Полуночная метель - Мэри Мехам

подбородок. Когда я в последний раз жевала мятный лист? Подходит ли моё дыхание для поцелуя?

Моя надежда была поглощена, когда Джек положил руку на большое стекло окна, а не на мою голову. Мгновенно на стекле образовались маленькие ледяные кристаллы, которые начали расти и переплетаться, создавая завораживающие узоры, похожие на кружевные орнаменты. Лёд заполнил собой окно, образуя толстый слой, который полностью скрывал нас от посторонних взглядов.

Я коснулась пальчиком льда и провела им по поверхности, восхищаясь тем, как холодно, но не мокро. Это было как матовое, непрозрачное стекло.

— Устраивает? — спросил Джек, затем добавил: — Он не растает.

— Правда? — спросила я, едва слышно, прижимая всю ладонь ко льду, проверяя его утверждение. — Это потрясающе.

Рука Джека всё ещё лежала на сотворённом льду.

— Я могу сделать его тёплым, — сказал он, — Продолжай касаться.

Через мгновение температура начала подниматься, и поверхность стала приятной на ощупь.

— Не думаю, что это вообще можно назвать льдом, — произнесла я, медленно проводя рукой по стеклоподобной поверхности. — Нельзя же иметь тёплый лёд.

Джек рукой коснулся моих волос, и я мгновенно застыла. Волну жара, которая охватила моё тело, было гораздо сложнее игнорировать, чем лёд.

Моё сердце бешено колотилось, и, наверное, любой человек мог бы прочитать мои мысли, учитывая, как плохо я скрывала чувства. Дышать было невозможно: я либо забывала, как это делать, либо делала короткие, прерывистые вдохи, которые совсем не помогали мыслить разумно. Мы стояли так близко друг к другу, что я чувствовала его тепло. Свежий запах мяты, который всегда сопровождал его, витал настолько близко, что я могла бы его вкусить. Забыть о ледяной стене, что создал Джек; я вот-вот растаю сама, превратившись в лужу. О, есть вероятность, что из моих ушей сейчас выходит пар.

Взгляд Джека скользнул по моему лицу, его рука всё ещё лежала на льду, но он не приблизился, хотя в его глазах читалась глубокая тоска. О, ледяные глыбы, он что, ждёт, что я сделаю первый шаг? Мы ведь совсем одни. Сколько мне нужно наклониться, прежде чем это будет слишком дерзко?

Пока я молниеносно взвешивала все возможные варианты, Джек чуть наклонил голову, и наши носы едва не соприкоснулись. Нетерпеливо я начала подниматься на цыпочки, но…

— Разве мы не пришли сюда искать завещание твоего отца? — голос Джека был тихим, но твёрдым.

Магия между нами исчезла. Я попыталась сделать вид, что ничего необычного не произошло, и несколько раз кивнула.

— Конечно, — сказала я торопливо, пытаясь вернуться на пятки и отдалиться от Джека, надеясь, что моё скрытое желание не было слишком очевидным, хотя я знала, что было. — Я просто пыталась подумать, с чего начать.

Он откашлялся.

— Предлагаю начать с последних юридических документов. — Джек указал на часть стены, где сотни свитков были плотно скатаны и запихнуты в маленькие ячейки. — Я не нашёл завещания среди входящих документов вчера, когда проверял, так что оно должно быть уже обработано. Если писцы всё делают правильно, все документы должны быть помечены.

Похоже, что лишь часть писцов действительно выполняла свою работу должным образом. Некоторые свитки были аккуратно промаркированы и организованы, в то время как другие были беспечно скатаны и запихнуты в любые свободные места, с небрежно написанными метками или вовсе без них. А несколько свитков оказались в неверных ячейках.

Я разворачивала свиток за свитком, тщательно проверяя каждый на наличие имени, затем снова аккуратно его скатывала и возвращала на место. Сзади я слышала, как Джек перетасовывает бумаги, но между нами царила такая тишина, что она буквально трещала от невысказанного напряжения.

Вопросы сновали в голове, путая меня всё больше. Джек должен был что-то чувствовать ко мне, иначе не стал бы помогать мне так сильно. Если это так, то что его останавливает? Это чисто приверженность закону, или мои чувства отличаются от его? Действительно ли он осознаёт, насколько сильно я к нему тянусь, или просто думает, что мои флирт — мимолётная прихоть? Но даже если я смогу убедить его в своей искренности, это всё равно поставит под угрозу его положение, если нас поймают.

Хотя я наконец оказалась в зале архива, в том месте, в которое так долго стремилась проникнуть ещё до того, как оказалась в замке, сосредоточиться было невозможно. Я уставилась на раскрытый свиток, пытаясь заставить разум читать ту размыто написанную фразу, но в глазах плыл туман, который исчезал, как только я бросала взгляд через плечо на Джека. Он был слишком отвлекающим для моего же блага.

Мы продолжали искать все утро, прочёсывая все документы за последние пять лет, и наконец обнаружили маленькую ячейку с надписью «Лорд Седрик Фрост», но она была пуста. В панике я вытаскивала все свитки из соседних ячеек, надеясь, что завещание просто было неправильно архивировано, но ничего не нашла. Мне хотелось плакать от разочарования. Я знала, что оно есть, и он обязательно что-то написал, иначе бы не было ячейки с его именем. Он показывал мне это завещание два года назад. Если я не найду его до истечения срока действия лицензии школы через три дня, я не знала, что буду делать.

— Писцы скоро прибудут, — предупредил меня Джек. — Мне нужно убрать лёд. Он подошёл к окну, снова положив руку на стекло, пока я быстро возвращала все свитки на места, с яростным взглядом, обращённым на пустое место, где должно было быть завещание. Джек начал обратный процесс, и кристаллы льда начали сокращаться, пока не вернулись в его руку, оставив лишь прозрачное стекло.

— Я ничего не нашла, — сказала я, разочарование терзало меня, пока я проводила пальцами по пустой полке.

— А что будет, когда найдёшь? — Джек пристально смотрел на пустую ячейку.

— Я вызову власти и заставлю мачеху передать мне наследство, чтобы я могла возобновить работу школы.

— А потом? — Джек направился к заднему выходу.

— Потом я буду преподавать в школе. Если я являюсь наследницей поместья Фроствуд, то смогу преподавать в усадьбе, а не в этой маленькой однокомнатной школе.

Мы покинули зал записей, оглядываясь с тревогой, пока Джек снова запирал дверь, и поспешили уйти. Несколько минут мы шли в тишине, каждый поглощён своими мыслями.

— Что, если ты останешься здесь? — тихо спросил Джек.

Я не была уверена, что ответить.

— Тогда дети, которых я учу, будут нуждаться в жилье и питании. Им некуда больше идти, чтобы учиться.

— А что, если я уговорю короля и королеву открыть школу для магов? Я мог бы помочь преподавать.

Я закрыла глаза. Это была слишком заманчиво-неосуществимая мечта.