Руссо и Революция - Уильям Джеймс Дюрант

на Австрию. Но Фридрих был сыт войной по горло. Он провел две войны, чтобы захватить и удержать Силезию; зачем рисковать теперь? Он предпочитал дипломатию. Возможно, три державы удастся умиротворить порциями польской земли? При нынешнем положении дел, когда русский посол был реальным правителем Польши, оставалось только ждать, когда Россия полностью поглотит страну, под какой бы формулировкой это ни было сделано. Можно ли было предотвратить это? Да, если Екатерина согласится взять только восточную Польшу, позволить Фредерику взять западную Польшу и отступить от Дуная. Умерит ли доля в добыче воинственность Иосифа?

В январе 1771 года принц Генрих, брат Фридриха, предложил этот план российским дипломатам в Петербурге. Панин возразил, что Россия гарантировала территориальную целостность Польши; ему напомнили, что эта гарантия зависела от соблюдения Польшей ее новой конституции и союза с Россией, а этот союз был прекращен, когда многие депутаты присоединились к мятежной Барской конфедерации. Тем не менее, Екатерина не хотела соглашаться. Зачем отдавать Фридриху часть Польши, если вскоре она может забрать всю? Зачем усиливать Пруссию дополнительными территориями, ресурсами, балтийскими портами и еще большим количеством шестифутовых войск? Но она не хотела воевать с Фридрихом; у него было 180 000 человек в вооружении; она предпочитала, чтобы он удерживал Иосифа от объединения с Турцией против России. Ее нынешней целью была не Польша, а Черное море. 8 января 1771 года, почти случайно на вечеринке, она выразила Генриху свое предварительное согласие на план Фредерика.

Прошел год, прежде чем переговоры смогли решить вопрос о разделе трофеев. Фридрих хотел получить Данциг; Екатерина возражала; Британия, чья балтийская торговля опиралась на этот порт. Тем временем Австрия провела мобилизацию и тайно заключила союз с Турцией. 17 февраля 1772 года Фридрих и Екатерина подписали «конвенцию» о разделе Польши. Екатерина смягчила Иосифа, отказавшись от всех русских притязаний на Валахию и Молдавию; неурожай 1771 года не позволил ему прокормить свои войска. С другой стороны, Мария Терезия всеми силами пыталась удержать сына от участия в изнасиловании. Фредерик и Екатерина вынудили его приступить к фактическому захвату самостоятельно отведенной им территории. 5 августа 1772 года Иосиф поставил свою подпись под договором о разделе.

Договор, после ссылки на Пресвятую Троицу, соглашался позволить Польше сохранить две трети ее земель и одну треть ее населения. Австрия получала южную Польшу между Волынью и Карпатами, Галицию и западную Подолию — 27 000 квадратных миль, 2 700 000 душ. Россия взяла «Белую Россию» (восточная Польша до Двины и Днепра) — 36 000 кв. миль, 1 800 000 душ. Пруссия взяла «Западную Пруссию», за исключением Данцига и Торна — 13 000 квадратных миль, 600 000 душ. Фридриху досталась самая малая доля, но он связал заговорщиков миром и «сшил вместе», как он выразился, Западную и Восточную Пруссию с Бранденбургом. В конце концов, говорил патриотичный Трейчке, это было всего лишь возвращением Германии «оплота… Тевтонского ордена, прекрасной долины Вейхсаль, которую в давние времена немецкие рыцари отвоевали у варваров».38 Фридрих напомнил Европе, что население Западной Пруссии было преимущественно немецким и протестантским, а Екатерина указала, что захваченный ею регион был почти полностью населен русскоязычными греко-католиками.39

Три державы вскоре заняли свои доли войсками. Понятовский обратился к западным державам с просьбой предотвратить раздел; они были слишком заняты; Франция ожидала войны с Англией и не решалась выступить против своей союзницы Австрии; Англия столкнулась с зарождающимся восстанием в Америке и опасностью со стороны Франции и Испании; Георг III посоветовал Понятовскому молиться Богу.40 Разделяющие державы потребовали созыва сейма для утверждения новой географии; Понятовский колебался в течение года; наконец, он созвал сейм в Гродно. Многие дворяне и прелаты отказались присутствовать; некоторые, кто приехал и протестовал, были отправлены в Сибирь; другие брали взятки; обновленный сейм преобразовал себя в конфедерацию (в которой польский закон разрешал правление большинства) и подписал договор об уступке экспроприированных территорий (18 сентября 1773 года). Понятовский, как и Мария Терезия, прослезился и подписал договор.

Западная Европа приняла первый раздел как единственную альтернативу полному поглощению Польши Россией. Некоторые дипломаты, как нам рассказывают, «были поражены умеренностью партнеров, которые взяли только треть, в то время как вся Польша принадлежала им по праву».41 Философы радовались, что нетерпимая Польша была наказана их просвещенными деспотами; Вольтер приветствовал раздел как исторический отпор l'infâme.42 Это был, конечно, триумф организованной власти над реакционным бессилием.

V. ПОЛЬСКОЕ ПРОСВЕЩЕНИЕ: 1773–91

Теперь Понятовскому пришлось выбирать между Россией и Пруссией, как своим защитником и хозяином. Он выбрал Россию, потому что она была дальше, и только она могла помешать Фридриху взять Данциг и Торн. Екатерина стремилась предотвратить дальнейшее усиление Пруссии, чья армия была самым большим препятствием для усиления России на Западе. Она приказала своему послу в Варшаве всячески содействовать Понятовскому в соответствии с российскими интересами и направила королю предложения Панина о более приемлемой польской конституции. В ней сохранялись выборная монархия и liberum veto, но усиливалась королевская власть за счет создания под его председательством Постоянного совета из тридцати шести членов, разделенного на министерства полиции, юстиции, финансов, иностранных дел и войны; кроме того, предусматривалась регулярная армия в тридцать тысяч человек. Дворяне опасались, что такая армия поставит под угрозу их господство над королем; они сократили численность армии до восемнадцати тысяч человек; но, с учетом этого и некоторых незначительных исключений, Сейм 1775 года ратифицировал новую конституцию, и Понятовский теперь мог приступить к восстановлению здоровья нации.

Коррупция продолжалась, но анархия уменьшилась, партизанские отряды были побеждены, а национальная экономика выросла. Реки были углублены для больших судов, между реками были прорыты каналы, а «Королевский канал», завершенный в 1783 году, соединил Балтику с Черным морем. В период с 1715 по 1773 год население Польши выросло с 6 500 000 до 7 500 000 человек, а государственные доходы удвоились. Была создана система национальных школ, подготовлены и предоставлены учебники, восстановлены и возрождены Краковский и Виленский университеты, созданы и финансируются государством учительские колледжи. Понятовский любил окружать себя поэтами, журналистами и философами. «Король, — сообщал Кокс, — каждый четверг устраивает обед для литераторов, наиболее выдающихся по образованности и способностям, и его величество сам председательствует за столом».43 и руководит обсуждением книг и идей. Он взял к себе жить трех авторов и спокойно пополнял доходы других.44 Тысячи поляков, вежливо