Цена успеха - Джастин Валенти

— Это не в номере, это нам жарко.

Филипп начал расстегивать на ходу рубашку. Непривычный наряд Алексы придавал сцене особую пикантность. Филипп чувствовал себя так, будто собирался соблазнить экзотическую незнакомку. И подозревал, что и жена испытывает нечто подобное, потому что она тут же включила радио и, бросая на Филиппа призывные взгляды, стала извиваться под музыку.

— Шампанское еще холодное, но немножко выдохлось, — заметила она.

— Ничего, мы сделаем свои собственные пузырьки, — прошептал Филипп.

Пока Алекса разливала шампанское, Филипп подошел к ней сзади и положил руки на грудь. Ее томный вздох мгновенно возбудил Филиппа. Обольстительно улыбаясь, Алекса повернулась к нему лицом и сделала глоток.

Филипп обмакнул палец в фужер и смочил шампанским ее шею и мочки ушей. Алекса, затрепетав, закрыла глаза. Прижавшись губами к ее шее, он поставил фужер и просунул руку под блузку и в эту минуту вдруг почувствовал на своей груди прохладную струйку, а затем прикосновение языка Алексы. Слизывая с его груди шампанское, она одновременно стала расстегивать его брюки.

— Похоже, ты по мне соскучился, — прошептала Алекса, лаская его до тех пор, пока мужское естество не запульсировало от возбуждения.

Филипп попятился к кровати, изображая застенчивость, Алекса двинулась на него. С первым шагом она расстегнула блузку, со вторым сбросила ее с себя. Филипп сел на кровать и стал наблюдать, как Алекса выскальзывает из юбки. Вскоре на ней не осталось ничего, кроме тюрбана, браслетов и серег. Филиппу стоило гигантского напряжения воли не наброситься на любимую прямо сейчас.

Алекса плавно опустилась на колени и сняла с него брюки, затем трусы. Филипп почувствовал ее губы, горячее нёбо и больше не смог терпеть. Легко подняв Алексу, он уложил ее на кровать и придавил ноги коленом, не давая пошевелиться.

— Ну что, может, немножко подождем? — поддразнил Филипп, обведя языком контуры ее губ.

— Нет, прошу тебя, я больше не могу ждать, — простонала она.

— Ты меня умоляешь?

— Да, умоляю. Пожалуйста, дорогой, прошу тебя… — Ее дыхание стало частым, голос прерывался.

— Пожалуйста… что?

И Алекса объяснила что, захватив его язык своим ртом и впиваясь ногтями ему в спину. Она извивалась под ним, укусила в плечо, и тогда Филипп коленом раздвинул ей ноги…

Зрачки Алексы расширились от страсти. Когда она сдавленно застонала и закрыла глаза, Филипп сделал глубокий толчок, и — его хриплый рык слился с ее криком. Наступивший оргазм был таким интенсивным, что Филиппу казалось, будто он взрывается.

Они и потом занимались любовью под все еще доносившийся с пляжа барабанный бой.

На первое января Джеромы были приглашены в дом бразильской актрисы, у которой Филипп брал интервью. В числе гостей на званом обеде был и правительственный чиновник, который пообещал Алексе ускорить процедуру получения нужных документов, а также прислать в помощь инженера, знающего английский.

На следующий день Алекса и этот инженер встретились с подрядчиком, ведущим строительство жилого комплекса. Услышав, что их проблемой занялся чиновник столь высокого ранга, подрядчик заметно успокоился. Вернувшись в отель, Алекса разработала новый вариант, по которому системы кондиционирования устанавливались под окнами.

Она отправилась на строительную площадку в сопровождении все того же инженера и по такому случаю оделась «как леди»: белый льняной костюм, шляпа, перчатки. Пока инженер передавал ее инструкции старшему мастеру и инженеру-механику, Алекса держалась тише воды ниже травы, ограничиваясь короткими фразами типа «optimo» или «muito bem», когда ей что-то нравилось, или «nao gusto» — в противном случае, предоставляя инженеру самостоятельно развивать ее мысль. В промежутках она много улыбалась и при каждом удобном случае благодарила всех словами «muito obrigado».

Когда Карл позвонил из Осло, чтобы узнать, как идут дела, Алекса заверила его, что проблема почти решена и строительство скоро будет продолжено.

— Превосходно, Алекса! Мне нравится ваш стиль работы.

— В офисе ходят упорные слухи, что тебе здорово помог муж, — по секрету сообщил Грег, когда она вернулась на работу.

«Мог бы вложить в свои слова поменьше злорадства», — подумала Алекса.

— Вот, значит, какого ты обо мне мнения?

— Что ты? Мне ли не знать о твоих талантах! Но некоторые старые ворчуны приписывают все заслуги Филиппу. Ясное дело, они просто завидуют, что не им, а тебе посчастливилось встретить Новый год в Рио. Кстати, этот ужасный тип Бауэр из кожи вон лез, только бы затормозить работу. С проектом возникла задержка на два дня, и Сол поднял крик, что не успеет с макетом. Тогда Иган заявил, что чертежи пропали, и заставил нас перевернуть здесь все вверх дном.

Алекса нахмурилась:

— Надеюсь, они нашлись?

— Да, конечно, но только после того, как Сол пригрозил обыскать кабинет Игана. Тогда они вдруг чудесным образом объявились на самом видном месте. Предупреждаю, Алекса: за этим типом нужен глаз да глаз. Он явно пытается тебе напакостить.

— Грег, не говори ерунды. Иган так же, как и я, заинтересован, чтобы этот проект имел успех. Он ведь менеджер! С какой стати ему заниматься саботажем?

— Иган знает, что его никогда не сделают компаньоном. Да, он хороший руководитель и все такое, но у него есть серьезный недостаток: высокомерие. В фирме его терпеть не могут. Вот он и пытается все испортить. Раз уж ему не бывать компаньоном, неужели ты думаешь, Бауэр хочет, чтобы это удалось тебе?

— Ради всего святого, Грег, прекрати! — Алекса потеряла терпение.

Возможно, Грег просто вредничает со злости, так как хотел пригласить ее сегодня на ленч, но она уже пообещала менеджеру.

Мельком взглянув в висевшее на стене зеркало, Иган Бауэр остался доволен увиденным. Он откинулся на спинку кожаного кресла и улыбнулся Алексе, которая потягивала легкий коктейль и изучала меню.

«Ля Ридженс» — идеальное место, где можно скрыться на время ленча от коллег по фирме «Линдстром ассошиэйтс», — был одним из любимых ресторанов Игана. К тому же это элегантное заведение давало ему возможность блеснуть превосходным знанием французского. Особенно Игану нравилось бывать здесь с Алексой.

Он бы с удовольствием просто наслаждался превосходной едой в ее обществе и непринужденной беседой об архитектуре, как бывало обычно. Но сегодня он никак не мог расслабиться. Чертовски не повезло: после удачной командировки в Рио Алекса выросла в глазах руководства, и теперь Карл готов был одобрить любой росчерк ее карандаша.