Забирая жизни. Трилогия (СИ) - Бец Вячеслав

Слегка растянувшийся отряд двигался по раскисшей после ночного дождя дороге. Кирилл с Шелковским в качестве авангарда ушли далеко вперед, а остальные, сбившись в небольшие группки, неторопливо двигались по поросшей скользкой травой обочине. На саму дорогу никто не лез, поскольку на ней запросто можно было «влипнуть» в самом прямом смысле этого слова. Моральное состояние бойцов выражалось в соответствующих разговорах.

– Черная полоса, говорю вам, – с видом знатока настаивал Степашкин. – Надо бы это как‑то отмолить.

– Сам ты черная полоса, – буркнул в ответ Сева. – Мозги себе отмоли.

– Не, а неправда, что ли? Вторая смерть за два задания…

– Куриная ты башка, – покачал головой Сева, но воздержался от дальнейших объяснений.

Степашкин ждал ещё какого‑то комментария, но не дождался.

– Во какой ты. Раз не можешь ничего кроме оскорблений сказать, то лучше молчи.

Андрей в эти споры не встревал. Известными ему одному методами Лёша сумел вывести его из апатии, но работало это только на задачу возвращения домой. Во всём остальном Романов принимал мало участия. Сам Корнеев, шедший рядом, долго молчал, слушая излияния Степашкина по поводу сглазов и чёрных полос, и вялые попытки Севы или Карданова с ним спорить. В конце концов, от зубодробительных аргументов Степашкина не устояла и его тренированная психика.

– Мы ошиблись, – сказал он так, будто говорить ему очень не хотелось, но надо было. – Опрометчиво влезли в ловушку. Расслабились. И поплатились за это. Так что нет никаких черных полос – есть только недостаток профессионализма.

Все слушали молча. Как и всегда, когда Лёша брался что‑то говорить. Никто не рисковал вставлять какие‑то фразы или комментарии, чтобы не спугнуть его словоохотливость, потому что всегда, когда он говорил – это была полезная и поучительная информация. Даже когда Лёша умолк, все ещё долго молчали, ожидая, что он продолжит говорить. И он продолжил.

– Все вы добровольно согласились быть солдатами, а солдаты гибнут в бою. Так уж повелось. Гибнут, вне зависимости от того, насколько они профессиональны.

– И что посоветуешь нам делать? – не выдержал Степашкин. – Приготовиться к смерти?

– Конечно, – равнодушно, таким тоном, будто они говорили о погоде, ответил Лёша.

Степашкин остановился и с тупейшим выражением лица повернулся к Корнееву, не понимая, шутит тот или говорит серьёзно.

– Самый лучший выход – принять тот факт, что ты уже мёртв, – добил его Алексей, тоже остановившись. – Тогда у тебя в голове не будет появляться всякая чушь, наподобие той, что ты сейчас городишь.

Степашкин хотел что‑то сказать, но не знал что. В его голове плохо укладывалось сказанное Корнеевым. Какой смысл жить с мыслью, что ты уже мёртв?

– Давай иди, не создавай пробку, – подтолкнул его Сева.

– Никогда я не смогу…

Степашкин не договорил и никто так и не узнал, что же он не сможет, потому что откуда‑то сзади до них отчётливо донесся рёв мотора.

– В лес! Быстро! – скомандовал Лёша, прежде чем это смог сделать сам Андрей.

Вся группа резво бросилась в пожухлую траву и кустарник, продираясь к лесу. Листьев на деревьях ещё не было, так что им пришлось значительно дальше забираться в чащу, чтобы скрыться от глаз возможного противника. Ещё и Степашкин, как назло, разгрузкой зацепился за куст и долго возился, прежде чем с треском выломал ветку и прорвался. Остальные бойцы давно залегли между деревьев и наблюдали за дорогой, на которой уже был хорошо заметен «Волк», очень похожий на тот, что не так давно был у них. Андрей почти не сомневался, что как минимум Степашкина из машины точно заметили.

«Волк» с лёгкостью преодолевал грязь, стараясь держаться края дороги и подминая под себя некстати росшие там кусты. Остановился он чётко напротив позиций залёгших в лесу «анархистов». Поурчав ещё немного, двигатель буркнул и затих. С шумом открылась дверь, и из машины вылез… Косарь.

– Э, грибники! – небрежно позвал он. – Сезон ещё не начался! Вылазьте оттуда!

– Ах ты ж курва! Где он взял машину? – прошипел Толя. – Нет, я точно его убью.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

– Спокойно, – попросил его Андрей, поднимаясь.

Что бы ни задумал Косарь, меньше всего Андрей сейчас хотел его провоцировать. Он отряхнулся и медленно приблизился, всё ещё находясь под прикрытием нескольких деревьев, но так, чтобы Косарь мог его видеть.

– Какого чёрта ты тут делаешь? – беззлобно спросил Романов.

– Ищу группу придурковатых автостоперов, решивших топать до Луганска пешком. Не видали тут? Нет?

Косарь громко заржал, довольный своей шуткой. Андрей веселиться не спешил.

– Чего ты хочешь?

– Слушай, выходи оттуда и нормально поговорим, а то у меня от крика сейчас швы разойдутся, – ответил Косарь. – И можешь не бояться – солдат дитя не обидит.

Андрей фыркнул и оглянулся на Корнеева. Лёша утвердительно кивнул ему и снова приник к окуляру оптического прицела, с помощью которого рассматривал Косаря.

Окна в бронеавтомобиле были узкими и располагались высоко, поэтому с уверенностью определить есть ли кто внутри, Андрей не мог, но в случае чего был уверен, что парни его не бросят. Он выбрался из леса и уверенной походкой приблизился к Косарю. Тот прислонился спиной к машине, скрестив руки на груди, и со скучающим видом рассматривал грязь под ногами.

– Ну, здравствуй, – поздоровался Андрей, подходя.

– И тебе не хворать.

Косарь протянул парню руку, и на этот раз Андрей, поколебавшись пару секунд, всё же пожал её. Рукопожатие Косаря было крепким, даже очень.

– Как ты нас нашёл? А главное – зачем?

– А что вас искать? Мне прямо заявили, что вы в Луганск собрались. Я дождался, пока вы покинули Лозовую, прихватил вот эту красотку, – Косарь, не меняя позы, с глухим звуком похлопал машину по двери, – и поехал вам на выручку, пока вы ноги в кровавые мозоли не стёрли.

– С чего вдруг столько доброты? – даже не пытаясь скрыть недоверия, спросил Андрей.

– А чё не? Ты ж меня спас, вот я и отдаю должок. Так что давай, командуй своим и пакуйтесь – подвезу вас.

Андрей застыл, не зная как поступить. Но Косарь не собирался давать ему много времени на размышления.

– Так, с ручника снимись! – скомандовал он, угадывая мысли Романова. – Я один, а вас целая толпа, так что это я должен вас бояться, а не наоборот, но если хотите и дальше топать пешком – пожалуйста. Тут недалеко, всего‑то километров двести пятьдесят, если в болоте не утонете. Кстати, я где‑то слыхал, что пешие прогулки очень полезны для здоровья.

Андрей улыбнулся. Всё‑таки, несмотря на малоприятное первое впечатление, Косарь был забавным типом. Возможно, даже веселее погибшего Вурца.

– Я могу заглянуть в машину?

– Да пожалуйста. Мой жена – твой жена, – Косарь продемонстрировал все свои тридцать два зуба в широченной улыбке.

Разумеется, в десантном отделении было пусто. Оставался ещё один вопрос.

– Как тебе удалось раздобыть машину? Мне, например, Соловец отказал, и в достаточно неприятной форме.

Косарь криво ухмыльнулся и с прищуром посмотрел на Андрея.

– Иногда я умею быть очень убедительным, – он подмигнул, толком так и не ответив.

Аргументов против у Романова больше не оставалось. Если где‑то и был подвох, то найти его сейчас он никак не мог, а предложение Косаря было не только звучало заманчиво, но и позволяло отряду выкрутиться из отчаянной ситуации. Всё‑таки наёмник был абсолютно прав – протопать такое гигантское расстояние пешком было тем ещё приключением, особенно для подраненного Толи. Выходя в этот путь все понимали насколько нереальную задачу они ставят перед собой, но других вариантов ни Соловец, ни сержант Кукурудза им не предложили.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

По понятным причинам Косаря в отряде никто не любил, но, несмотря на это, помощь приняли охотно. Толя, правда, втихую предложил его высадить и забрать машину, но ясное дело, Андрей такого одобрить не мог. А, может, стоило?

Единственным условием Косаря было посадить за руль кого‑то из «анархистов», потому что сам он «манал крутить это целых двести пятьдесят кэмэ». Потому за руль сел привычный к этому Воробьёв. С этого момента у Андрея окончательно пропали все идеи о подвохе. Поначалу ему казалось, то Косарь может под каким‑то предлогом завезти их куда‑то, в какую‑нибудь засаду, например, и там продолжить неприятный разговор, начатый при их знакомстве. Но теперь, когда машиной управлял Сергей, они могли в любой момент как угодно изменить маршрут, стало быть риск засады сходил на нет. Андрей, правда, ничего не знал о такой штуке, как GPS, но даже если бы знал, то, скорее всего, проигнорировал бы её – вряд ли спутниковая навигация могла до сих пор адекватно функционировать без соответствующей поддержки и обслуживания.