Укус скорпиона - Виталий Пищенко

— Реакция адекватная, — раздалось над моим ухом. — Параметры: 112, 42, 34, 586. Включаю программу выхода.

— Как вы себя чувствуете?

Я открыл глаза и увидел над собой яйцеподобную голову Глена Стрэдфорда.

— Где я? — тихо прошелестели мои губы.

— В госпитале. Небольшое психическое истощение, нервный срыв. Вам надо отдохнуть несколько дней и подлечиться.

— А потом? — устало спросил я.

— Думаю, вы сможете приступить к работе.

— Опять в Кэмп-Пири? — с ужасом спросил я, чувствуя противную пустоту в желудке.

— Зачем? — удивился Стрэдфорд. — Вы удачно прошли тест-проверку, хотя некоторые шероховатости и были.

— Какую тест-проверку? — на этот раз удивился уже я.

— Ах да! — хлопнул ладонью по своему огромному лбу Стрэдфорд. — Я же вам еще ничего не объяснил. Впрочем, думаю, вы сами догадаетесь.

— Насчет чего?

— Касательно Кэмп-Пири.

— Право, у меня сейчас не то состояние, чтобы решать головоломки, — пробормотал я.

— Что верно, то верно, — согласился Стрэдфорд и затем, загадочно улыбнувшись, добавил: — И все же неужели вам не показались странными и необъяснимыми некоторые моменты, связанные с «Фермой»?

— Нет. Хотя… м-м…

— Ну же!

— Нет, не знаю. Просто однажды мне показалось, будто кто-то управляет моими действиями.

— И как вы это воспринимали?

— А как я должен был это воспринимать?

— Неужели вам не показались необычными подобные ощущения?

— Вы хотите сказать, — задумчиво начал я и тут же осекся. — Виртуальность?

— Да, — расцвел Стрэдфорд.

— И Кэмп-Пири с его ублюдочным сержантом Брэгом не существует?

— Ну… Кэмп-Пири существует, хотя и не в таком виде, какой вам довелось лицезреть. Вы побывали на «Ферме» семидесятых годов прошлого века. Сейчас учебный центр оборудован иначе. Что же касается сочного типажа сержанта Брэга, так его графоб создала одна из наших сотрудниц. Кстати, весьма хрупкая и к тому же привлекательная женщина.

— О Господи! — расхохотался я. — Значит, все это было лишь кошмаром, и я не убивал того парня?

— Разумеется, нет. Главным для нас было выяснить ваши реакции на раздражители.

— То есть вы проверяли, в состоянии ли я кого-нибудь укокошить?

— И да, и нет. Хотя и это для нас немаловажно.

— Разве вам мало того, что я сделал с Лорой Клейн?

— Увы, мистер Хопкинс, люди меняются чаще, чем погода.

— А почему вы не отправили меня в настоящий центр? Я бы наверняка многому научился. Разве это не пригодилось бы в работе?

Стрэдфорд покачал головой:

— Во-первых, у нас нет на это времени; во-вторых, и это основное, нам не нужен профессиональный убийца без чувств, без эмоций и без принципов. Именно такое чудовище из вас получилось бы, пройди вы полный курс обучения в реальном учебном центре. Нам же нужен специалист совершенно иного профиля. При этом — умеющий постоять за себя.

— И на том спасибо, — усмехнулся я.

— А чего вы хотели? — пожал плечами Стрэдфорд. — Не забывайте, на какую организацию вы теперь работаете. Ну да ладно. Мне кажется, я вас утомил. Отдыхайте, поправляйтесь — скоро вас ждет ответственная работа.

— Можно последний вопрос?

— Ну, если только последний.

— Если я правильно понимаю, то вы создали не только Брэга, но и всю компьютерную программу?

— Вам она не понравилась?

— Нет, не в этом дело. Я ведь не дилетант, но даже на миг не заподозрил, что вокруг меня одни спрайты…

— Не совсем так. Там были и рэйверы.

— Кто? — не понял я.

— Живые люди, введенные в виртуальную реальность.

— Хм… Если не Брэг, то кто же? Ах да! Этот негр… Болдуин.

— Мимо, — усмехнулся Стрэдфорд. — А как вам понравился доктор?

— Этот любитель спиртных паров?!

— Должен же кто-то облегчать жизнь страждущим. Сами понимаете, с его пристрастием врачу найти практику достаточно трудно. А доктор он хороший, не сомневайтесь.

Стрэдфорд развернулся и вышел, а я остался один среди сверкающей белизны больничной палаты.

Меня лихорадило, болели ноги и сильно хотелось спать. Но взбудораженный мозг не отпускал в царство грез. Значит, это правда. Люди могут существовать в «виртале», находясь в своем реальном теле… Какой смысл Стрэдфорду обманывать меня? Перед глазами стояли окровавленное лицо Маргарет, изрыгающий смертоносный луч бластер, Кэмп-Пири, пьяни-Ца-доктор, а еще — паренек, разрываемый в клочья автоматными пулями. Слава Богу, Стрэдфорд так и не понял, что это не просто нервный срыв, иначе я бы уже отдыхал на больничной коечке в Стрэнке. И в разговоре он не уловил тех ноток, которые искал. Пусть… Пусть считает меня хладнокровным убийцей. А впрочем, разве это не так?

— Разрешите представить вам нашего нового сотрудника, — произнес Глен Стрэдфорд. — Эндрю Хопкинс — специалист по «вирталу», последнее место работы — отдел безопасности виртуальных погружений фирмы «Компьютер технолоджис», а также эксперт по компьютерной реальности Департамента полиции Нью-Йорка.

Кивком головы я поприветствовал собравшихся в большом, освещенном десятками электрических ламп зале, до отказа напичканном электронной аппаратурой.

— Дэвид Нортон, — продолжал Стрэдфорд, — заведующий лабораторией виртуальных преобразований.

Ответный кивок головы, внимательный взгляд голубых глаз. Я решил не отставать от него и так же пристально стал изучать физиономию завлаба: пышная, ухоженная борода, длинные волосы, стянутые на затылке в пучок, тонкий, слегка искривленный нос и не менее тонкие губы. Этакий хиппи двадцатого века, причем с весьма отталкивающей внешностью. Он мне не понравился, хотя это было только первое впечатление. Внешность человека порой обманчива.

— Кристофер Шин. Сотрудник ВП-отдела. Так мы сокращенно называем лабораторию преобразований…

Отечное лицо, мешки под глазами, внушительное брюшко, перетянутое брючным ремнем, пухлые, короткие руки младенца — розовые и с ямочками.

— Кэрол Тренси. Наш ведущий программист. Я вам уже о ней говорил. Сержант Брэг — ее рук работа.

Очаровательная брюнетка приветливо улыбнулась мне, заставив на миг затрепетать сердце. Она действительно была хрупка и красива неброской красотой, приводящей в восторг настоящего ценителя, умеющего отличить шедевр от великолепной, но все же подделки. Тонкие, правильные черты лица, глаза огромные и бездонные, как весеннее безоблачное небо, губы слегка пухлые, но без пошлой вывернутости, которую всеми способами пытаются подчеркнуть у себя манекенщицы, блестящие ухоженные волосы коротко острижены, как бы невзначай открывая взору белоснежную шею и маленькие розовые ушки.

Я встречал раньше таких женщин, но большая их часть была всего лишь плодом вымысла злого гения Маргарет Тревор. Теперь же я видел эталон женской красоты воочию и, признаться, был потрясен, даже по-мужски взволнован близостью столь очаровательной особы. — Очень приятно, — пролепетал я, и улыбка Кэрол стала еще шире.

— Мне тоже, — отозвалась она, и ее голос музыкой прозвучал в моих ушах. У Лоры-Маргарет тоже было на редкость мелодичное контральто, но куда ей до Кэрол! Так, тень, жалкое подобие…

— Дик Джексон, программист, — донеслись до меня слова Стрэдфорда.

Я с трудом перевел взгляд на огромного негра с пышной кудрявой шевелюрой и фигурой штангиста-тяжеловеса.

— Кеннет Грипс — шеф отдела прикладной виртуальности.

Старичок с рыхлым носом и совершенно лысым черепом. Маленькие глазки просверлили во мне две дырки, но, не найдя в моих внутренностях ничего примечательного, погрузились сами в себя.

— Абрахам и Бенджамин Обермайеры. Из этого же отдела.

Два брата-близнеца. Насколько я знаю, такое случается в еврейских семьях нечасто. Оба очкарики, черные волосы, тщательно выбритые подбородки, посиневшие от ежедневного бритья, нижние губы слегка выпячены.

— И, наконец, ваши, так сказать, ближайшие коллеги. Эдвард Смит…

Подтянутый, стройный спортивного вида парень лет двадцати пяти с благодушным открытым лицом.

— …и Бруно Филетти.

Типичное итальянское лицо, античный профиль, смуглая кожа, черные волосы и глаза, порывистые движения.

— Как видите, штат сотрудников у нас небольшой, зато загрузка у каждого на двести процентов. Впрочем, никто не жалуется. Когда работа приносит моральное удовлетворение, она радует и не обременяет. Я верно говорю?

Никто ему не ответил.

— Что ж, — улыбнулся шеф. — Думаю, на этом официальное представление окончено. Со временем, Эндрю, вы познакомитесь со всеми поближе и, надеюсь, подружитесь. Я хотел бы побеседовать с вами в моем кабинете. Бруно, ты мне тоже нужен.

Мы вышли из зала, и через еще не захлопнувшуюся дверь я услышал гул голосов. Надеюсь, это не означало, что началось перемывание моих косточек.

Разговор со Стрэдфордом не затянулся. Он просто сообщил, что тренировки начинаются немедленно, а Бруно будет моим наставником…