Клетка (ЛП) - Коул Стиви Дж.

— Все не так, как ты себе нарисовала. Ты и Джуд понятия не имеете, как действует картель. Это не его букмекерская чушь. Картель — это то, с чем дьявол даже не ебется. — Выдыхает он. — Доминго и Хесус не ведут переговоры, они вызывают страх. — В его голосе такое холодное безразличие, что я его почти не узнаю. — Поверь мне, я вырезал целые семьи, чтобы преподать урок другим, и мы редко промениваем жизнь на жизнь. Это не то послание, которое заставляет людей бояться тебя. Это послание, дающее надежду. В этом мире надежды не существует.

Я сглатываю желчь, поднимающуюся в моем горле. Я не знаю, что ему сказать. У меня нет слов.

— Где Джуд? — спрашиваю еще раз.

— Я пытаюсь его отыскать, — говорит он и отключается.

Я сжимаю телефон в руке, но не плачу, хотя все мои надежды теперь разбиты. И вслед за моим отрицанием приходит принятие. У картеля есть моя дочь, и никто не вернет ее. Я не могу просто сидеть здесь. Я не буду. Меня не страшит, что я должна войти прямо в логово льва, я не оставлю Кайлу одну. Если она с монстрами, то я тоже хочу быть с ними. Я снова и снова доверяла Джуду исправлять ситуацию, но на этот раз Кайла участвует, и все меняется. Я наклоняюсь и сую руку в сумочку, беру пистолет и медленно вытаскиваю его.

Я нервно смотрю на Марни, держа пистолет рядом с матрасом, и прочищаю горло.

— Марни, мне нужна услуга.

— Что тебе нужно? — спрашивает он, полностью сосредоточившись на телевизоре.

— Мне нужно в Мексику, — говорю я. Я знаю, что у него есть приказы. Я знаю, что Джуд никогда бы этого не допустил, но мне больше не нужно давать Джуду шансы. Двадцать четыре часа — это слишком много. Я нужна Кайле.

— Дорогая, ты же знаешь, я не могу этого сделать…

Я сжимаю переносицу, борясь с угрожающей головной болью от напряжения. Я достаю пистолет, наставляя его на него, прежде чем медленно поднимаю взгляд. Марни резко вдавливается в кресло, качая головой. Мне нравится Марни, но я даже не чувствую себя виноватой из-за этого. Никто не будет стоять между мной и моей дочерью. Даже Марни.

— Возьми ключи и отвези меня, Марни.

— Джуд не обрадуется этому, Тор…

— Джуд втянул нас в это долбанное месиво! — кричу я, мой голос дрожит от напряжения. — Джуд причина, по которой у них оказалась моя дочь, Марни.

Марни вздыхает и качает головой.

— Черт, Тор я…

— Не надо. — Я перебиваю его. — Не пытайся передумать. Мне нужно быть с ней, и мне все равно, какую цену я заплачу. А теперь отвези меня в картель, или клянусь богом, я застрелю тебя.

— Полегче, — усмехается он, отталкиваясь от кресла, — тебе не нужно в кого-то стрелять. — Я держу пистолет нацеленным на него, когда мужчина открывает дверь, а затем засовываю его под рубашку. Марни идет к машине и открывает дверь. — Ты понимаешь, что это картель, — говорит он, выходя на автостоянку. — Это не шоу с оружием и пони. Они вытаскивают парней на улицу. Джо по сравнению с ними выглядел мягким ублюдком.

Слезы текут по моим щекам.

— Понимаю, но у них Кайла! — В моем голосе звучит истерика, но я борюсь с нею.

— Черт, а не все ли равно? Мы все равно умрем, возможно, это даже будет Джуд, который пустит мне пулю в голову… — бормочет Марни, открывая дверь машины со стороны водителя. Он глубоко вздыхает и кивает, прежде чем завести двигатель. Грузовик оживает, и мы уезжаем.

Через милю по дороге я хватаю телефон Марни с приборной панели и выбрасываю его в окно. Я знаю, что как только я выйду из машины, он найдет телефон и позвонит Джуду, но мне не нужно, чтобы Джуд остановил меня до того, как я доберусь до места. Я знаю, что это не план, но мне нужно это сделать.

20

Джуд

Выстрел.

Кровь забрызгивает окно, мое лицо, мою рубашку, и парень рядом со мной падает на сиденье. Обе двери сзади распахиваются, и кто-то снаружи вытаскивает труп мертвеца на улицу. Двое мужчин забираются внутрь и садятся по обе стороны от меня. Двери даже не закрылись до того, как Хаммер начал разгоняться. Двигатель ревел, когда он летел по неровной дороге. Я сижу в тишине, гадая, что, черт возьми, происходит, когда слышу отчетливые щелчки взвода ружья. Я оглядываюсь по сторонам и вижу вытащенные пистолеты, нацеленные мне в голову. Что, черт возьми, только что произошло?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Габриэль, — говорит мне водитель, — недоволен таким решением.

***

Мы подъезжаем к большим железным воротам, где на страже стоят двое мужчин. Водитель опускает окно, что-то кричит по-испански, и ворота медленно открываются. Мы подъезжаем к белому дому с крышей из мексиканской глины, и там, на дороге, со скрещенными руками стоит Габриэль.

— Черт, — стону я, ударяясь головой о сиденье. Мужчина справа от меня открывает дверь и с криком выходит. Я следую его примеру, обхожу переднюю часть Хаммера прямо к Габриэлю. — Что за хрень? — спрашиваю. Он смотрит на меня, прежде чем повернуться, чтобы войти внутрь. — Габриэль! — кричу я.

— Не думал, что ты такой глупый.

Меня окутывает жар, и я бросаюсь к нему. Он даже не вздрагивает, а только ухмыляется мне, как мерзкий ублюдок. Я завожу руку и бью кулаком прямо в его челюсть. Его голова наклоняется в сторону, и он со стоном хватается за лицо. Я слышу выстрелы позади себя, и Габриэль поднимает свободную руку, качая головой.

— Не стреляй в него, — говорит он, в его голосе слышаться раздражение. Он глубоко вздыхает, прежде чем повернуться ко мне. — Никогда не делай так снова. — И уходит, показывая мне следовать за ним.

— Черт побери, Гейб, — кричу я, пока мы проходим через гараж.

— Ты слишком нетерпелив. — Он останавливается перед дверью и поворачивается ко мне. — Он бы убил твою дочь прямо на твоих глазах. Он бы подвесил ее к фонарю за кишки, а затем скормил бы собакам. Он бы нашел Тор и забрал ее, трахнул бы ее, а затем разрезал бы ее от живота к горлу, проливая ее кровь на улицы, чтобы Синалоа мог танцевать. Тогда и только тогда он убил бы тебя.

У меня живот сводит от этих слов, голова начинает кружиться, потому что я чертовски хорошо осознаю, что никогда ранее не видел ничего подобного. Я никогда не был в такой хреновой ситуации, и это о многом говорит.

Габриэль смотрит на меня, тянется к дверной ручке.

— Ты corredor de apuestas3. Призрак. Ты работаешь со мной, и ты долбаный стукач. Ты — предупреждение всем остальным. И не волнуйся, — он распахивает дверь, — Мигель уже в пути, чтобы сказать Хесусу, что я тебя перехватил. Он поверит в это, потому что ты — актив, а это, в конце концов, бизнес.

— Пиздец как круто, Гейб. Чертовски прекрасно просто.

Он смеется.

— Но давай посмотрим с другой стороны, у нас есть преимущество, — говорит он, входя в комнату. Я следую за ним и вижу Андреа, привязанного к койке с клейкой лентой на рту и капельницами в руке. Его лицо в синяках, глаза опухли. На его щеке вырезан символ картеля Синалоа. — Это маленькое дерьмо вырвалось, — говорит Габриэль. — Они редко меняют жизнь на жизнь, но в данном случае они могут.

Гейб срывает изоленту, вытаскивая телефон из кармана.

— Мой отец убьет тебя, — рычит Андреа, сопротивляясь удерживанию.

— Я знаю, знаю… — Габриэль вздыхает, размахивая рукой в воздухе, как будто он слышал это тысячу раз и ему это надоело.

— Хесус, — мурлычет Габриэль в трубку. — Как твои дела? — пауза. — Угадай, кто еще жив и в гребаном гараже? Андреа Гарсия. — Я наблюдаю, как на лице Габриэля медленно появляется ухмылка. — Конечно, если ты также покажешь мне доказательства жизни. — Его глаза смотрят теперь в мои. — Tengo ese pedazo de meirda!4 — Габриэль кричит в трубку, прежде чем протянуть ее Андре. — Di algo5.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Matarlos detolo6, — Кричит Андреа. — Matarlos detolo!

Габриэль выхватывает телефон.

— Вот твое долбаное доказательство. А где же наше? — он включает громкую связь, и я слышу шорох, крики мужчин.

— Габриэль, — сильный испанский акцент женщины слышится на линии.