Добрым демоном и револьвером - Харитон Байконурович Мамбурин

исключительно наших с вами взаимоотношений, — искренне улыбнулся исходящий зеленым дымом итальянец, — Согласно положениям Конкордата, мы никак не можем взаимодействовать с отдельными представителями другого государства, но более чем понимаем необходимость проявлять определенную гибкость в ситуациях вроде этой. Могу вас уверить, что Чарльз Уокер и Анжелика Легран вылетят ближайшим рейсом на Берлин! Кроме этого, в самое ближайшее время из Неаполя сюда вылетит скоростной дирижабль, везущий на своем борту один примечательный наемничий отряд. Лица, пожелавшие остаться неизвестными, оплатили услуги этого отряда на три года вперед, а затем передали его на ваше попечение. С наилучшими пожеланиями. Я уверен, что в сложившихся обстоятельствах вам это понадобится.

Я лишь оскалился с сигаретой в зубах. Мне это было нужно, потом очень нужно, потом кровь из носу, потом еще вчера, потом позарез, а уж сейчас, учитывая, что мне пожаловали город…

— Теперь я перейду к плохим новостям, — посмурнел магистр, — То, что вы вынесли из этой ржавой коробки, полностью изменило наше представление о том, что тут творится. «Юн Лао», имя, которым один из магов позвал свою подругу… оно китайское. Можно было неверно расслышать, обмануться, но вместе с призванным ракшасом…

— Насколько я знаю, у Небес в Индокитае нет фракций, — прохрипел я.

— Нет, — тут же мелко закивал инквизитор, — Именно поэтому мы засекретили все. Все японские солдаты, видевшие ваш приход, взяты под стражу. Император и его окружение… выразили яростный протест против предпринятых нами мер. Более того, они обвиняют вас, лорд Эмберхарт, в искажении прямого приказа. Двор считает, что вы саботировали затопление Театра Гениев в угоду нам.

— Чушь! — выдохнул я, вновь покрываясь белыми полосками псевдошрамов и начиная кашлять. Несмотря на все благотворное воздействие Тишины, убравшей всю вредную энергетику, мои легкие были полны разной дряни.

— Чушь, — охотно кивнул Инганнаморте, — Полная чушь. Но это их неофициальная позиция. Мы имеем на руках конфликт авторитетов, Алистер. Они получили уверения от нашего магистрата, что вы совершенно не при чем, что вынуждает их официально принять эту позицию. Но не официально… Впрочем, этот антагонизм продлится недолго, я вас уверяю. Нам достаточно будет рассекретить данные расследования…

— Осадок все равно останется, — прохрипел я.

— Если говорить прямо и грубо, то козлы отпущения сейчас в высокой цене, — развел руками магистр, — С этим ничего нельзя поделать.

Я вздохнул, откидываясь на подушки. Выудил из тумбочки платок, промокнул им лоб и рот. Состояние было не ахти, но стремительно улучшалось, жаль, что лишь физическое. Изнутри, где-то рядом с душой, вновь кое-кто шевельнулся, заставляя меня натуральным манером зашипеть, вновь демонстрируя псевдошрамы итальянцу.

— «Прекрати!»

— «Я стараюсь!»

— Очень надеюсь, что мне дадут возможность удалиться в пожалованный домен и провести там на излечении хотя бы год, — поделился я несбыточной мечтой с Фаусто.

Тот смутился.

— Это… скажу так, еще одна плохая новость, лорд Эмберхарт. Его Величество и еще некоторые весьма влиятельные лица страны, получив от нас решительный отказ предоставить вас в качестве свидетеля, изъявили свою волю чрезвычайно настойчивым и не поддающимся иной трактовке образом — вам предписано как можно скорее прибыть в долину Камикочи, принять бразды правления и… если позволите так выразиться — «сидеть тихо, чтобы о вас не вспомнили».

— Так что плохого в этой новости?! — искренне возмутился я, — Это буквально моя мечта!

— Ну… — итальянец неожиданно отвел взгляд, — Высокие, но пока необоснованные оценки, данные нашим капитулом в отношение вашей персоны, были использованы как аргумент, позволяющий Его Величеству Таканобу поручить вам провести срочную подготовку и организовать в Хагонэ временное место учебы для студентов академий Якудзёсейшин, Ясукарантей и Куросёбанаэн… Преподавательский состав и клан Ирукаи прибудут через два месяца.

Новость погрузила меня в ступор, которым на полную воспользовался страдающий в Тишине инквизитор. Фаусто споро подсунул мне на подпись ряд документов о неразглашении произошедшего в бывшем городе изобретателей, отдал их копии, а затем шустро уковылял по своем срочным и не терпящим отлагательства делам. Я остался лежать в полутьме, молча переваривая свалившееся на меня «счастье».

Впрочем, не все так плохо. Конечно, подымать целину в глушь меня бы никто не отправил, статус не тот, но подгадить могли куда сильнее, чем просто вручив несколько тысяч студентов, которые еще и прибывать будут неравномерно. Да и не все они захотят лететь к черту на куличики ради сомнительного обучения в столь сложное время, не всех отпустят. Могло быть гораздо хуже. Зато такое задание ясно, хоть и косвенно гласит, что видеть меня в Токио будут не рады долгое время. Что, разумеется, замечательно.

Противное, скользкое и одновременно с этим шершавое ощущение вновь прошлось по моему внутреннему миру, тут же вызывая ответную реакцию.

— «Да выплюнь ты хотя бы половину, гад бездомный!!», — мысленно взвыл я, кляня всё на свете и вновь покрываясь с ног до головы белыми полосками псевдошрамов. Учитывая, что благодаря стараниям фрау Гритте мои физические шрамы стали куда меньше, но при этом черными от заложенных в них дорожек порошка, я теперь был живым воплощением ватиканских символов — черно-белым… но в гневе.

— «Нет!», — тут же последовал категоричный и слегка истеричный ответ Эйлакса, пребывающего в не менее раздраженном состоянии, — «Ни за что!! Это мой единственный источник энергии!!».

— «Мы так и будем теперь жить, дергаясь друг от друга каждые две минуты?!»

— «Привыкнем!»

Дрянь-то какая. Долбанные маги, я бы им пожелал чего-либо плохого, но самое плохое с ними как раз уже случалось при моем непосредственном участии.

Они обрезали связь Эйлакса с его миром, думая, что тем самым лишают меня страховки, придуманной для спасения души в случаях, когда возможен риск её захвата. Именно поэтому меня и допрашивали мягко — тянули время, готовя довольно сложный ритуал, который сделал «чик», лишая бедного демона малейшего шанса вернуться в родной дом, а заодно пусть и ничтожной, но подпитки. Предчувствовавший беду демон слишком поздно спохватился, пытаясь спровоцировать волшебников на мое убийство, а когда опоздал — психанул, всё-таки дав возможность мне выкрутиться, а попутно позволив выкрутиться и себе за счет пойманных душ.

А теперь мы с ним пожинали последствия. Резерв человека обладает определенной энергетической эластичностью, из-за чего разные телокрады, одержимые и прочие Эмберхарты вполне себе существуют и благоденствуют, но всё имеет свои пределы. Лишенный разделявшей нас оболочки из энергий своего мира и обожравшийся душ Эйлакс… да еще и для моей исполосованной ракшасом ауры…

В общем, наши отношения без энергетического «презерватива» вышли на совершенно новый уровень духовного осязания. Нам было тесно, тяжело, раздражительно, непривычно и противно. Время от времени демон «ворочался», стараясь устроиться поудобнее, а я моментально приходил