Путеводитель по Библии - Айзек Азимов

Поэтому Иаков убеждал Павла пройти сложный ритуал очищения в Храме, чтобы он мог доказать свою приверженность Закону. Павел подчинился, но это не помогло. Он был узнан в Храме некоторыми иудеями из Азии (римской провинции), которые могли встречаться с ним во время его миссионерских странствий и поэтому могли знать о его деятельности. Сразу же поднялся крик:

Деян., 21: 28. …мужи Израильские, помогите!этот человек всех повсюду учит против народа и Закона и места сего; притом и ел — пинов ввел в храм и осквернил святое место сие.

Павел был обвинен даже в приведении язычников в Храм и осквернении его таким образом. (Язычники действительно были в окружении Павла, но он не приводил их в Храм.)

Какое-то время казалось, что Павла можно было бы линчевать, но римский начальник и его отряд, услышав о беспорядках, поспешили прийти на место событий, и Павел был взят под охрану. (Имя этого римского начальника позже дается как Клавдий Лисий.)

С разрешения этого начальника Павел обратился к толпе на арамейском языке (после разговора с начальником на греческом), рассказав о подробностях своего обращения. Однако, когда Павел начал говорить о своей работе среди язычников, аудитория стала неуправляемой.

Озадаченный всем этим римский начальник решил перейти к сути, допросив Павла под пытками, что в то время было обычным делом. Однако Павел спасся от этого, объявив о своем римском гражданстве.

Затем Павел стоял перед еврейским советом, но избежал их лап, объявив, что он фарисей. Он утверждал, что он был преследуемым за свою веру в учение о воскресении, что является кардинальным пунктом в фарисейском учении, чему резко противостояли саддукеи.

Разумеется, вера Павла в воскресение конкретно относилась к воскресению Иисуса после распятия на кресте, во что фарисеи не верили. Однако в пылу дебатов магического слова «воскресение» было достаточно, чтобы заставить фарисеев в совете наброситься на саддукеев и решить вопрос в пользу невиновности Павла.

Однако жизнь Павла оставалась в опасности, но в Деяниях почему-то не упоминается о какой-либо роли, сыгранной во всем этом иерусалимскими христианами. Возможно, они были слишком малочисленны, чтобы оказать ощутимое влияние, или могли только ухудшить положение Павла, если бы попытались выступить. Однако возникает вопрос: а может быть, иерусалимские христиане были просто недовольны Павлом? Они вполне могли считать его исказителем христианского учения.

Спасение для Павла пришло от римского начальника Клавдия Лисия, который, очевидно, подружился со своим пленником. Он решил выпустить Павла из Иерусалима и обеспечить ему физическую безопасность, послав его в Кесарию, чтобы его судили на законных основаниях римские власти, и обеспечил его эскортом:

Деян., 23: 24. Приготовьте также ослов, чтобы, посадив Павла, препроводить его к правителю Феликсу.

После смерти Ирода Агриппы I Иудея снова перешла под власть прокураторов, и каждый из них вынужден был постоянно иметь дело с главарями разбойничьих банд, которые заявляли, что они мессии, и возглавляли восстания против властей. Действительно, когда Клавдий Лисий первый раз принял Павла, он подумал, что его пленник был одним из таких мятежников, который был иудеем из Египта.

Деян., 21: 37–38. При входе в крепость Павел сказал тысяче-начальнику: можно ли мне сказать тебе нечто? А тот сказал: ты знаешь по-гречески? Так не ты ли тот Египтянин, который перед сими днями произвел возмущение и вывел в пустыню четыре тысячи человек разбойников?

Первым прокуратором после Ирода Агриппы I был Куспий Фад, а после него был Тиберий Александр, еврейский отступник, который, как предполагалось, был племянником самого Филона Иудейского. В 48 г., примерно во время Иерусалимского совета, прокуратором стал Вентидий Куман и правил в течение четырех лет, окутанных постоянными мятежами и восстаниями. В 52 г. его сменил Антоний Феликс, при котором ситуация неуклонно ухудшалась.

Феликс был вольноотпущенником (это тот, кто родился рабом, но был отпущен на свободу), а для вольноотпущенника было совершенно необычно стать царским наместником. Тем не менее, при Клавдии вольноотпущенники получали важные посты государственной службы, и одним из наиболее значительных из этих служителей был Палл.

Этот Палл не только имел влияние на Клавдия, но также дружил с четвертой и последней женой Клавдия Агриппиной, которая плела интриги, чтобы власть перешла по наследству ее сыну Нерону. Феликс был братом Палла, и поэтому неудивительно, что, хотя он и вольноотпущенник, он стал прокуратором Иудеи. В 54 г. Агриппина наконец одержала свою победу. Согласно историческим сведениям, она отравила Клавдия, и ее сын Нерон взошел на престол как пятый римский император, царствование которого было наиболее роковым и для иудеев, и для христиан.

Антипатрида

Павел был выслан из Иерусалима, который ему не суждено было увидеть снова:

Деян., 23: 31. Итак воины, по данному им приказанию, взяв Павла, повели ночью в Антипатриду.

Антипатрида, которая находится почти на полпути между Иерусалимом и Кесарией, как считается, была построена на месте древнего Афека, где израильское войско было разбито филистимлянами во времена первосвященника Илии.

Город был заново построен Иродом Великим и был назван Антипатридой в честь отца царя Антипатра Идумея.

Друзилла

Феликс восседал в суде. Еврейские власти обвиняли Павла в возбуждении разногласий и осквернении Храма. Павел утверждал, что он был фарисей, и снова настаивал на том, что его преследуют просто за веру в фарисейское учение о воскресении.

Феликс слушал его с большим интересом. Это был не Клавдий Лисий, и, очевидно, он был знаком с еврейским учением, возможно благодаря своей жене.

Деян., 24: 24. Через несколько дней Феликс, придя с Друзиллою, женою своею, иудеянкою, призвал Павла, и слушал его о вере во Христа Иисуса.

Друзилла была самой младшей из трех дочерей Ирода Агриппы I, и в то время ей было двадцать один год. Под давлением Феликса она развелась со своим предыдущим мужем и вопреки еврейскому закону была вынуждена выйти замуж за римского язычника. Однако, когда Павел обсуждал нравственное содержание христианского учения, Феликс потерял к нему интерес:

Деян., 24: 25. И как он говорил о правде, о воздержании и о будущем суде, то Феликс пришел в страх и отвечал: теперь пойди, а когда найду время, позову тебя.

Феликс держал Павла в тюрьме в течение двух лет, возможно, больше для того, чтобы предотвратить беспорядки в Иерусалиме, чем из убеждения в вине Павла. Сроки тюремного заключения не были строгими. В конце этих двух лет брат прокуратора Палл впал в немилость при дворе Нерона, и Феликс был освобожден от своих обязанностей. Так как это произошло, вероятнее всего, в 61 г., мы можем отнести время посещения Павлом Иерусалима и суд над ним в Кесарии к 59 г.

Фест

Пришел новый прокуратор:

Деян., 24: 27. Но по прошествии двух лет на место Феликса поступил Порций Фест.

Дело Павла повторно открыли перед этим новым прокуратором, главная цель которого состояла в том, чтобы предотвратить ненужные проблемы со все более беспокойными людьми этой провинции. Поэтому он предложил судить апостола в Иерусалиме. Для того чтобы успокоить Павла насчет опасений того, что такой суд может быть несправедливым, прокуратор предложил, что он сам будет контролировать ход дела.

Павел не думал, что тблько благодаря присутствию Феста суд обязательно будет справедливым. Действительно, он, возможно, подозревал, что на Феста будет оказано давление, как это было с Понтием Пилатом тридцать два года назад.

Поэтому Павел обратился к императору, что было его право как римского гражданина, и поэтому прокуратору не оставалось ничего другого, как выслать его в Рим.

Ирод Агриппа II

Тем временем там оказались члены семьи Ирода:

Деян., 25: 13. Через несколько дней царь Агриппа и Вереника прибыли в Кесарию поздравить Феста.

Упомянутый здесь Агриппа — это Ирод Агриппа II, единственный сын Ирода Агриппы I. Он родился примерно в 27 г., незадолго перед распятием Иисуса. Молодой правитель был воспитан в Риме, где его отец был в то время фаворитом императорской семьи. Ирод Агриппа был мальчиком десяти лет, когда его отец начал править разделами Иудеи, и семнадцати, когда его отец умер. Он был слишком молод для Клавдия, чтобы поручать ему трудную задачу управления всею Иудеею и территорией окружения.

Палестина времен Иудейской войны