Звено цепи - Маргарита Гуминенко

что Игорь попал в какую-то серьёзную переделку и что наверное они проводят ответственную операцию и по неведомым ей причинам нужно, чтобы о его состоянии никто ничего не узнал. Даже свои. А странная женщина, которая назвалась тётей Люсей, тоже врач.

— Всё будет хорошо, — сказала ей Инга, рассеянно глядя в окно.

Серафима поставила на стол кружку и некоторое время наблюдала за беловолосой коллегой Игоря. Она первый раз смотрела на Ингу, замечая в каждом её жесте и движении нюансы, которых раньше не видела. Может, она делает неправильные выводы и всё это навеяно стрессом?

— Ты его любишь? — спросила Сима, поражаясь сама себе. — Извини, я глупости говорю, — поспешила добавить она. — Просто я не думала до этого… Вы давно знакомы, ты всё время рядом с ним.

Берестова обернулась и посмотрела на Симу.

— Это имеет значение? — спросила она.

— А разве нет?

— Он мужчина, должен сам выбирать, — мрачно высказала Инга и вскочила из-за стола, чтобы налить себе ещё кофе. Не оборачиваясь, она продолжила: — Я как-то спросила его, чем ты ему так нравишься. Мы четыре года вместе работаем, но почему-то я не в его вкусе.

— И что он ответил?

— Сказал: "Мне на кухне, в спальне, у детской кроватки нужна женщина, а не боевой товарищ". В его стиле, да?

Она вернулась за стол и отхлебнула кофе. Сима смотрела на неё, шокированная этим коротким признанием. Потом опомнилась и пожала плечами.

— Я бы никогда не решилась задавать мужчине такие вопросы, — призналась она.

Инга напряглась, прислушиваясь.

— Датчик сработал!

Она вскочила и помчалась в комнату. Сима побежала вслед за ней…

* * *

Маргарите Николаевне раньше не приходилось бывать в этом престижном коттеджном посёлке. Машина въехала на круглый двор и остановилась напротив лестницы. Водитель услужливо открыл заднюю дверцу. Рауш вышла, кутаясь в длинное пальто. Ещё не стемнело, но вокруг коттеджа уже горели фонари.

— Проходите! — предложил водитель, провожая женщину к двери дома. — Вас ждут.

Ей не нравилось, что её принимают в загородном доме, а не в городе, но выбирать не приходилось. В холле вежливый охранник забрал у неё пальто и шарф и проводил наверх, в кабинет хозяина.

— Здравствуйте, Маргарита Николаевна! — поздоровался с ней пожилой мужчина в домашнем пиджаке. — Присаживайтесь! Принеси нам кофе и коньяк! — приказал он охраннику — и тот вышел.

— Я благодарю вас за помощь, — произнесла Рауш, опускаясь в кресло.

— Что вы успели натворить?

— Я?! — натурально удивилась она. — Скорее, вы. Я пришла сообщить, что за вами охотятся очень опасные люди. Они намерены вас убить.

— Что за чушь?! — не поверил хозяин кабинета. — Кому это надо?

— Бросьте, Иван Михайлович! — раздражённо перебила она. — Или вы начнёте воспринимать меня серьёзно, или я больше ничего не скажу. У меня нет времени доказывать вам, что я говорю правду.

— Хорошо-хорошо! — Иван Михайлович Лардов, заместитель председателя комитета по градостроительству при губернаторе Санкт-Петербурга, примирительно поднял руки. — Я вас внимательно слушаю.

— Есть некая организация, которая занимается, скажем так, розыском врагов государства. — Рауш села поудобнее. — Когда врагов находят — их ликвидируют каким-нибудь приемлемым способом, чтобы возникало меньше вопросов. В крайнем случае, взрывают вместе с их машинами или подсылают снайпера. Вы в списке. Они ещё не уверены, что именно вы поддерживаете связь с резидентом квенталийской разведки, но должны были со дня на день получить подтверждение.

— Как интересно! — медленно проговорил пожилой мужчина и сел в кресло напротив. — И откуда у вас такая информация?

— Это не имеет значения! — Рауш старалась, чтобы её голос звучал как можно суше. — Скажем так: частично сведения собирала я. Доказательства того, что вы пытаетесь продать опытный образец некоего ценного материала, хранятся в надёжном месте. Я их ещё не передала тому, кто руководит Чистильщиками — так они себя называют.

— Я не понимаю, о чём вы говорите, — отнекался хозяин кабинета. — Но предположим, я вам поверил. Мы с вами давно знакомы и у меня нет причин считать, что вы способны насочинять такую сказку ради эффекта. Что вы хотите?

— Безопасности для себя, — потребовала она. — Я не желаю больше участвовать во всём этом. Вы заплатите мне и вывезете за пределы области. Дальше я справлюсь сама. Когда я буду в безопасности, я назову вам место и шифр, чтобы вы могли забрать все материалы.

О том, что за обеими организациями охотится ФСБ, она умолчала. Какая разница? Участники этой заварушки должны сами понимать, что их "ищут пожарники, ищет милиция…"

— Мне нужны гарантии, — жёстко потребовал мужчина. — Прямо сейчас. Назовите имена и фамилии тех, кто за мной охотится, их адреса. Это будет задаток с вашей стороны.

— Я могу назвать только одно имя, — призналась Рауш. — Но если хотите подробностей: на моей квартире осталось двое людей. Они оглушены, но живы. Если ещё не успели прийти в себя и удрать, вы можете перехватить их и попытаться вытянуть больше информации. Хотя и они могут не знать ответов на ваши вопросы. У того, кто охотится за такими, как вы, всё продумано и каждый человек знает столько, чтобы в случае провала не выдать главные секреты.

— И вы? — спросил хозяин дома.

Она выпрямилась.

— Я знаю мало, но достаточно, чтобы вы могли понять, с кем имеете дело.

Глава четвёртая. Белый огонь

— Где Инга? — спросил Игорь, едва Серафима вошла в комнату.

— Она уехала. Сказала, что ей нужно кого-то подменить.

Сима подошла, положила на тумбочку пакет с физраствором и проверила капельницу. Сокольский сосредоточенно смотрел в потолок.

— Мой телефон принеси, — потребовал он.

— Это обязательно? — Сима накрыла его руку своей. — Игорь! Твои коллеги знают, что ты плохо себя чувствуешь…

— Пожалуйста, принеси телефон, — повторил он, не дослушав, но уже мягче.

Она вздохнула, сходила за телефоном и вернулась обратно в спальню.

— Людмила Кирилловна сказала, что тебе нужно как следует отдохнуть, — напомнила она. — Наверное, лучше было отправить тебя в больницу.

Он посмотрел на неё. Несмотря на ввалившиеся глаза и резко проступившие скулы, он был уже не таким бледным, как утром. Тело его ещё боролось с последствиями наркотического дурмана, но соображал он прекрасно. Это и пугало Серафиму. Она понимала, что не может с ним спорить. Пациенты в её родной больнице слушались строгую, но добрую и внимательную медсестру, а на Сокольского ничего не действовало.

— Сима! Мне нужно знать, что происходит, — проговорил он. — Просто дай мне телефон.

Ей хотелось спросить, что у него за работа такая, если без него не могут обойтись хотя бы сутки, но вместо этого протянула телефон. Он сразу подобрел.

— Трудно со мной?

— Нет. Просто я ещё не