Вирус «Reamde» - Нил Стивенсон

Впрочем, сперва их следовало заинтересовать поездкой в США. Шеймус был вполне себе шовинист и полагал, что любой не-американец, если он дружит с головой, непременно рвется в Штаты, однако, проведя полжизни за границей, Шеймус поднабрался кое-каких дипломатических навыков. Он встал под большое тенистое дерево подле архива и согнал остальных в кружок.

– Я улетаю Америку, – сказал Шеймус. – При первой возможности. Я еду, поскольку думаю, что там находится наш друг Абдулла Джонс, а Зула скорее всего с ним как заложница. Чонгор летит со мной. Ему для разрешения на въезд – только заполнить форму в Интернете. Марлон и Юйся могут поступать как угодно. Хотя должен заметить, что вы в этой стране нелегально. Гражданам Китая для поездки на Филиппины нужна виза, а вы, дайте-ка угадаю, перед тем как угнали у террористов корабль и грохнули капитана, виз не получали. Возвращаться не советую. Вам надо в такую страну (причем не в Китай), где можно заняться документами и где вас моментально не арестуют и не вышлют домой. А так оно и будет, если вы выйдете на улицу, – Шеймус махнул в сторону Роксас-бульвара, – и вас заметят. – Эти слова предназначались Юйсе, которая последние полчаса делала все возможное, чтобы их заметили. Юйся поняла и, что было совсем на нее не похоже, немного надулась.

Теперь и она, и Марлон слушали крайне внимательно. Возможно, мысль поехать в Штаты нравилась им сама по себе. Или не нравилась. Но Шеймус всерьез зацепил их, упомянув Зулу с Джонсом и застращав проблемой с документами.

– Так я, пожалуй, пойду и попробую кое-что устроить.

Задумчивое молчание.

– Полагаю, паспортов у вас нет.

Марлон помотал головой, а Юйся прибавила:

– Их выдают, только когда едешь за границу. А я никогда не выезжала.

– Вообще-то выезжала. – Шеймус раскинул руки, показывая, что прямо сейчас она в Маниле. Юйся улыбнулась. – Да, отсутствие паспортов определенно вставляет палки в колеса получению американской визы. – Он специально выразился очень сдержанно, но не был уверен, что его чувство юмора оценят. – Хотя я знаю пару человек в здешнем посольстве, которые быстренько все уладят.

– Ты больной на всю голову? – спустя несколько минут спрашивал его глава местного отделения ЦРУ.

Марлон, Юйся и Чонгор болтались в кафешке в не очень режимной части посольства. А Шеймус и начальник резидентуры, американец с филиппинскими корнями по имени Фердинанд («но лучше Фредди»), беседовали в самой что ни на есть режимной. Они уже были немного знакомы.

– Фредди, это настолько секретный кабинет, тут такие толстые стены, что я тебя удавлю и никто не узнает.

– Кроме двух морпехов с ПП за дверью.

– Я с ними бухаю.

– Серьезно, Шеймус, чего ты от меня хочешь? Чтобы я достал два левых китайских паспорта?

– Гораздо проще устроить настоящие американские.

Фредди задумался.

– Можно сказать, что твои китайцы – граждане США, у которых в Маниле щипачи украли документы. Но это туфта, которая вскроется, как только Госдеп проверит записи.

– Фредди, вот давай прикинем вместе. Когда идет глобальная война с терроризмом, складываются престранные ситуации. Мы постоянно делаем не вполне легальные вещи. Да одно мое присутствие в этой стране нарушает ее суверенитет. И твое тоже.

– Значит, война с терроризмом?

– Конечно, к тому и весь разговор.

Фредди посмотрел на него выжидательно. В этот момент Шеймус еще не понял, что попал в ловушку.

– Я знаю, где Джонс, – сказал он. – Могу очертить территорию с точностью до десяти квадратных миль. Или – для удобства наших канадских друзей – километров.

– А не имеет ли это отношения к тому, над чем ты работал с… – Фредди достал папку, помеченную как секретная, – той британочкой? С Оливией Галифакс-Лин?

– Ты о той отважной и умнейшей девушке, которая сама отыскала в Сямыне Джонса и несколько месяцев собирала о нем и его ячейке ценнейшие оперативные данные?

– Вероятно, ей следовало время от времени отдыхать. И по большому счету выбрать другую профессию.

– Почему ты так говоришь?

– За последние сутки Оливия, похоже, пошла вразнос. Она отстранилась от большого и дорогостоящего фэбээровского расследования по делу о терроризме. Метнулась в Ванкувер, причем оставила массу электронных следов, в том числе общение с тобой. Сняла номер в отеле и взялась доставать одного бедного канадского копа той своей версией.

– Под «той своей» ты подразумеваешь блестящую версию, которую она разработала вместе со мной?

– А, то есть ты все-таки с ней работал.

– Продолжай.

– Сказала, что летит в какой-то Принс-Джордж в Британской Колумбии. Купила билет, прошла регистрацию. В самолет не села. Тут же взяла за наличные билет до Сиэтла, по-прежнему ни черта не объясняя. Даже не почесалась позвонить в ФБР. Примерно в то же время, когда она приземлилась в Сиэтл-Такоме, в миле от аэропорта случилась перестрелка в доме, битком набитом русскими – всякой мелкой уголовной шушерой. ФБР вело за ними слежку, но наблюдение пошло прахом. Куда смоталась Оливия, никто не знает, плюс к тому пропал один из русских – консультант по безопасности, бывший спецназовец, связанный с той сямыньской историей.

– Похоже, ты много общаешься с ФБР.

Фредди ничего не ответил, только поднял глаза от секретной папки, посмотрел на Шеймуса поверх очков и спросил:

– Что скажешь?

– А о чем говорят ребята из разведки?

– Почему ты спрашиваешь?

– Потому что они умеют добывать такую информацию, какую не умеют в ФБР. А вот делиться ею не очень любят.

– Сегодня утром эта самая Оливия прислала тебе сообщение, да?

– Я так и знал, – усмехнулся Шеймус, потом подался вперед и навис над столом. – То есть ни ФБР, ни копы даже не представляют, где она, а разведка, поскольку отслеживает ее телефон, пусть и смутно, но представляет.

– Очень смутно, – кивнул Фредди. – Причем с каждой минутой все более расплывчато. Но главная версия вот какая: Оливия хочет попасть в Канаду, где ей проще разгрести феноменальный бардак в своих визах и откуда она сможет улететь домой целой и невредимой.

– Что очень на руку разведслужбам, и потому специально никто ее не запалит.

– Если она сама не наделает глупостей, то недели через две будет сидеть в Лондоне и рассчитывать, что ближайшие лет, скажем, сорок проведет за кабинетной работой.

– Ладно, – сказал Шеймус. – Все это очень интересно, но я-то пришел поговорить о Джонсе.

– Да. Ты выяснил, где Джонс, и сделал это, пока ночь напролет играл в компьютерную игрушку в заштатном интернет-кафе среди австралийских секс-туристов.

– Примерно так.

– А озарение снизошло на тебя в виде звонка от Оливии Галифакс-Лин, причем звонила она во время своего предыдущего исчезновения с фэбээровских радаров.