Подземелье - Ваня Мордорский

Ненавижу.

Тварь.

Выродок.

Убью.

Нос забивало этим отвратительным запахом.

— Что молчишь?..

Мгновения растянулись.

— Не…на….вижу… — выдохнул Зур’дах.

И впервые за долгое время глаза его заволокло тьмой.

— Что…происх… — чемпион не успел договорить.

Он ощутил каждую каплю собственной крови. С момента появления дроу она молчала. Но тут, в этом помещении, дроу не было. Были только они. Дети. И кровь зашевелилась, требуя отмщения.

— Тварь… — выплюнул Зур’дах, сжимая и разжимая руки.

Перед собой он видел не наглого мальчишку, а только тварь –многоножку. Многоножку, которая сожрала Каю. Многоножку, которая сделала ему больнее всех.

С выдохом кровь проснулась. Кровь наполнила его тело. Одно мгновение растянулось и он рванул навстречу гоблиненку, который сразу попытался ударить его. Не успел.

Зур’дах схватил его за руку. Схватил за мчащийся на него кулак. Который для него был медленным.

Слишком медленно.

— Да я тебя…

Однако ничего он не сделал. Потому что в следующее мгновений раздался хруст. Ладонь сжала руку «Чемпиона», со всех сил. И если ему удавалось крошить некоторые виды камней, то обычная гоблинская кость…

Мальчик закричал и лицо его перекосилось боли и злости. Он вновь попытался вырваться и одновременно ударил ногой. Зур’дах сделал полушаг в сторону. Мальчик второй рукой попытался заехать ему в морду, но теперь гоблиненок схватил и вторую руку, и она оказалась как в каменных тисках.

— Еще раз… — сказал гоблиненок глядя глаза в глаза на упавшего на колени мальчишку, — Прикоснешься к ней, или к любому из нас, я тебя убью…Понял, тварь?

Аура Зур’даха вырвалась наружу. Непроизвольно. Аура паука.

Все дети, даром что такие же мутанты как и он, инстинктивно отпрянули к стенам. Даже Сарик и Саркх. Все. Они ощутили себя запертыми в ловушке вместе с этим маленьким гоблиненком-хищником, который тем не менее был младше большинства из них.

Теперь уже они увидели перед собой смутный образ беспощадного черного паука, и сети которые он раскинул по всей казарме. Сети страха, из которых выбраться они не могли. Потому что ноги резко стали ватными, а сердце заколотилось как бешеное. Липкая паутина страха окутала их, и хоть на самом деле они не видели никакого паука, они ощущали его незримое присутствие.

Только Кайра заметила, что пространство вокруг Зур’даха словно поплыло рябью, а тьма у его ног зашевелилась. И ей стало страшно. Такого она еще ни разу не видела.

Вслед за ней каждый из детей затрясся от внезапно нахлынувшей волны страха.

— Зур’дах…перестань…хватит… — прошептал Тарк, который единственный не шарахнулся от него в сторону. Он уже видел соплеменника таким, тогда, когда тот ударил Сарика. А вот сам Сарик чуть ли в угол не забился.

Хоть в этот раз глаза Зур’даха и почернели, но видел он все прекрасно. И ощущал в руках силу, с которой мог дробить камни.

— Тварь… — выплюнул гоблиненок, обращаясь к чемпиону, — Отвечай. Ты понял?

Тот пытался вывернуться и ударить гоблиненка. Он, в отличии от других, действительно сопротивлялся воздействию ауры паучьей крови. Ему хоть и было страшно, но он пытался подняться, дать отпор. Просто вырваться из хватки Зур’даха он не мог. А боль в обеих руках, где уже были сломаны кости, мешала прийти в себя.

— Да я…

Зур’дах ударил его второй рукой. Уже не в полную силу, а просто ладонью. Потому что вдруг забоялся убить мальчика. Рассудок уже начал возвращаться к нему, вместе с самообладанием. Однако, проучить этого «чемпиона» он должен был. Чтобы впредь он даже сунуться к ним не посмел.

— Ты мерзкая…Вонючая….Тварь…На!

Гоблиненок наносил мощные шлепки по его лицу, наслаждаясь происходящим. Когда пролилась кровь мальчика, запах многоножки в воздухе мгновенно усилился. И он еле сдержался, чтобы не убить подростка, потому что из-за запаха крови вновь встала перед ним огромная многоножка. Вот только в этот раз он сам был огромным пауком, который поймал тварь и не собирался отпускать.

Его нос просто выворачивало от этого запаха. Этот же запах вбился ему в подкорку когда он убил многоножку, когда всё это случилось. И теперь один взгляд на этого гоблиненка — и его лицо передергивало от ненависти и отвращения.

— Я… — зашипел мальчишка, — Сука…Аааа…. — Хрустнула очередная кость, не давая ему договорить.

Но мальчишка просто не мог вырваться из хватки Зур’даха, хоть и был крупнее и больше него.

— Отвечай! — заревел гоблиненок.

— Зур’дах! Зур’дах! — вскричала Кайра, — Успокойся! Зур’дах!

Голос девочки заставил его ослабить хватку и отдышаться. Только сейчас он понял, что часто и судорожно дышал, а глаза горели от прилива паучьей крови.

Он оглянулся назад, сверкнув черными глазами на Кайру, на Саркха, на стоявшего в шаге Тарка, который не рискнул вмешаться. Остальные дети будто еще плотнее вжались в стены, стараясь не попадаться ему на глаза.

— Что умолкли! — рявкнул разозлившийся Зур’дах, — Кто обещал избить нас? Вы⁉ Уже не такие смелые⁉

Он махнул наотмашь правой рукой и полубессознательный подросток-чемпион отправился в полет. Зур’дах даже не ощутил его веса. Полностью измененные руки были слишком сильны.

Упавший мальчишка почти сразу поднялся, покачиваясь: несмотря на сильные полученные удары, руки висели безвольными плетями, и он не мог даже сжать пальцы. С лица его капала кровь. Но он все равно стиснул зубы и глаза его загорелись желтоватым цветом, преображая его. Цвет многоножки. Зур’дах знал это. Этот мальчишка, так же как и он, активировал глаза. Точно так же как показывал это Драмар. Вокруг «чемпиона», как и вокруг Зур’дах начала распространяться аура хищника. Вот только…была она слабее, в разы слабее.

Он слабее! — презрительно взглянул на него гоблиненок.

Ах так!

Это только заставило еще больше вскипеть кровь внутри Зур’даха, глаза его мало того, что заволокло тьмой, так и реальность превратилась в точки жизни.

Он видел не гоблиненка,