Разлучи нас, смерть! (СИ) - "Ginger_Elle"

— Да. Не волнуйтесь, я отвернусь.

Джейсон бросил на него неприязненный взгляд. Как он ненавидел всю эту чёртову шайку!.. Они скоро в туалет начнут его водить под присмотром. Чего они боятся? Что он поведает врачу печальную повесть своей жизни? Так ведь доктор явно был из тех, которые оказывают любого рода услуги абсолютно конфиденциально, покрывая любые преступления своих клиентов.

— Я не понимаю, зачем это нужно, — произнёс он.

— Астон пожелал знать всё о вашем состоянии.

У Джейсона кровь прилила к лицу от ярости. Господи, какой же подонок!.. Мерзавец… Что ж он сам не пришёл поприсутствовать, полюбоваться на своих рук дело?!

— У этой сволочи хватает наглости присылать ко мне врачей?! Детали ему нужны?! — не выдержал Джейсон. — Что в следующий раз? Руки-ноги мне переломает? Конечно, почему нет? Главное — врача потом прислать!

— Когда, говорите, была инъекция антидепрессантов? — спросил врач у Эдера.

— Семь часов назад первая. Через три часа повторно, всё, как вы сказали.

Доктор смотрел на Джейсона с лёгким беспокойством, Эдер — совершенно невозмутимо. Джейсон резко замолчал. Не хватало ещё, чтобы решили, что у него нервный срыв, и вкололи бы следующую порцию лекарств.

— Осматривайте меня, — поднял он усталые, покрасневшие глаза на врача. — Чего вы ждёте?

Когда мужчина ушёл, выдав Эдеру листок с рекомендациями, Джейсон спросил:

— Зачем это всё? После… после того, что он сделал… — голос его срывался и дрожал, а плечи чуть заметно подрагивали. — Мразь…

— Думаю, кое-что из прописанного врачом вам пригодится, — заметил Эдер вместо ответа.

— Что он решил? Что со мной будет?

— Пока вы не поправитесь, останетесь здесь. Астон уезжает на рождественские каникулы. К его возвращению вы как раз придёте в порядок.

— Приду в порядок? Если я поправлюсь, он опять… О, Господи… он опять, опять… — Джейсон начал говорить громче и схватился за рот, когда из рассечённой губы снова начала сочиться кровь.

Эдер заговорил не сразу:

— Вы сами виноваты.

— В чём? — впился в него огромными отчаянными глазами Джейсон. — В том, что решил уйти от него? В том, что больше не мог терпеть его издевательств?.. Вы же сами всё знаете…

— И вы тоже знали, как он отреагирует.

Джейсон закрыл глаза.

— Знал. Но я не мог терпеть.

— Возможно, теперь вам придётся терпеть ещё худшее.

— Вам не отвратительна ваша работа? — спросил Джейсон, глядя в упор на Эдера.

— Это работа, — пожал тот плечами, — и я буду её выполнять. Имейте в виду, ещё одна попытка сбежать, и вам имплантируют GPS-маячок.

Джейсон только фыркнул в ответ на эту угрозу.

— Вы меня не перепутали со своим протеже, с Лукасом? Думали, я поверю? Таких маячков не существует.

— Что ж, — ничуть не смутился Эдер, — попробовать стоило. Но радиомаячки точно существуют. Поставим такой.

— И не забудьте взять с меня клятвенное обещание не отходить от дома дальше, чем на двести метров, — язвительно прокомментировал Джейсон.

— Двухсот метров нам хватит, чтобы вы не смогли покинуть периметр.

***

Следующие дни — Джейсон сбился со счёту, сколько их прошло — он провёл всё в той же комнате. Ноутбук ему, естественно, не вернули, но теперь он мог читать книги и смотреть телевизор. Джейсон не делал ни того, ни другого. Первые дни он пребывал в ватном и деревянно-спокойном состоянии под действием успокоительного и ещё какой-то дряни, выписанной доктором. Действие было похоже на антидепрессанты, которые назначала ему доктор Риккетс, но было сильнее. Джейсон послушно глотал таблетки: с ними было легче, он был за них даже благодарен. Они снимали тяжесть с души.

Основная тяжесть была связана вовсе не с тем, что произошло. Если подумать, то, что сделал Астон, не так уж сильно отличалось от того, что порой происходило между ними по доброй воле. Они редко ссорились, но иногда их ссоры завершались именно так: Дэниел швырял его в кровать и трахал. И его это безумно возбуждало, ему всегда нравилось, что Астон был сильнее его. Но он был сильнее не только физически, а в каком-то ужасающем вселенском масштабе: он мог контролировать его жизнь, сделать его своим пленником, и от него не было спасения.

Больше всего Джейсон переживал за то, что должно было произойти. От неопределённости можно было сойти с ума. Он пытался убеждать себя, что нет никакого толку ломать голову над тем, что ещё не произошло, и надо решать проблемы по мере их поступления, но не мог отделаться от навязчивого беспокойства. У него было огромное количество вариантов, но он знал, что Астон может выдумать нечто такое, что никогда ему самому не придёт в голову. Если сначала он боялся, что Дэниел просто убьёт его в порыве гнева или прикажет убить, то теперь стало понятно, что этого не произойдёт: никто не стал бы так заботиться о том, кого должны пустить в расход.

Как же его бесила эта забота!.. Все годы одно и то же: он приказал его похитить, изнасиловал, потом, когда они уже «познакомились», мог ударить из-за какой-нибудь ерунды, но всё равно заботился так, как не заботился даже отец (хотя что удивительного с таким отцом). Заботился о его учёбе, здоровье, комфорте, безопасности, душевном равновесии и ещё тысяче мелких вещей. Даже потом, когда все их контакты свелись исключительно к деловым разговорам и злобным препирательствам, Астон всё равно продолжал о нём заботиться, словно стараясь ещё раз указать на зависимость Джейсона от него… И вот теперь опять. Что на этот раз? Он прикуёт его к кровати, как когда-то грозился, но всё равно будет следить за тем, чтобы он получал самое здоровое и изысканное питание и продолжал интеллектуально совершенствоваться?

Только зачем приковывать его к кровати?.. Астон же теперь его ненавидит. Измена и предательство всегда были для него самыми страшными грехами, смертельными, непростительными… Да и к чему столько сложностей? Он может держать его на наркотиках, как это было во время похищения, накачивать так, что он уже не будет понимать, кто перед ним и где он находится… Может быть, Астон уже это начал. Может быть, те препараты, которые дают ему сейчас, — это только начало.

Джейсон не видел никого, кроме охраны, да и там были незнакомые ему лица. Эдер уехал, и только изредка заходил Рюгер. С ним можно было переброситься парой слов и узнать кое-какие новости.

Мадам Пассар объявила о своём уходе и оставалась работать в доме только до марта. Сначала Джейсон подумал, что Астон выгоняет её из-за того, что она вопреки его приказу вошла тогда в кабинет. Но потом сообразил, что всё было наоборот. Дэниел бы не стал увольнять её из-за такой мелочи, она уходила сама. Мадам Пассар была дочерью горничной, служившей ещё у деда Дэниела, и проработала в этом доме много лет. Она ко многому была привычна, но последние события, видимо, переполнили чашу терпения. То, что она увидела в кабинете, стало последней каплей.

Осторожно, порциями Джейсон пытался разузнать что-нибудь об Алексе, расспрашивая в основном о требованиях семьи Чэн к Астону и надеясь, что что-нибудь в разговоре да проскользнёт. Рюгер быстро раскусил эту уловку и рассказал то, что считал возможным рассказать. Алекс остался в Гонконге: из-за перестрелки в дело оказалась замешана полиция, и ему настоятельно рекомендовали оставаться в городе до выяснения всех обстоятельств. Часть информации даже попала в газеты, но в общем и целом эту историю удалось благополучно замять. Рюгер дал понять, что на помощь Алекса рассчитывать не стоит: семья ему не позволит, а без поддержки отца он был против Астона почти так же бессилен, как сам Джейсон.

Да, он был прав тогда: двое детей, ввязавшихся во взрослые игры…

Ещё Джейсон узнал, что о его короткой связи с Алексом стало известно кое-кому из работающих на Астона, в основном, людям на самых верхах. Кто-то из них ездил на переговоры, другим просто пришлось дать пояснения, когда вдруг резко начали происходить изменения в стратегии компании. Естественно, Астон всеми силами старался это скрыть: его партнёры, акционеры, соинвесторы и прочие люди, перед которыми он был ответственен, вряд ли бы порадовались новости, что в своих решениях он руководствуется не соображениями выгоды, а действует под давлением Чэна и угрозой войны с ним. И ещё неприятнее было бы признать, что эта угроза возникла из-за того, что ему во что бы то ни стало потребовалось вернуть бывшего любовника, молодого человека, с чьим именем в последнее время и без того было связано много скандальных историй.