Фантастика 2025-47 - Дмитрий Ясный

— Судя по тому, что ты отрываешь меня от проверки оставшихся объявлений, это действительно важно. Что ж, рассказывай, я тебя внимательно слушаю.

Слушать помощник умел, вот только я не знал, что ему ответить. Что мне кажется, что я нащупал след Милинды, но доказательств нет, и это может оказаться полнейшей ерундой? Да я первый, кто ещё месяц назад обсмеял бы помощника, скажи мне он такое. «Если что-то кажется, значит, надо провериться на магическое внушение».

Невозмутимо пожал плечами.

— Я просто подумал, как аппетитно бы смотрелась твоя задница в женской юбке с турнюром.

— Кай!!!

От помощника разило таким неподдельным возмущением, что я не удержался от смешка.

— Что «Кай»? Я уже тридцать четыре года Кай.

— Восемь из которых я работаю на тебя, — отрезал Берни, и я с удивлением услышал в его голосе нотки жёсткости. — Объясни мне всё сейчас же. Иначе я больше не играю по твоим правилам!

«Ого! А у малыша Берни прорезались зубки», — с не меньшим изумлением отметил про себя, изучая помощника.

— Хорошо, — кивнул, — виски нальёшь?

— Сам нальёшь. Не отвлекайся, ты хотел рассказать мне про затею с фиктивной невестой.

— Женой, Берни, мне нужна не невеста, а жена.

— Не важно. Я слушаю.

Синие глаза смотрели предельно внимательно. Берни даже сел в кресло, сосредотачиваясь полностью на мне… Ну, а я встал, демонстративно налил себе ароматный тёмно-коричневый виски в бокал, и, лишь устроившись поудобнее, приблизительно пересказал историю знакомства с Итаном и Шарлоттой.

— То есть вся твоя теория строится на том, что и Милинда, и Шарлотта приехали из маленьких городков в столицу, не имеют высшего образования, но обе умеют управляться с лошадьми. Ах да, у них ещё похожие фигуры.

— И уровень магии. Джейн говорила, что Милинда сильная магэсса, ну а Шарлотта при мне успокоила целого коня, — добавил машинально, прокручивая встречу с берейтором.

Берни громко вздохнул.

— Кай, боюсь тебя расстраивать, но на этот раз ты стал жертвой своего мозга.

— Что?

— Я, конечно, недоучка, но некоторые базовые вещи в психологии, такие как предвзятость подтверждения, изучить успел. Это тенденция любого разумного существа искать и отдавать предпочтение той информации, которая согласуется с его точкой зрения. Например, ты считаешь, что большинство мелких нарушений закона и взломов квартир совершается магами, а не обычными людьми.

Я высоко поднял брови. Скорее так считают упёртые бараны в жандармерии наподобие инспектора Шейна Теренса.

— Да погоди, Кай, — тут же отреагировал Берни. — Я понимаю, что ты так не считаешь. Говорю же, к примеру. В таком случае всякий раз, когда тебя… ладно-ладно, не тебя, а сотрудника жандармерии будут вызывать на место преступления, он будет в первую очередь искать признаки магии. «Дверь запиралась на магической замок, а значит, простой человек проникнуть не мог», — напишет жандарм в своём отчёте. И пускай в части случаев это может оказаться действительно правдой, но так будет далеко не всегда. Ведь вором может оказаться обыкновенный человек, обвешанный с ног до головы артефактами. Да, понимаю, что это очень дорого для среднестатистического вора. Но может же такое быть? Может. Или преступник — чрезмерно гибкий и худой циркач, — взломал дверь обычной отмычкой и пролез под защитными нитями по полу, виртуозно не потревожив ни одно плетение. Да, в конце концов, вор вообще мог залезть через окно на чердаке, на которое хозяин забыл повесить заклинание от взлома. Но жандарм на любом из выездов будет подсознательно искать именно те аргументы, которые подтвердят его гипотезу, что вор — маг, и, убедившись, что входная дверь запиралась на магический замок, он даже не станет проверять окно под крышей.

Я задумчиво кивал, слушая стройную и логичную теорию Берни. Даже трёх лет обучения в лорнакском университете ему хватило, чтобы стать хорошим специалистом в своей области. Если бы он получил полное образование, то уже давно бы работал при короле. Но почему-то много лет назад между тёплым государственным местом и мальчиком на побегушках он выбрал второе.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— То есть ты считаешь, что я всё выдумал? — проговорил, отставляя бокал с виски и испытующе глядя на помощника.

Да, у меня вообще не было образования, но в отличие от Берни, я совершенно не комплексовал по этому поводу. К сожалению, мой опыт богаче, чем всё то, что может дать любой из самых престижных университетов. От мыслей о прошлом рука сама собою потянулась к застарелому шраму под сердцем, и лишь в последний момент я вспомнил, что нахожусь в комнате не один, и отдёрнул руку, словно обжёгшись об огонь.

— Не то чтобы выдумал… — Берни задумчиво уставился на камин в кабинете, а потому не заметил моих телодвижений. — Просто сам посуди. Мы ищем молодую девушку, о которой известно, что она не имеет образования, но хорошо умеет держаться в седле. Ты приходишь на ипподром и целенаправленно делаешь ставки исключительно на жокеев женского рода. Очевидно, что среди участников состязания не будет старых матрон. Всё-таки спорт даже при современном уровне целительской магии весьма травмоопасный. То, что Шарлотта оказалась родом из какой-то глуши, — совпадение, но совпадение весьма вероятное. Многие приезжают в столицу в поисках лучшей жизни, и это тоже логично. Здесь другое жалование, другие возможности, другой уровень жизни, в конце концов! Я считаю, что ты попал в ловушку собственного разума.

То, что говорил Берни, звучало стройной теорией, но всё равно не нашло у меня отклика. Что-то было не так с этой Шарлоттой, но что? Я прикрыл глаза, воссоздавая её образ в голове. Шатенка с кофейными глазами, в которых застыл испуг. Страх – вот, что мне не понравилось тогда и что всё ещё не даёт покоя.

— Но и здесь всё очевидно, — сказал Берни, а я понял, что последние мысли проговорил вслух. — Ты сам сказал, что хозяин ипподрома, господин Биддер, запрещает берейторам брать подработки. Это подтвердил и твой знакомый Итан. А значит, девушка всего лишь волновалась о том, что может потерять место работы.

Я покачал головой.

— Берни, ты прав и не прав одновременно. Понимаешь, когда речь зашла о господне Биддере, это был не простая тревога, а настоящий яркий неподдельный испуг. Тут что-то другое…

Помощник натянуто рассмеялся.

— Кай, я тебя умоляю. Я понимаю, что всеми своими, — он сделал неопределённый жест рукой в воздухе, — штучками