Курсанты Академии - Рэй Брэдбери

Над капустной грядкой был отчетливо виден экран компьютера. Интересно, сколь многому могла научиться тварь, просто наблюдая за его работой и играми?

Нет, сейчас не время думать об этом. Надо добить ее, прежде чем в тело ему вонзится крошечная отравленная стрела.

Флэммерсфелд выпрямился. И длинными скачками метнулся к открытой двери лифта. Задыхаясь, влетел в кабину и уже потянулся было к кнопке…

Должно быть, убийца проскользнул в кабину, когда он, Флэммерсфелд, беспомощно болтался в воздухе, подвешенный за ногу.

Из левого нижнего угла, где, прямо за дверью, пряталась тварь, высунулась тонкая и хрупкая рука с веточкой. Концы ветки были заострены и намазаны ядом.

Они впились Флэммерсфедду в левую икру.

Опустив голову, Флэммерсфелд смотрел на крошечное, мудрое и одновременно печальное личико.

— Черт бы тебя побрал… — пробормотал он.

— Это тебя черт бы побрал.

Первый и последний раз в жизни услышал он тоненький шелестящий голосок…

Но в тот момент он как-то не подумал об этом. Он думал только о том, что надо как можно скорее добраться до аптечки и попробовать изготовить какое-нибудь противоядие. Сердце бешено билось. Он надавил на кнопку, двери лифта затворились, они поехали вниз.

Глаза Флэммерсфелда злобно сверкали, но он старался не смотреть на тварь, преградившую выход.

И когда лифт остановился и двери раздвинулись, пинком отбросил ее с дороги и вышел. Сделал два шага и рухнул на пол лицом вниз.

Убийца продолжал истекать молочно-зеленой кровью. И вскоре последовал за Флэммерсфелдом в темное царство мертвых. Однако он все же достиг своей цели — отомстил и был отныне предан забвению.

Инспектор X. Ситон Дейвенпорт из Земного бюро расследования, или ЗБР, ожидал увидеть кого и что угодно, но только не детектива, стоявшего вверх ногами. Однако именно такое зрелище предстало его взору.

Доктор Венделл Эрт, земной экстратерролог. И голос у него звучал так странно, когда он пригласил Дейвенпорта войти.

Визгливый тоненький тенорок, он звучал сдавленно и напряженно, когда в ответ на звонок пропищал:

«Войдите!»

Дейвенпорт и представить себе не мог, что застанет доктора Эрта стоящим на голове. По крайней мере, именно так показалось ему, когда, войдя, он увидел этого знаменитого своей ученостью человека, бывшего консультанта ЗБР.

При более пристальном рассмотрении оказалось, что доктор Эрт устанавливает осветительный раздвижной прибор вдоль плинтусов. И делает это для того, чтоб осветить самые темные в комнате места, а именно — под книжными полками.

Кровь прилила к голове доктора Эрта, глаза выкатились из орбит и напоминали глаза человека, страдающего заболеванием щитовидной железы. Эти выпученные глаза и торчащий из брюк клочок рубашки подсказали Дейвенпорту, что происходит. И он, не сделав и шага, быстро оглядел пол.

И он увидел их, но не на полу, а на самой нижней полке, куда они, падая, отлетели. Шагнул вперед, протянул руку, наклонился и поднял то, что искал доктор Эрт.

— Вот, пожалуйста!.. Доктор Эрт, да?

— Да, — пискнул доктор Эрт. — Сколь ни покажется вам странным, но это именно я и есть, — он явно копировал интонацию и манеры Дейвенпорта. Затем извернулся, чтоб лучше видеть Дейвенпорта, близоруко сощурился и, наконец, видимо, понял, что тот держал в руке. — Ага!.. — пыхтя и задыхаясь, он выпрямился и положил заряженный солнечной энергией голографический осветительный прибор на пачку бумаг на столе.

Очевидно, он был призван не только освещать эту просторную комнату, но и служить пресс-папье.

Доктор Эрт взял очки, которые протягивал ему Дейвенпорт.

— Благодарю, — затем улыбнулся странной изменчивой улыбкой, которая делала его похожим то на моргающую сову, то на сияющего добродушием Будду. — Впрочем, вы и без того уже вознаграждены. Застали тут целое представление, — он протер стекла клочком вылезшей из брюк рубахи, щурясь, оглядел их с одной стороны, потом — с другой и надел. Нацепил на маленький нос пуговкой. Если бы не уши, нос вряд ли бы удержал оправу.

И жестом пригласил Дейвенпорта сесть в кресло.

Сам же со вздохом уселся за стол. Стул, вторя вздоху, тихо и жалобно скрипнул. Доктор Эрт сложил руки на животе и вопросительно уставился на гостя.

— Вы по поводу той смерти на «Терраниуме-9»?

Дейвенпорт кивнул.

— Смерть — это просто условное, рабочее, так сказать, название того, что случилось. Пока что мы не можем определить, что именно там произошло. Назвать несчастным случаем нельзя, на убийство тоже не очень похоже. А самоубийство… вызывает сомнения.

Доктор Эрт поерзал на стуле и уселся поудобнее.

— Расскажите подробнее.

— Проще и лучше показать, — и Дейвенпорт извлек из вместительного кармана пачку голограмм. Придвинул поближе к доктору Эрту и начал показывать по одной, сопровождая показ объяснениями.

— Вот это снимок «Терраниума-9» с близкого расстояния, сделан с исследовательского корабля после сигнала об аномальных явлениях на станции… Дело в том, что Флэммерсфелд, единственный обитатель этой станции, не вышел на обычный утренний сеанс связи с Землей, не ответил на сигнал «Все ли в порядке». Не отвечал и дальше, когда в центре управления уже не на шутку встревожились… А вот снимки, которые сделала офицер службы спасения. Снимки внешней части обоих входных шлюзов, сама она попала на станцию через северный. Вот на этом очень хорошо видна космическая пыль, накопившаяся за год и нетронутая. А это означает, что со времени последней дозаправки, которая состоялась год тому назад, этими шлюзами никто не пользовался… А вот и сцена смерти. Она имела место во внутренней сфере…

Доктор Эрт взял последнюю голограмму обеими руками и поднес ее поближе к глазам. Затем окинул Дейвенпорта каким-то странно-многозначительным взглядом.

— Эта голограмма не говорит мне ничего нового. Ничего, кроме того, что вы уже сообщили. Что Флэммерсфелд только что вернулся в жилой отсек из «Сегмента-2» и принес с собой кочан капусты. То ли с целью исследовать, то ли просто съесть его. И вдруг упал мертвым. И каким-то таинственным образом в ноге его оказалась смазанная ядом стрела. Чтоб выяснить причину смерти, мне нужны результаты вскрытия. И потом… хотелось бы знать состав яда.

Дейвенпорт покачал головой.

— Вот тут-то и кроется самое странное. Ведь сам Флэммерсфелд, будучи по совместительству еще и биохимиком, мог бы создать яд в лаборатории. В пробирке. И получился бы он у него чистым, лишенным каких-либо примесей. Мы же имеем дело с кураре, изготовленным самым примитивным образом. Детектив обнаружила этот яд в скорлупе грецкого ореха. А саму скорлупу нашли в куче компоста на «Сегменте-2», — он протянул доктору Эрту еще одну голограмму. Вот снимок.