыбкой. Анна моргнула и взяла зачарованную девицу под руку.

— Пошли, — ласково сказала она, — вам нужен отдых. Вы провели пару опасных дней.

Девушка быстро глянула на нее.

— Опасных?

Но Анна лишь загадочно улыбнулась и увлекла ее наверх. Там Анжела получила горячее питье, благоухающее экзотическими фруктами и корицей, и была оставлена наедине со своими мечтами.

Глава седьмая

Утром пришли новости от Фила, хотя сам он еще не вернулся.

— Они нашли Андреаса, — доложила Анна. — Патрон вызвал по рации вертолет из Санта-Круз.

Анжела похолодела.

— Он ранен? — хрипло сказала она.

Анна повернулась обратно к плите и пожала плечами.

— Разве я врач?

— Пожалуйста, скажите. Мне… мне нужно знать, — вырвалось у Анжелы.

Анна взглянула на нее с сожалением.

— Патрон в порядке, но у Андреаса повреждены ребра.

— Ох! — сказала Анжела, чувствуя, как краска медленно заливает все ее тело. Она опустила глаза, пристыженная.

Анна равнодушно сказала:

— Он вернется, как только сможет. И привезет сеньориту Мартинес.

— Сеньориту Мартинес, — эхом отозвалась Анжела. — А… а зачем?

— Затем, что она была с Андреасом, когда тот был ранен, так мне кажется, — спокойно ответила Анна, Она опустила глаза на овощи, которые чистила, и без всякого выражения добавила: — Она старый друг патрона. Очень старый друг.

— Ох, — снова сказала Анжела, но уже совсем другим тоном. Она вспомнила то, что видела с веранды. Так что же, красотка Сильвия разве не любовница Фила? Она чуть не спросила об этом Анну, но что-то остановило ее. Ей не хотелось услышать от Анны, что она не ошиблась. Пусть ей скажет об этом сам Фил Боргес и объяснит, что означал прилюдный поцелуй вчерашним вечером. Или он считает, что Анжела сгодится для развлечения, пока под рукой никого нет?!

Она вся кипела, сердитая на Фила за его поведение. Помчавшись в библиотеку, она попыталась погрузиться в книгу. Не помогало. Перед ней так и стояли его темные настойчивые глаза и взгляд, полный огня, который он метнул на нее прошлым вечером.

Тут она сделала открытие. Оказывается, она сердится вовсе не на Фила Боргеса. Она сердится на себя. Она чувствует себя задетой и униженной, выставленной тем поцелуем на посмешище всей фазенды.

Она сделала и другое открытие, еще более тревожное. Несмотря на унижение и гнев, она по-прежнему отчаянно беспокоится за него. Храни его, Господи, думала Анжела, отбросив в сторону довоенный роман и так же легко отбросив собственные чувства. Пожалуйста, храни его.

Ей стало холодно. Так что же, она не обманулась в туманном восторге прошлого вечера? Но будет ли она чувствовать то же самое при свете дня? Может ли она по-настоящему любить этого загадочного дерзкого мужчину?

Нет, решила Анжела. Впервые за последние годы она позволила себе вспомнить несколько месяцев, проведенных в большом семейном доме перед тем, как Уинстон забрал ее на Амазонку.

Пит Эйр всегда был другом дома, насколько она могла припомнить. Его семейство было небогатых, но очень знатным. Они обитали в величественном замке. Она знала, что дядя всегда был рад, когда его приглашали на охоту в поместье. Но ей и в голову не приходило, что в это же время он устраивал альянс между своей кузиной Джейн и их старшим сыном. Особенно когда Пит Эйр поклялся, что женится на Анжеле, во время предстоящего сборища на автостоянке после танцев в честь Юных Фермеров.

Конечно, она была очень неопытна. Даже невинные героини из журнальчиков Терезы знали больше ее о сексе и о том, во что он может вовлечь вполне порядочных людей.

Порядочных людей вроде Фила Боргеса? Был ли тот поцелуй вчерашним вечером мгновенной вспышкой, временным помрачением? Или он гоже, как Регина, тайно хотел бы знать, станет ли невинная партнерша для него спасением? Думал ли он, что она сможет спасти его от одиночества, о котором он говорил, и от цинизма, который сама Анжела видела слишком ясно? И не потому ли он твердо настаивал, чтобы она осталась на фазенде и с не меньшей твердостью, чтобы Регина уехала?

Анжела припомнила все их столкновения до сегодняшнего дня и вздохнула. Нет, насколько можно судить, это маловероятно!

Найденный Анжелой котенок делил свое время между нею и кухней. Сейчас, обнаружив ее растянувшейся в библиотечном шезлонге, он немедленно вскарабкался к ней на колени. Он раза три перевернулся, а затем свернулся в клубочек, спрятав нос между лапок. Она почесала его за ушком, и он замурлыкал.

Это немного успокоило ее смятенное сердце. По крайней мере, в компании с котенком ей не надо было притворяться перед заходившими в комнату служанками, что она целиком поглощена книгой, в то время как на самом деле ее внимание полностью захвачено тем, чтобы не пропустить момент возвращения хозяина.

Наконец он вернулся, но не один. Его сопровождала Сильвия Мартинес. Анжела стояла в дверях старой конюшни и чувствовала, как каменеет ее сердце.

Трудно было определить, кто из этих двоих более грязен или более утомлен. Фил выглядел измученным, но Сильвия вообще производила впечатление ходячего трупа. Лишь взглянув ей в лицо, Анжела, невзирая на те чувства, которые вызывал в ней образ этой женщины, бросилась вперед, чтобы поддержать тонкую шатающуюся фигуру.