Канцелярист - Антон Сергеевич Федотов

ступеньку в иерархии Товарищества Иисуса. Когда-то этой чести радовался и старый вояка Повилас, чье лицо сейчас занимало практически весь экран монитора мощного комплекса связи.

— Как это случилось? — уточнил прошелестевший сухим песком пустыни безжизненный голос Магистра.

Несмотря на привычное отсутствие явных эмоций, он явно считал, что обозначить результат операции как «они ушли!» недостаточно. Нужно обязательно объяснить почему, а так же ответить на два извечных вопроса «кто виноват?» и «что делать?».

Пока координирующий питерскую операцию из Москвы Повилас собирался с ответом, старик в кресле задумался. Парадокс двух извечных вопросов, касательно политики или аппаратных игрищ был вовсе не в том, что невозможно было найти на них ответы, а в невозможности сделать это ОДНОВРЕМЕННО. Выбор в пользу деятельности и исправления ситуации, зачастую при помощи тех же людей, которые и стали виновниками ее происхождения, как самых с проблемой знакомых, не предполагает поиска виноватых. Амнистия для всех участников процесса в этом случае предполагается по умолчанию. Если же упор делается на второй вопрос, то виноватый всегда находится, пусть и не всегда причастный к проблеме, а вот ее решение откладывалось, да еще и осложнялось выбиванием наиболее осведомленных участников процесса. Ибо нахождение виновника всегда предполагает его наказание.

Так «Кто виноват?» или «Что делать?».

— Операция шла по утвержденному плану. Однако перед самым «контактом» противник насторожился, а затем и вовсе стал оттягиваться назад. Атаковать в такой ситуации, рискуя потерять ценный ресурс для будущих акций, я счел излишним. Причины отступления противника выясняются. Однако никаких признаков обнаружения засады не было… Тут я полагаюсь как на показания бойцов группы, так и на объективный контроль.

Магистр поднял руку, заставляя замолчать, даже не представляющего какая петля едва не затянулась на его шее, Повиласа.

— И все же, засаду они почуяли. — Констатировал старик, едва не по кадру разобрав ролик с камер объективного контроля операции.

— Да, Магистр, — склонил голову Шрам. — Однако механизм обнаружения мне непонятен. Пока не ясен. Проводится расследование. Считаю удачей, что мои люди — профессионалы — успели среагировать до того, как…

— Это беспокоит тебя больше всего? — задумчиво поинтересовался хозяин «Ока Шторма».

Вопрос был риторическим, а потому собеседник не стал отвечать. Тем более, размышления Магистра прерывать было чревато, а тот явно задумался. Какая-то мысль не давала ему покоя, когда…

— Фотографию заложника, быстро! — Бросил он, не сомневаясь, что приказ будет выполнен молниеносно.

Повилас старался фиксировать все и всегда. Однако в этот раз именно фотофиксация не велась. Зато через пятнадцать секунд дряхлый старец без эмоций просматривал кадры оперативной съемки.

Труп как труп. «Организованный» по его приказу. Не прямому, конечно, не его уровень заниматься мелкими сошками, а в рамках выполнения общей задачи по зачистке засвеченной «ветви». Магистр таких видел тысячи. Без преувеличения. Типичная цыганская внешность. Явные следы насильственной смерти — пара входных отверстий в груди и одно в центре лба. Следов побоев нет. И правильно, люди Повиласа умеют делать достаточно больно, чтобы собеседник пламенно возжелал поведать им вообще все что угодно и без всяких пошлостей типа игры в мясника и дровосека в одном лице. В том, что и этот человек рассказал все, что от него хотели, сомнений тоже нет. Так… Стоп!

— Что это? — сухо поинтересовался хозяин кабинета.

Глоток чая с мятой и жасмином привел мысли в порядок.

— Царапины на лице. На момент захвата — свежие. Он получил их незадолго до того как попал к нам. Предположительно раны нанесены ногтями…

— Стоп, — прервал Магистр своего подчиненного. — Связь со Скорцени быстро!

Повилас хоть и на секунду замешкался (мысленно, исключительно мысленно!), но пальцы сработали быстрее мозга, добавив частоту Рико к диалогу.

— Брат Рико, приветствую тебя. — Тепло поприветствовал командира диверсионно-разведывательной группы старик, заставив Повиласа грустно усмехнуться.

Хорошо притворяется, Магистр. Очень хорошо…

Когда-то и в его адрес звучали теплые нотки. Ровно до того момента, как вдруг оказалось, что ему совершенно некуда деться!

— Приветствую вас, Старший! — почтительно склонил голову в коротком поклоне боец. — Что я могу для вас сделать?

— Мне необходимы все ваши люди, сын мой.

Короткая команда и топот ног. Судя по всему, многие были подняты на ноги с постели. Но никто не роптал — внимание Магистра в их среде стоило очень многого.

Повилас вновь горько усмехнулся. Мысленно. Исключительно мысленно.

— Личный состав построен! — Отрапортовал командир через двадцать секунд, вызвав у Повиласа восхищенную мыль «Молодцы, чертяки!».

— Всем раздеться.

На то, чтобы скинуть одежду ушло еще секунд десять, и вот перед камерой вновь замер строй нагих мужчин. Вопросов и задержек не было.

— Рико, мальчик мой, осмотри всех на предмет ран, порезов, ссадин… Любых нарушений кожного покрова.

Возня продлилась еще с минуту.

— Брат Шмитд, — шагнул вперед рослый детина с нордическим типом лица. — Отрапортовал командир. — Повреждена ладонь. Небольшое рассечение. Предположительно о камни.

— Брат Шмидт, — ласково обратился к нему Магистр. — Скажите, в какой момент вы получили эту травму?

Боец задумался, погрузившись в воспоминания.

— Задам вопрос по-другому. — Прервал его размышления старец. — Могло быть, что вы получили травму в тот миг, когда ваш противник принял решение отступить?

— Скорее всего, так оно и было, Магистр. — Согласился «викинг», как его про себя окрестил привыкший сразу выделять приметные черты человека Повилас.

— Благодарю вас, братья, — еще раз тепло улыбнулся Магистр (политика, чтоб ее!). — Одевайтесь, пожалуйста, и продолжайте отдыхать. Вы славно потрудились сегодня! Рико, прошу вас отключиться.

И вот они снова остались " в канале" вдвоем.

Хозяин кабинета молчал. Обнаружение артефакта на ханьско-российской границе группой вероятного абсолюта, быстрый поиск этого румына, неожиданное отступление — все складывалось в одну стройную картину только в одном-единственном случае, если…

— Черт! — выругался он с чувством, чего не делал уже несколько десятилетий.

Древнее тело почувствовало небольшой укол адреналина. Давно забытое ощущение оказалось неожиданно приятным.

— Напомни, наш абсолют?..

— Воронцов Матвей Александрович, урожден…

— Не важно. Отныне, брат Повилас, он — твоя цель номер один.

Магистр еще на несколько минут замолчал, а затем добавил:

— У тебя мало времени.

— Вы же не ждали скорого прогресса Дара до высшего уровня? — уточнил вояка, принимая задачу.

— А его и не случилось, — вообще-то вопросы здесь задавать не принято, но в данном случае ответ влияет на успешное выполнение задания, так что: