Добрым демоном и револьвером - Харитон Байконурович Мамбурин

— Разрешаю воспользоваться собственной аурой. Только без шуток, — небрежно отмахнулся от меня неряха, возвращаясь к своему монологу, — Когда в твое убежище сваливается совсем незнакомый тебе человек со старой душой и божественной печатью, как-то ожидаешь большего, чем простое совпадение. Тем более, владеющий столь странной… силой. Расскажи мне о ней!

— Что именно? — прохрипел я, сосредоточенный на разгоне собственной ауры по телу. Упражнение давалось очень сложно, я уже давно отвык использовать собственное энергетическое тело для столь грубых действий, но жить без отмороженных внутренностей хотелось сильно. Я вбирал в себя сенсорные нити, пытаясь распределить их как можно ровнее внутри замерзающей плоти, а затем через них передать побольше запасенной энергии. Экстренный мастер-класс по забиванию гвоздей микроскопом…

— Да вот к примеру…, - начал мой пленитель, но дослушать его мне не дали.

— «Алистер! Мне все это очень не нравится!», — внезапно громко заявил Эйлакс, передав мне ощущение беспокойства и нервозности.

— «Правда?», — искренне сарказмировал я, — «А мне нормально, пусть и с отмороженной задницей и дробовиком культиста, уткнувшимся в яйца!».

— «Будь серьезнее, они что-то затевают! Ты видишь лишь одного, остальные пятеро снаружи, и они чем-то сосредоточенно занимаются! Он тянет время!», — удивил меня демон.

— «Это говорит мне моя единственная надежда на спасение?», — нехорошо удивился я, продолжая с натугой себя согревать, одновременно рассказывая мальчику с дробовиком об особенностях своей Тишины, — «Может, таки поделишься энергией на режим, чтобы мы выпутались?»

— «А может, остановишь себе сердце, чтобы все это наконец закончилось?», — огрызнулся демон, но спустя несколько секунд крайне неохотно добавил, — «Будь готов… В самом крайнем случае…»

Японец что-то почувствовал и приказал прекратить мне циркуляцию энергии. Пришлось подчиниться, одновременно с этим переставая отвечать на реплики Эйлакса. Только что разогревшееся тело обиженно затряслось, лишенное живительного источника дополнительной энергии. Волшебник глянул на меня, лязгающего зубами, скупо улыбнулся и, положив дробовик на пыльный верстак, вышел из помещения.

Эйлакс продолжал встревоженно бурчать, а я предпринял попытку охватить окружающее меня пространство развернувшейся аурой. Искушение вновь пустить её на обогрев тела было очень велико, но преодолеть получилось. Информация важнее комфорта. Я определенно интересую этих магов своей похожестью на них самих, возможно даже спасут от обморожения. Внедренные души… чьи? Телокрадов? Сомневаюсь. Значит, какого-то местного сообщества? Культа?

Щелчок взводимого курка послышался одновременно с обнаружением целящегося в меня человека, стоящего в слепой зоне. Я тут же свернул ауру, вновь начиная изображать из себя паиньку. Профессионально обложили, но по сути — смех и грех. У меня нет ни единого шанса самостоятельно вырваться из наручников…

— «Алистер!», — позвал меня Эйлакс, — «Приготовься… мне это всё сильно не нравится. Очень сильно не нравится!».

— Прекрати! Выстрелю! — резким сухим голосом предупредил меня держащий на мушке человек. Предупредила.

— Я ничего не делаю! — честно отозвался я, мысленно шикая на демона. А тот… внезапно разорался во всю метафизическую глотку!

— Прекрати!! — еще один напряженный выкрик, дуло больно утыкается в мой затылок.

— Я. Ничего. Не делаю!! — прорычал я, пытаясь осознать колоссальных размеров подставу, что мне устроил мой же внутренний демон.

А Эйлакс вовсю бесился, едва ли песни не пел! А, нет, пел! Пел, сволочь! Орал во всю глотку, с мрачным весельем, на своем гортанном языке! Гад! Он завывал с единственной возможной целью — заставить женщину нажать на спусковой крючок! Я умру, а он полетит домой!

Приехали!

— Считаю до трех! — отрывисто пролаяла женщина, едва не буравя мне макушку дулом, — Один! Два! Т…

— Юн Лао, стой! — гаркнул, врываясь в комнату, первый мужик. А японец ли? «Юн Лао» — это же не япон…

— «НЕЕЕЕЕЕЕТ!!!», — оглушительно и как-то обреченно заорал внутри меня Эйлакс.

— Я ничего не делаю! — заорал уже я, в слабой надежде, что маги поверят. Убьют ведь ни за грош!

Маг махнул рукой женщине и подошел к столу, забирая с него свой дробовик. На его лице блуждала нехорошая улыбка. Я, скривившись, наблюдал за ним, мечтая, чтобы хотя бы внутри меня вопли прекратились. Эйлакс орал как резаный, бесновался, изрыгал проклятия на своем языке и на английском, умудрился поднять мне температуру тела и вызвать мигрень. Сквозь издаваемый им безумный шум, я с трудом расслышал, что говорил мне нечесаный волшебник:

— Привязать к душе чужую сущность — великолепная идея! Мое восхищение! В наше время таких решений не было, мы даже не смотрели в ту сторону! Прекраснейшая страховка! Но… при всем моем уважении, возможный коллега, нам придётся этой страховки вас лишить. После того, как мы выпустим на Токио накопленную тут миазму, переведя её в газообразное состояние, сохранение этих тел не будет иметь какого-либо смысла! Мы возьмем вас с собой.

— Что значит — возьмете с собой? — выдохнул я, не желая принять то, что он имеет в виду. Снова оказаться безвольным шаром энергии в чьих-то руках? Нет! Убегу! Улечу! А если нет? Это же маги!

Паника, настоящая, чистая и искренняя начала меня наполнять с ног до головы. Это было замечено… и отмечено.

— Сначала — страховка, — ядовито улыбнулся волшебник, тут же издав повелительный выкрик на незнакомом мне восточном языке.

Вокруг вспыхнули символы — на столе, на потолке, на мне самом. Разноцветные, набирающие силу свечения, они издавали неприятный потусторонний звук, сверлом вонзающийся прямо в мозг. Меня скрутило и оглушило, наполнив невероятной болью, как будто я в одночасье стал огромным зубным нервом на приеме у стоматолога-психопата.

Я заорал, выдавливая из себя воздух, корчась в судорогах.

Прошла секунда? Две? Год? Непонятно. Всё закончилось одним махом, неожиданно, ввергая меня из пучин боли в мягкую и глухую перину ничего. Все чувства погасли вместе со всеми желаниями организма, как будто их отключили, дёрнули рубильник, переведя мой разум в спокойную нематериальную форму. Это ощущение было мне знакомо.

Я открыл глаза.

— «Алистер», — Эйлакс произнес мое имя холодным ровным тоном, создав впечатление, что сам он тоже был выкинут из тела в космос, где познал Тишину.

— «Да?», — отреагировал я просто. Никаких чувств предавший меня демон сейчас не вызывал. На душе царил мир и покой.

— «Ты… в режиме… Посланника», — с некоторым трудом произнес Эйлакс. Помолчав, он добавил, — «Убей их всех. Пожалуйста».

— «Хорошо», — спокойно ответил своему внутреннему демону я. Просьба была уместной, несложной, вполне приемлемой. Почему бы и нет? Всё равно больше на ум ничего не приходит.

Я открыл глаза, обнаружив себя на полу. Рывком сел, но тут же лег назад, получив заряд из дробовика в грудь. Вновь сел. Улыбнулся, глядя в глаза бледнеющему лохматому японцу.

Выпустил Тишину. Сзади,