Фантастика 2025-129 - Денис Старый

— Итак, уважаемые коллеги, понимаю, что вы раздражены тем фактом, что наша планёрка проводится в столь позднее время, но вскоре я вам всё объясню, — начал я.

Затем рассказал то, что уже поведал нам Эитиро Кагами сегодняшним утром. Как оказалось, половина терапевтов уже обо всём знала. Сарафанное радио успело распространить эту информацию чуть ли не за пределы клиники «Ямамото-Фарм».

— Кацураги-сан, простите, но я сегодня правда домой спешу, — протянул Савада Дэйчи.

— Вот от вас, Савада-сан, я это даже слышать не хочу. Если у вас действительно есть весомые причины уйти домой — оповестите меня после того, как я закончу свою речь. Если вдруг у кого-то из вас есть веский повод покинуть клинику — я не стану препятствовать. Но сначала всё же дослушайте.

Я выдержал паузу, дождался тишины, а затем объявил:

— Каждый, кто сдаст аккредитацию на балл, близкий к максимальному, получит премию, равную трети от вашей заработной платы, — произнёс я.

Терапевты сначала замолчали, а затем загоготали, с трудом сдерживая ликование.

— Кацураги-сан, а сколько баллов нужно получить? — спросил меня Кондо Кагари.

— Девяносто из ста, — ответил я. — Проходной балл — семьдесят. Но если вы сможете получить девяносто, клянусь, я добьюсь выплат, которые скомпенсируют вашу сегодняшнюю задержку. Если кого-то это не интересует, можете сразу же выйти из конференц-зала. Даю слово, никаких санкций за это не последует.

Я вновь замолчал, чтобы понаблюдать за их реакцией. Заметил, что новые терапевты расселись вдалеке — позади старых, и вообще старались не высказываться лишний раз. В каком-то смысле это очень хорошо. Не зря я их столько времени «дрессировал».

Первое время от молодых специалистов было слишком уж много проблем. Они вели себя так, будто им все что-то должны. Та же Оцухиро Комуги умудрялась даже письма под мою дверь подбрасывать. Итидзё напился и чуть не погиб в собственной машине, а остальные закатывали менее шумные, но всё же неприятные истерики.

Теперь они стали вести себя крайне спокойно. Значит, скоро пойдут в гору. Возможно, кто-то из них даже сможет сместить лидеров-старожилов.

— Что ж, раз никто конференц-зал не покинул, значит, вы заинтересованы в премии, — подытожил я.

Ещё бы! Некоторые из терапевтов получают больше миллиона иен в месяц. Треть от этой суммы — это очень большие деньги. Ради них можно и поднапрячься.

— Поступим следующим образом, — продолжил я. — Перед вами на столах лежат распечатки вопросов из тестирования, которое вам предстоит пройти в течение этой недели. Там вы увидите десять тысяч вопросов. Из них на аккредитации попадётся только двадцать, плюс задачи. Задач здесь нет, но тесты всё равно нужно прорешать.

Я заметил, что наиболее старшие терапевты, такие как Фукусима Ренджи, Тачибана Каори и Такеда Дзюнпей уже вовсю листали распечатки.

— Кацураги-сан, — обратилась ко мне Тачибана. — Я правильно понимаю, что мы задерживаемся сегодня, чтобы разобрать сложные вопросы, верно?

— Да, так и есть, — кивнул я.

— А если мы знаем ответы на всё, что здесь напечатано? — спросил Такеда Дзюнпей. — Можем ли мы забрать распечатки домой и продолжить изучение в спокойной обстановке?

— Поддерживаю Такеду-сан и Тачибану-сан, — кивнул Фукусима Ренджи. — Если честно, большая часть этих вопросов слишком уж легка для нашего уровня.

Фукусима Ренджи со своим чувством собственной важности всегда прямолинейно и даже немного высокомерно общается с коллегами и начальством. Однако в данном случае он прав. И я это предусмотрел.

— Верно подмечено, Фукусима-сан, — кивнул я. — Именно поэтому терапевтам пятнадцатого ранга и выше я рекомендую покинуть зал и приступить к самостоятельному изучению вопросов. Если кто-то из вас захочет остаться — я не против. Однако всем остальным я бы посоветовал задержаться.

Эти специалисты действительно очень хороши в своём деле. Сомневаюсь, что вопросы их затруднят. В итоге Фукусима, Такеда, Тачибана сразу же покинули зал.

Из высших рангов остались только я, Хибари Котэцу и Савада Дэйчи.

И последней парочке явно стоило задержаться. Они приняли правильное решение. Хибари всё время занимается только гомеопатией и… к сожалению, уринотерапией, а Савада вообще достиг столь высокого ранга исключительно за счёт помощи своего брата-близнеца, который уже покинул стены клиники «Ямамото-Фарм».

Что ж, раз Савада задержался, значит, его срочные дела были простой отмазкой. Деньги оказались важнее.

— Действуем следующим образом, — произнёс я тем, кто остался в зале. — Начинайте пролистывать вопросы. Внимательно. Вдумчиво. Если хотя бы один из них вызывает у вас затруднения — сразу же поднимайтесь и озвучивайте его вслух. Я помогу с ним разобраться. Не стесняйтесь. Если вы что-то не знаете — это нормально. Человек не может знать всё. Бывает такое, что многие из специалистов не знают даже элементарных вещей. И это не делает их плохими врачами. К примеру, я хорошо разбираюсь в гастроэнтерологии, но всячески игнорирую вред кофе, поглощая его чуть ли не литрами. И, конечно же, никуда не спешите. Лично я готов сидеть здесь хоть сутки. Но я думаю, что на наше заседание может уйти больше пяти часов. А теперь, когда все настроились, начинаем работу!

В конференц-зале поднялся шум. Все принялись шуршать бумагой. Особенно молодые специалисты. Они сразу же разложили первые листы и начали тщательно изучать тесты.

И первые вопросы не заставили себя долго ждать. Через десять минут Оцухиро Комуги поднялась со своего места и обратилась ко мне:

— Кацураги-сан, скажу честно, я не знаю, как ответить на тридцать четвёртый вопрос. Он мне кажется каким-то неадекватным.

— Зачитайте его, — попросил я.

— С какой скоростью чихает человек… — произнесла она. — Какое отношение это имеет к медицине? Разве мы обязаны на это отвечать?

Твою-то мать… К счастью, я смог сдержаться и не произнёс это вслух. Но всё моё негодование направлено на министерство, а не на терапевта, который задал этот вопрос. Ведь это действительно — полный бред! Зачем спрашивать такое? Это не имеет отношения к медицине. Просто интересный факт.

— Вы не обязаны это знать, Оцухиро-сан, но так уж вышло, что министерство считает иначе. Спорить мы с ним, конечно же, не будем, но мысленно вы имеете полное право послать каждого, кто составлял этот перечень каким угодно словом, — усмехнулся я. — Но правильный ответ — сто шестьдесят километров в час. Именно с такой скоростью из нас выходит воздух во время чихания.