Звено цепи - Маргарита Гуминенко

наушнике голос Капустина. — Подвалы как подвалы. Надо валить отсюда, пока всех психов не распугали…

Инга в очередной раз пожалела, что сидит снаружи, но сама себя оборвала: можно подумать, у неё получился лучше! Парни Шхеры натасканы, чтобы ни одну подозрительную щель не пропустить! "Куропятников, может, и не соврал, — подумала Инга. — А его связной? Не рано ли мы ему поверили? Сидит, поди, сейчас и посмеивается, как ловко послал спецназ штурмовать психушку".

Краем глаза она заметила движение. Через окошко на крыше проходной вылез человек, подкатился к краю, ловко повис на руках и спрыгнул на мостовую. Потом оглянулся и побежал вдоль стены.

— Первый! — вызвала Берестова. — Заснули? Человек из окна выскочил! Уходит в сторону моста!

Ей никто не ответил.

— Капустин!

— Да!

— Твои ближе всех! Проверьте проходную! Наши парни молчат.

— Ты куда?!

— Один уходит! Я за ним…

Берестова завела мотор и развернула "Патриот" в обратную сторону. Человек успел добежать до моста. Инга выжала педаль газа, стремясь догнать его, пока не нырнул в ближайшую подворотню. Как на зло, с поворота вывалил грузовик с прицепом. Пришлось ударить по тормозам.

Стиснув зубы, она смотрела, как медленно проползает перед глазами оранжевый борт прицепа. Из кузова торчали обрезки труб, штукатуренные обломки. Пока она пропускала весь этот строительных хлам, беглец успел домчаться до противоположного ряда домов и забежать в подворотню. Инга знала, что проход закрыт железной решёткой, но надолго ли это задержит? Она вывернула с моста направо и увидела преследуемого. Тот возился с кодовым замком калитки. Берестова свернула через встречную полосу, к подворотне. "Успею!" — решила она. Беглец оглянулся и полез в карман. Инга нажала на газ. Человек вскинул руку с пистолетом. Ветровое стекло разлетелось вдребезги. Инга успела наклониться, заметила тень от арки и нажала на тормоз.

Машина встала. Инга подняла голову. На неё, через капот, смотрели безумно выпученные глаза и дуло пистолета.

— Назад! — истошно завопил мужик. — Убери машину! Убью! Убери!..

"Не стреляет!" — подумала Инга и поняла: бампер плотно прижимал мужика к решётчатым воротам. Калитка в сантиметрах от него, но он не может сдвинуться с места.

— Отпущу тормоз — будет фарш! — крикнула она через выбитое стекло. — Брось пушку!

— Убери машину!!!

— Пушку брось!

Искажённое страхом и болью лицо показалось ей знакомым. Совсем недавно видела на фотографиях. Берестова сосредоточилась. Наверное, вышло агрессивно: мужик швырнул пистолет, будто обжёгся. Ствол бухнул о капот и скатился в щель между бортом машины и стеной подворотни. Позади, у обочины, притормозил микроавтобус и из него вывалило несколько силовиков. К машине Инги подбежал Шхера.

— Вытащите меня! — взмолился зажатый бампером мужик.

— Ого! — восхитился Тимофей. — Ловко! Сама цела?

— Цела, — процедила Инга.

— Ну, сдай назад! Парни! Вытащим этого урода!

— Не могу! — вдруг сказала Берестова. — Тут уклон.

Тимофей открыл было рот, но тут же захлопнул и с деловитым видом присел на корточки.

— Действительно, уклон! — поддержал он, поднимаясь. — Что будем делать? Ворота резать?

— Может, домкратом подпереть? — спросил один из бойцов, пока двое других пытались протиснуться мимо машины.

— Вы не можете так со мной! — Лицо мужика стало красным и мокрым. — Я врач! Я учёный! Вы не имеете права!

— Это Лебедев, — подсказала Берестова.

— Говори, где вход в лабораторию! — спохватился Шхера.

"Молодец! Сообразил!" — с облегчением подумала Инга.

— Вы не можете! — снова начал мужик, но осёкся. Наверное, заметил нетерпеливое движение Инги. — Я скажу!

— Говори! — приказал Шхера. Его люди отодвинулись, чтобы не мешать допросу.

— Пятый корпус, первый этаж, — быстро проговорил Лебедев. — Самый дальний конец… Панель за декоративной лепниной, рядом с лифтом. Там бабочки на ней…

— Другое дело! — похвалил Тимофей и достал рацию. — Парни! Пятый корпус, сторона, которая к гавани. У лифта панель за декоративной накладкой с бабочками.

Он сделал несколько шагов к дороге.

— Стойте! Вытащите меня! — заорал пленник.

Инга спокойно перевела рычаг и подала машину назад. Двое силовиков бросились в образовавшуюся щель и вцепились в Лебедева.

— Сука! — выругался учёный-врач, бессильно обвисая в их крепких руках.

Инга заглушила мотор и вылезла из кабины. С одежды посыпались квадратики битого стекла.

— Ты какого лешего одна попёрла? — попенял ей Шхера, хотя его улыбчивая физиономия просто светилась.

— Тебя надо было подождать? — полюбопытствовала она.

— Ладно, — примирительно бросил мужчина. — Двое остаются здесь, остальные за мной! Разворошим, наконец, это тёплое гнёздышко!

Инга тронула наушник в ухе, переключаясь на связь с базой.

— Лебедев у нас! Шхера повёл своих обратно, брать лабораторию, — сообщила она.

— Забирай Лебедева и вези сюда, — отозвалось у неё в ухе. — Без тебя справятся.

— Я его помяла малость, — призналась Инга.

— Сильно?

Она оглянулась на парней, в руках которых извивался арестованный.

— Вы… Вам это даром не пройдёт! Сволочи! — бушевал он.

— Жить будет, — определила Инга. — Давайте его в машину! — приказала она.

* * *

Сокольский встречался с Димиттом в маленьком кафе, на втором этаже старого питерского дома.

— Мне велели говорить с вами. Это условие, чтобы ваши коллеги не начали дело, — сказал худощавый шатен, глядя на Сокольского спокойно и внимательно. Секретарь квенталийского посольства не казался ни взволнованным, ни неуверенным. Он будто смирился с тем, что приходится сотрудничать с российской спецслужбой.

— Кто те люди, которые на вас напали? — спросил Сокольский. Подробностей контрразведчики ему не сообщили, оставив выбор степени откровенности за иностранцем.

— Они называют себя… — Димитт затруднился сразу подобрать русское слово. — Ih-Jhake*. Делающие правила.

— Вершители, — перевёл Сокольский.

— Вершители! Это правильное слово, — энергично подтвердил Димитт. — Они предложили договор: если моё правительство финансирует проект, мы получим вещество, которое они используют. Я родился в очень маленькой стране, господин Сокольский. Мы можем стать самостоятельны, если у нас будет то, чего нет у других. То, что поможет нам занять место наверху. — Он поднял ладонь над столом, но сразу опустил руку. — Вы понимаете меня?

Сокольский разочарованно покачал головой.

— Они преступники, — ответил он через паузу, стараясь говорить как можно проще. — Такие люди всегда обманывают. Когда вы отказались платить и потребовали, чтобы они дали вам то, что обещали — они решили вас заставить. Вы — опытный разведчик, должны понимать ситуацию.

— Русским нельзя верить, — проворчал Димитт.

— На вашей родине бандитам верят? — спросил Сокольский.

Юлиус помедлил пару секунд, потом усмехнулся.

— Вы мне указали место, — признал он. — Что вы хотите знать про этих… бандитов?

— Фамилии тех, кто ими командует?

— Я знаю одну, но она может оказаться… псевдонимом.

— Способ встречи с ним или его связными?

— Это я вам сообщу, — согласился Димитт. — Но после того, как они на меня напали, они не будут со мной встречаться.

— Они показывали вам образцы вещества, лабораторию, где его производят?

Юлиус Димитт