След шакала - Юрий Шубин

— Лучше кашу не заваривать, а какими-то путями найти и в ближайшее время вернуть ту сумму, которую он вложил. Это по крайней мере. То есть сделать чисто возврат. Тогда нашего вмешательства просто не будет здесь никакого. Или будет, но уже конкретно к этой бабе. К вам такого интереса, прямого, уже не будет.

— Разговор идет только о том, что бы вернуть деньги, а помощь в любом случае будет вам оказана, — не замедлил добавить Андрей.

— Андрюш! Я понимаю всё, но если бы деньги были у меня… Я погорел так же, как и ты. Сдал в эту же фирму. У меня вот теперь ни копейки за душой, я уже вещи продаю, чтоб жить как-то. Я сам заинтересован, чтобы любыми путями эти деньги вернуть.

— Я тебя понимаю, — посочувствовал Андрей.

Андрей взял папку с документами и начал опять разговаривать с Игорем.

— Смотри, тут есть нотариус, печать…

— А как давно была открыта фирма? — спросил Игорь.

— Не знаю. Дела превосходно у неё шли, торговала квартирами, брала кредиты, закладывала эти квартиры под деньги. Не придерёшься…

Андрей погрузился в чтение бумаг.

— «…дееспособность проверена…», собственно, с неё можно требовать деньги даже через суд. Я сегодня хотел к юристу подъехать, узнать, насколько это все серьезно. В крайнем случае отсудиться.

— Фуфло… — сказал Игорь.

— Да, я понимаю, что фуфло, но, может, получится?

— Отсудишься ты лет через десять. Она будет возвращать тебе в рублях, ещё смотря сколько она зарабатывает. Может, подъедет Дима этот? Подождём?

— Нет, уже не подъедет, он на работе допоздна, — уточнил Сергей.

— Точно на работе или не хотел встречаться? — надувал щеки, изо всех сил стараясь быть похожим на Игоря, Андрей.

— Точно, точно…

— Диме, я так понимаю, ничего не нужно, — опять завелся Андрей. — Он говорить ничего не будет про свою бабу. Будет отпираться.

— Он ничего не знает о ней. Если бы знал — дурак, что ли, молчать…

— Когда дураки в такие дела залезают, с ними по-дурацки поступают, — спокойно подытожил Игорь.

— Конечно, — согласился Андрей с тем же видом, что и Киса Воробьянинов, когда тот произносил свою крылатую фразу: «Да, уж»!

— Дурака и могила не исправит.

— Наказывать будем жестоко. Если надо, накажем и отца его — полковника. Не поможет, что он в ФСБ работает. «Ну ты пойми, — скривил губы, передразнивая Диму, Андрей, — ты пойми, нас ведь тоже кинули. Я тоже вложил пять тысяч баксов и уже закрыл на них глаза». Я, типа, тут ни при чем, — возмущался Андрей. — Я брал у него, а не у тебя. Ты спрашивай с него, а передо мной, типа, ты сам виноват.

— Но он же деньги не себе брал, а чтобы вложить в дело. Он же формально выполнил свои договорные обязательства перед тобой, — пощупал это направление Сергей.

— Получается, ты его жалеешь? — холодно посмотрел на Сергея Андрей. — Или ты с ним заодно? Так что, жалеешь или заодно?! — опять начал заводиться Андрей.

— Мы работаем вместе и сидим в одном кабинете. При чем тут жалеешь или заодно? Меня лично, как и тебя, кинули на двадцать «штук», а не на пять, как его.

— Тут есть другой разговор. Вот как ты сказал: «Мы работаем вместе». Мне, например, завтра надоело, и я просто скажу: «Серёжа, деньги!» Ты и дальше будешь его жалеть? А Дима скажет: «Я не поеду». Он с тобой первый раз не поехал. Сегодня второй раз тебя подставил. Завтра просто скажет: «Пошёл ты на х…»! Чего ты будешь делать?

— Да никуда он не денется. Он приедет туда, куда надо, поговорить. И с тобой, как только освободится, он готов встретиться. Просто сегодня не смог.

— Он меня боится и их боится… — Игорю уже стала надоедать болтовня. Он не хотел слушать этот словесный понос дальше.

— Послушай, я с ним даже не собираюсь разговаривать, — не показывая своего раздражения, начал Игорь. — Ты с ним поговоришь сам, — сказал он Сергею. — Мы с тобой сейчас говорим, а ты с ним. Если он не поймёт тебя, то что мы с ним будем по сто раз ездить и тереть. Мы поедем один раз, разберёмся и всё. И освободится он навеки от долга. Мы официально можем и счётчик включить, и штрафные санкции предъявить. Ты дави на него, он на нее, чтобы не было участия наших сфер в этом деле. Вы в течение какого-то времени определитесь с суммой и живите как хотите. О процентах вообще забудем. Хер с ними, раз такая ситуация получилась, но по-любому расхлебывать вам: получите вы с нее или не получите. Спрос будет со всех, и кто-то будет платить.

Игорь достал из кармана пачку «Мальборо» и закурил.

— Твой последний шанс, Сергей, к этому мужику обратиться, к экстрасенсу. Ты с ним поговори, он просто обязан творить добро и помогать.

— Давай так. Время для вас всех — до конца недели. Вернуть ту сумму, которую Андрей вложил. Отдаете, и тогда нашего вмешательства тут нет, всё спокойно расходятся.

— Вот тут написано, — тыкал пальцем в бумажку Андрей, — «…до полного погашения заемщиком, но не позднее… В случае пролонгации…» Пролонгации не было. Значит, я имею право получить бабки. Проценты, хрен с ними. Возьми себе.

— Мы все влипли, — вставил Сергей.

— Вот из-за того, что влипли, вы должны вернуть всё без процентов. Сколько там, тридцать с половиной у тебя? — спросил Игорь.

— Ровно тридцать.

— Тридцать «штук», ни копейкой больше и ни копейкой меньше. Если Дима не понимает, пусть сидит и ждёт, когда на нем петля затянется.

— Он, может, и понимает, но сделать уже ничего не может, — вступился за приятеля Сергей.

— Пусть находит деньги. А то он палец о палец не ударил. Мы с ним рассчитаемся. Достаточно одних слов, чтобы вы засуетились. А он свое получит на сто процентов.

Игорь сделал глубокую затяжку и не спеша выпустил дым в окно.

— Если нужно там бабу раскрутить, когда вы её найдёте, мы поможем. Но это уже будет, ты понимаешь, работа. Проще, если ты сам всё сделаешь. Считай, что я и с тобой, и с Димой разговаривал. Если Дима не понимает, ему просто бомбу под жопу подложат или дырку в голове просверлят. А ты, если понимаешь, — ищи. Найди ту бабу, скрути ей шею. Сам её вывези за город и спроси с неё. Что, боевики не смотришь, не знаешь, как это делается? В обычной жизни — бумажки. В нашей — слова. Если заварится каша, я не знаю, как из нее каждый из вас будет выходить. Диме ответственность нести, а как — это зависит от него. И отец ему не поможет. Если кто-то начинает, запросто можете остаться без «крыши» над головой. А если будут разбираться мусора, то и с ними разберутся другие мусора. По всей строгости закона, и никто не докопается. Да и некому будет докапываться. Мы-то не беспредельничаем. А если эти заведутся, то последнюю шкуру снимут, будьте любезны. Вот и думай сам. Найди её. Наварилась [Заработала.] она с этих денег — чёрт с ней. Я знаю, кто квартирами занимается, за месяц из десятки двадцатку делает. Мы этим заниматься не будем.

— Все ищут, все бегают.

— Ну вот, ищите. Не знаю, каким путём. Тебе тоже должно быть обидно. Эта сука на всех нажилась. Тебя подставили. Но пойми нас, тебе тоже отвечать. Работайте и не пропадайте.

Разговор закончился. Сергей сел в машину и поехал домой. Дома он достал из-под свитера диктофон и прослушал запись.

— Люкс! — воскликнул он. — Теперь и на Андрея компромат имеется. Вдруг пригодится, если начнут грозить расправой.

На следующий день Дима несколько раз прослушал плёнку и сделал себе две копии: одну взял домой — послушать отцу, вторую положил в конверт и оставил в своем служебном сейфе — на всякий случай…

Глава 16

ЧАСЫ ЗАПУЩЕНЫ

Телефонный звонок раздался так неожиданно, что Сергей вздрогнул. Он не собирался подходить к телефону: после пятого звонка дожидаться ответа уже неприлично, но на восьмом звонке понял, что трубку придется взять. Кто-то с назойливостью мухи хотел с ним поговорить.

— Привет, Серёжа. Узнаёшь? — в трубке послышался вкрадчивый, но полный скрытой угрозы голос Андрея.

— Здравствуй, Андрей!

— Узнал, значит, ещё помнишь, — нарочито грозно прошипел он. — А мы, — он сделал ударение на слове «мы», — уж думали, куда ты запропастился? И не звонишь! И не заходишь ко мне в офис. Зазнался, что ли?

Такая нагловатая и вызывающая манера разговора очень напоминала ситуацию, когда хулиганам надо «прицепиться» к человеку и любое неосторожно сказанное им слово могло стать для этого поводом. Что-то типа: «Мужик, дай закурить — не куришь? Кого, кого ты нах… послал?!»

— А чего звонить, Андрей, раз результата нет. Воздух сотрясать?

— Через пять дней, самое большее, ты вернёшь долг и возместишь моральный ущерб. Мне по барабану, хватит тебе денег от твоей квартиры или нет…

— Может, объединим усилия в поисках тётки?

— Ну-у, милый, это уже твои проблемы. Выкручивайся сам, как сможешь… Жизнь в России сейчас стоит не дороже камня с дороги. Ты, Серёжа, сильно попал на деньги. Поэтому тебе дают пять дней! Хотя, что бы ты ни сделал, машина уже запущена и отсчитывает время, а от меня теперь мало что зависит. Желаю удачи.