В тени Рюджина - Халег Чудинов

До двора идти было недалеко. Фактически Чирику и Чукаку находились в дальнем его конце, и от источника звука их отделяла только терраса и колонны главного здания храма. Обойдя пару из которых, юный монах увидел, что перед Железными вратами собралось много старших братьев и старцев. Обычно в это время все заняты молитвами или иными практиками. Такое собрание совсем не характерно для храма.

— Бансай, мне казалось, что вчера мы пришли к пониманию, — гневно сверкая глазами, произнес глава Храма Огня, один из росорьё. — Почему сегодня ты вновь баламутишь храм?!

— Наш вчерашний разговор только укрепил мои намерения, — спокойно ответил старцу невзрачного вида монах средних лет, которого Чирику видел очень редко в Храме. — Дайме недоволен тем, что в его владениях распространяется сангха Рюджинкё, которой могут руководить из-за границы. Я и мои спутники станут частью этой сангхи. Мы будем отвечать за нее перед лицом дайме, такова Воля Дракона. Каждый, внявший звуку гласа Рюджина, не будет оставлен.

— Ты… Твои слова опасны, Бансай, — угрожающе свел брови росорьё. — Ими ты отрекаешься от Дара рода Отшельника! Воля Дракона — это не наша Воля!

— А что есть наша Воля? — негромко спросил в ответ Бансай, окинув оппонента усталым взглядом. — И насколько она верна? Почему наша Воля не говорит нам покинуть храм сейчас для помощи шиноби в войне? Почему эта война не наша? Почему эта война не дайме, хотя ею он достигает своих целей? Почему эта война — не война шиноби, хотя они выполняют ее как свою работу? Почему эта война — не война простых людей, хотя она влияет на их жизнь и несет лишения? Почему наша Воля настолько разная у каждого, что когда приходит горе, то для всех оно чужое. И когда приходит радость, она тоже для всех чужая. Но Воля Дракона соединяет всех. Глас Рюджина звучит для каждого, услышать его сложно, но услышав его, можно научиться слышать и голоса других. Это ли не то, чему нас учило Знание отшельника? Поэтому я и мои спутники сегодня покидаем Храм.

Произнеся свою речь, Бансай решительно развернулся и направился к Железным вратам. Несколько десятков монахов разных рангов в молчании последовали за ним. Чири удивленно свел брови и вопросительно посмотрел на Чукаку. Но старый монах только с грустной улыбкой провожал взглядом уходящих братьев.

Несмотря на слова росорьё об отречении от Дара, Бансай не утратил полученной в результате долгих тренировок чакры, потому открыть смыкающую врата печать ему не составило труда. Однако, когда тяжелые створки начали медленно расходится в стороны, рассветная тишина вновь была нарушена тяжелым голосом росорьё.

— Ты не можешь покинуть Храм, Бансай. Ты часть его. Остановись, пока я не остановил тебя. Шиноби Конохи перед войной оградили Храм защитными печатями, в том числе взрывчатыми. Я только что активировал их. Ты можешь снять печать Железной Стены, но не можешь разрушить эту преграду. Остановись. Сегодня никто не покинет Храм.

Замерев на месте, Бансай внимательно осмотрел ведущую к воротам тропу. Чирику и отсюда было видно, что он рассматривает появившиеся на земле линии фуиндзюцу.

— Воля Дракона — это надежда. Надежда на то, что наш опыт из прошлого не будет бесполезен в будущем, — не оборачиваясь, произнес Бансай в ответ на слова старца. — Но Воля Дракона — это и вера. Вера в то, что провидение приведет нас к нужному пути.

Замолчав, Бансай решительно шагнул вперед. И… ничего не произошло. Чирику видел, что линии печатей все еще на месте, но Бансай ступал по ним, словно по несуществующим. И десятки его спутников тоже. С интересом посмотрев на росорьё, Чирику увидел, как решительно сжаты его кулаки. И как стремительно появляется на его лице выражение крайнего удивления.

В неестественной тишине десятки монахов покинули храм, несмотря на угрозу наличия ловушек с Кибакифуда, взрыв прогремел лишь однажды. Когда на истоптанную монахами грунтовую тропу опустилась любопытная ворона. Всполох яростного пламени поглотил ее тело и скрыл за собой удаляющуюся группу.

Глава 41 Господин Солнце

29 октября 47 года от начала Эпохи Какурезато

Крутись, крутись, кругом повернись,

Далекое время, кругом повернись!

Кругом повернись, в моем сердце отзовись,

Кругом повернись, в моем сердце отзовись.

(https://www.youtube.com/watch?v=FVDZ8LpJuAo или https://vk.com/video-157403247_456239019)

Слова текли мелодичным потоком, срываясь с уст красноволосого паренька. Их сильно глушила и искажала надетая на его лицо маска с ликом демона, но до моих ушей доносилась и более глубокая, потусторонняя часть песни. За спиной парнишки маячила гротескная тень демона, так же мерно напевая слова. От такого дуэта мурашки бегали по спине. К счастью, кроме меня его никто не слышал.

Птицы, звери и жуки,

Древа да цветы,

Любовь вырастил к ним в сердце ты моем.

И услышав шепот ветра,

Я вернусь тогда к тебе.

И как раз с тихим шелестом ветра, наградив меня напоследок заунывным коротким воплем, тень за спиной красноволосого паренька растворилась в воздухе, оставив после себя ощущение потустороннего холода. Я же устало опустил руки, разрывая поток чакры в барьерную технику. Лишенная подпитки пелена слабо гудящего пламени быстро развеялась, рассыпавшись пурпурными искрами.

Мой красноволосый клон, Дайки, который и был заключен в барьере, тут же рухнул на колени, лишившись сил. И одновременно с этим с его лица упала белая маска, со звонким стуком упав на вымощенный каменной плиткой пол заклинательного покоя храма Отогакуре. Пара ирьенинов, сразу Ринха и Узумаки, метнулись к нему, спеша оказать помощь, я же только окинул его раздосадованным взглядом.

— Ему нужен отдых и питание, помогите ему добраться до кухни, благо в этом храме есть синсендзё, — отворачиваясь, приказал я, попутно вытянувшейся рукой подхватив с пола маску, после чего позвал главу Узумаки, протягивая ей рогатый лик демона: — Акичи, как оценишь выполнение техники?

— Хорошо, Рюджин-сама, — с вежливым поклоном принимая артефакт своего клана, ответила девушка. — Дайки очень способен. Поразительно, насколько быстро он усваивает техники.

— Это Дайки. Я с самого начала советовал оценивать его не по возрасту и не удивляться талантам, — кивнув, ответил я Акичи. — Ладно. На сегодня хватит, дождемся, пока Дайки