Счастливый выбор - Ольга Крючкова

Слова графини насторожили Завьялова.

— Это будет зависеть от того, что вы мне скажете, — уклончиво ответил он.

— Дело в том, что моя девичья фамилия — Морозова… А-а…

Графиня смутилась. Завьялов невольно почувствовал подвох в ее словах.

— Вы представились мне девичьей фамилией. Это я понял. И почему же, позвольте спросить?

— Потому… потому… — медлила Ольга Викторовна с признанием. — Я — графиня Ремизова…

У Сергея Львовича вытянулось лицо от удивления.

— Как Ремизова? Почему Ремизова? Ничего не понимаю…

— Я — Ольга Викторовна Ремизова, в девичестве Морозова. А во Владимир я прибыла подать жалобу на человека, избившего моего сына.

У Завьялова закружилась голова.

— Стало быть, на меня.

Тут настал черед Ольги Викторовны смутиться.

— Да… Но я ничего не знала. Только сейчас я поняла, что он — это вы… И…

— А разве вы не знали имени того человека, который жестоко избил вашего сына?

— Нет, я получила письмо от Треверса, где он указывал, что он, то есть вы, находится в имении Митрофаново… Но Треверс не знал вашего имени…

— Все ясно. Я не знал, что вы — та самая Ремизова, вы не знали, что я — тот самый злодей. Как интересно получается! — Лицо Сергея Львовича постепенно наливалось кровью.

Ольга Викторовна почувствовала неладное.

— Сергей, но это же не изменит наших отношений?! — умоляюще воскликнула она.

Завьялов медлил с ответом.

— Отчего вы молчите! — негодовала графиня. — Это чистая случайность, поверьте мне!

— Я молчу, оттого что опасаюсь: как ваш сын воспримет наши отношения?

Ольга Викторовна облегченно вздохнула.

— Имею я право любить и быть любимой?

От таких слов Завьялов растаял.

— Конечно, любовь моя. Но что же делать с заседанием суда, которое должно состояться завтра?

— Отменить его уже невозможно. Поедем на него, и я заберу иск, вот и все, — констатировала графиня.

— Прекрасно. Тогда не будем омрачать наш дивный вечер неприятными разговорами. Впрочем…

Графиня замерла: что означает это «впрочем»?

— Договаривайте, прошу вас.

— Впрочем, если бы не тот случай в поезде… А ведь тогда на перроне я впервые увидел вас!

— Но вы опять не договорили! — возмутилась графиня.

— Ах, простите меня, слишком увлекся. Я хотел сказать, что если бы не ваш сын, которого я, пардон, оттаскал за ухо, то мы бы не встретились.

— Да, это так…

Эпилог

Ольга Викторовна и Сергей Львович уладили все формальности, связанные с судебным иском, и отправились в имение Ремизово.

По дороге Ольга Викторовна немного нервничала, правда пытаясь скрыть свое настроение за напускной веселостью.

Завьялов понимал, что его возлюбленная обеспокоена предстоящей встречей с сыном, да что говорить, он и сам испытывал неприятное чувство тревоги. По дороге у него было достаточно времени продумать о манере поведения с пасынком и его будущей судьбе. Неожиданно ему пришла замечательная мысль:

— Ольга, душа моя. А как вы отнесетесь к тому, если я настоятельно попрошу вас определить Николая в кадетский корпус?

Графиня улыбнулась.

— Положительно. Но есть небольшое препятствие…

— И какое же? — поинтересовался майор.

— Николаю едва исполнилось четырнадцать, а в кадеты берут с пятнадцати.

— О, дорогая, это не проблема. У меня в корпусе давние связи.

— Ну если так, то не стоит откладывать…

Сергей Львович взял руку графини и поцеловал ее.

— Я рад, что наша предстоящая семейная жизнь начинается со взаимопонимания.

В родовое гнездо графини они прибыли ближе к вечеру.

Николай вышел поприветствовать маменьку. Неподдельное удивление отразилось на его лице, когда он увидел ее под руку с тем самым «негодяем», который чуть не оторвал ему ухо.

— Маменька, как вас понимать? — взвизгнул юный граф.

Ольга Викторовна мило улыбнулась и предоставила возможность объясниться своему будущему супругу.

— Сударь, я — без пяти минут ваш отчим. И примите эту новость спокойно, ибо все ваши отрицательные эмоции повредят не только вашей матушке, но и в первую очередь вам.

Николай открыл было рот, чтобы изречь очередную гадость, но не успел.

— Не престало вам, Николай, перебивать старших, если вы опять не хотите получить очередную трепку. Да, новость такова: вы отправляетесь в Москву поступать в кадетский корпус, — сообщил Сергей Львович.

— Ха! — нагло воскликнул юноша. — Мне еще четырнадцать, не дорос я до кадета!

— Отнюдь, дорогой мой! Начальник кадетского корпуса — мой давний друг, так что по моей просьбе на нехватку года он вполне закроет глаза. Но вот на ваше будущее поведение — не надейтесь! Напротив, я предупрежу его о ваших дурных наклонностях.

Николай сник, ему показалось, что яблоко, которое он схватил из корзины майора, сыграло роковую шутку в его судьбе.

— Маменька! Ну хоть вы меня пожалейте! — взмолился он.

— Николай! Вы уже взрослый человек, пора определиться с карьерой. Думаю, ваш покойный отец остался бы доволен нашим решением.

— Собирайте вещи, Николай! Вы отправляетесь в Москву через два дня, — подытожил майор, — не стоит терять драгоценного времени.

Николай чуть не плакал, ему казалось, что его жизнь кончена…

После отъезда Николая в Москву Ольга Викторовна и Сергей Львович обвенчались в домовой церкви имения. Свадьба и торжество проходили весьма скромно, присутствовали лишь Аглая Дмитриевна, супруги Соболевы, госпожа Милошенкова и Фридрих Карлович.

А после года счастливой семейной жизни благодаря связям графини Сергей Львович стал уже генералом.

Полина и Адам прекрасно проводили время в Вересово, часто наведываясь в охотничий дом. Однажды уже в конце октября Полина проснулась, когда еще было темно. Она спустилась в гостиную, достала из книжного шкафа свой дневник, еще раз перечитала его и… бросила в камин. Огонь мгновенно охватил его. Женщина с удовольствием наблюдала, как в его пламени сгорает ее прошлое и былые обиды.

Внимание!

Текст предназначен только для предварительного ознакомительного чтения.

После ознакомления с содержанием данной книги Вам следует незамедлительно ее удалить. Сохраняя данный текст Вы несете ответственность в соответствии с законодательством. Любое коммерческое и иное использование кроме предварительного ознакомления запрещено. Публикация данных материалов не преследует за собой никакой коммерческой выгоды. Эта книга способствует профессиональному росту читателей и является рекламой бумажных изданий.