Заступник. Твари третьего круга - Арина Свобода

   – Что?!

   – Безлюдье – суть мерзость запустения, поселившаяся в наших сердцах, разделившая мужа и жену, отцов и детей. Настроившая брата против брата. Понял?

   Никел неуверенно кивнул. От таких разговоров стало еще неуютней.

   – Но не оставил Вечный Отец человеков и послал Заступника облегчить наказание и напомнить, что все мы лишь странники и пришельцы в этом мире. Беженцы. Все бежим от чего-то. Кто от людей, кто от проблем, кто от себя. И всяк желает новую жизнь начать. А ты от чего бежал?

   – Из-за меня человек один… и мама… – выдохнул Ник.

   Предательские слезы побежали по щекам.

   Дугал положил тяжелую руку ему на плечо.

   – Плачь, сынок. Не стесняйся. Это тяжкий груз. Жаль, что я ничем не могу тебе помочь.

   – Все вышло случа… У меня не получи… его спас… Я старался выгна… мглу, правда-правда! А она такая черная и злая, – выпалил он почти скороговоркой, глотая окончания слов вместе с горькими слезами.

   – Ты прогонял сны? – густые брови Дугала поползли вверх.

   – Угу, – Ник всхлипнул, и ему стало легче оттого, что слова наконец-то сорвались с губ. Дугал ему поверил и пожалел. Коснулся не только рукой, но и сердцем. Ник видел, как светлые, словно сделанные из бутылочного стекла, глаза этого большого угрюмого человека светятся пониманием и сочувствием. Почему-то признаваться ему в том, что он сделал, совсем не стыдно.

   – Но их было слишком много… Мгла такая кусачая. Так больно! Я говорил, что нельзя так. А он… Он сказал – слабак! А у меня не хватило сил. Просто не хватило сил! А он не поверил. И… он, наверное, теперь ушел в Темный навсегда, и мама… А там так страшно! За что?!

   – Ох, Первоматерь! И зачем я согласился?!

   Тари с надеждой посмотрел на своих спутниц будто его причитания могли возыметь эффект и заставить девчонок отказаться от задуманного. Ланка промолчала – преувеличенно горестные стенания парня успели изрядно ей надоесть. Таля же явно чувствовала себя неловко, борясь с любопытством и страхом одновременно. Не зная, на чью сторону встать – любимой подруги или старшего брата.

   – Тарик, ну чего ты? Мы посмотрим тихонечко и пойдем. Да, Лан?

   Ланка неопределенно хмыкнула. Это она загорелась идеей попасть к людям, которые, по словам Тари, не боялись нарушать закон, плевать хотели на Темный Город и вообще, чувствовали себя свободными и счастливыми. Именно это ей сейчас и было нужно – вылечиться от страха перед миром снов.

   – Слушай, а этот ваш главный – он кто вообще? – спросила она, чтобы хоть ненадолго отвлечь Тари от переживаний.

   – Учитель! – напыщенно поправил Тари.

   Ланке стало смешно. Во всем этом было что-то театрально-киношное – конспирация, неуязвимый и многомудрый главарь, преданные ученики… Не верилось, что где-то совсем рядом, в городе, в котором Ланка выросла и знала каждый переулок, могла существовать столь могущественная организация.

   – Он… – продолжил Тари. – Ну… Старый такой. Он всем руководит, задания дает, помогает…

   Он замолчал.

   – Что помогает? – не выдержала Таля.

   – Ничего. Какая разница – вы же не собираетесь вступать в организацию.

   – Может, и соберемся, – поддразнила парня Ланка. – Если нам понравится то, что ты покажешь.

   – Сдурела?! – вытаращился Тари. – Это же… Меня же родители убьют!

   – А ты как же?

   – Во-первых, я уже взрослый. А во-вторых, они не знают, – признался Тари.

   – Ну так и про нас не узнают! Долго еще?

   – Да все, пришли.

   Тари отбил сложную дробь на неприметной железной двери. Долгое время ничего не происходило.

   – Там вообще есть кто-нибудь? Может, выходной сегодня? – нетерпеливо поинтересовалась Таля.

   – Да помолчи ты!

   В этот момент дверь бесшумно отворилась. Здоровяк с каким-то деформированным лицом хмуро уставился на переминающегося с ноги на ногу Тари. Девочек охранник как будто не замечал.

   – Здравствуй, Арни, – неловко пробормотал парень. – А… Леар сегодня отдыхает? Твое дежурство, да?

   На зловещем лицо охранника ничего не отразилось.

   – А я вот… пришел. Это со мной. Сестренка и… подружка ее. Они быстро, Арни, только глянут и сразу уйдут. Привязались, как призрак к убийце.

   Тари тонко хихикнул, но Арни не разделил его веселья, и улыбка на лице парня увяла. Впрочем, здоровяк слегка подвинулся – видимо, это означало разрешение пройти.

   Протискиваясь мимо огромной туши, Ланка невольно задержала дыхание – от охранника исходил слабый, но отчетливый запах гнили. Ланка не успела сообразить, что напоминает этот аромат, как ее внимание привлек мальчишка, двигавшийся по коридору им навстречу.

   Очень бледный, очень худой, похожий скорее на призрака, чем на живого человека, подросток двигался странными рывками, как заржавевший механизм. Когда мальчишка проходил мимо, Ланка опять уловила тот же запах, что исходил от Арни, – смесь затхлости и гниения. Внезапно она вспомнила, где уже обоняла этот дух разложения… В том сне! В Темном Городе! Но ведь от живых людей не может так пахнуть? Что здесь происходит? Может, загадочный Учитель нашел способ управлять снами? Ланка не раз слышала о таблетках, якобы помогающих отогнать сны, о чудо-излучателях, превращающих Темный Город в Светлый Лес, об экстрасенсах, способных за большие деньги избавить от наказания даже убийцу…

   Отец всегда смеялся над подобными разговорами. Называл «чудотворцев» жуликами и шарлатанами, сокрушался, что в Темный попадают только за причинение непосредственного вреда здоровью. «Если бы отправлять в сны ворюг, обманщиков и прочих опосредованных вредителей, как бы легко дышать стало на улицах нашего города!» – заявил как-то Ивар. Потом Ланка узнала, что в тот день он оперировал женщину, вскрывшую себе вены. «У нее муж, – рассказывал папа, тяжелым взглядом упершись в полупустую бутылку водки, – ушел. Ну, ты понимаешь. Из-за ерунды, между прочим. Он поскользнулся и упал. Толкнул старушку – случайно, заметь, толкнул! Он сам мог оказаться на ее месте, просто так сложилось, что… В общем, она ударилась головой – мгновенная смерть. Мужик пришел домой, все жене рассказал, написал завещание, поужинал и заснул. А она – дуреха! – кинулась к этим. Ей ведь что обещали, сволочи, – вернуть его, понимаешь? Совсем вернуть! Живого, здорового. Она все продала, все заначки выгребла. Трое суток сидела рядом с постелью, читала заклинания. А после он на ее глазах… Ну, она в ванную, бритвочку в руки – и привет! Дура!» Отец, проливая на стол прозрачную жидкость, плеснул в стакан, проглотил залпом, поморщился.