Черная Принцесса: История Розы. Часть 1 - AnaVi

«Итальянку» с волнистыми концами и уложенных же на правый пробор под тканевой резинкой-ободком с бантиком голубого цвета. Через «свадебный» же, как она любит, макияж светлого слегка припудренного в тон кожи прямоугольного лица со слегка неидентичными длиной и шириной, но и не как и у Александра, в свою очередь, с «квадратом», а вытянутого за счет того, что и ширина существенно меньше высоты. Со слегка темным контурингом угловатого и резко очерченного подбородка для смягчения, как и достаточно высокого и широко лба, что и почти что совпадали между собой по второму фактору. Без особого акцента на и так не особо выделенных скулах, лишь только с легким светло-розовым румянцем на них. С подчеркнутыми же по форме узкими светлыми бровями и подкрашенными, как и чуть подкрученными у концов иссиня-черной тушью, длинными светлыми ресницами. И припорошенными перламутровыми светло-розовыми тенями веками голубых глаз с вкраплениями холодного светло-серого и теплого темно-синего — голубо-серо-синего цвета. С легким блеском у внутренних их углов и по краю же верхних век. И со слегка лишь припудренным, как и скулы, вздернутым носом. Как и со спрятанными же под матовую помаду в цвет век и румян узкими губами, которые уже, в свою очередь, никак не прятали два средне выдающихся передних верхних ее зуба, то и дело растягиваясь в улыбке. Которых она не стеснялась, как и та же София. Но и не так же, как и та уже звалась же «кроликом» или «кролей». Что, как и все же уже знали, так же пошло от Жени с его же все и десятью копейками: по пять на курносый и вздернутый нос. Что уже и после же как раз переняли и все. И до весьма же женственной фигуры, облаченной сейчас по узким плечам, широким бедрам, хорошо выраженной тонкой и узкой талии, средней упругой груди и таким же ягодицам в голубое платье мелкой вязки чуть выше колена. С вышитыми на нем темно-голубыми васильками — ее фишкой и чуть ли не главным приоритетом и принципом при выборе одежды: чтобы были сами цветы, либо их цвет, либо и все вместе. Как и в случае же Карины с: горошком, звездочками и цветами. Длинные же рукава самого платья почти скрывали такие же стройные руки с тонкими же модельными пальцами под средними же и овальными ногтями с так же извечным же уже и именно ее французским маникюром. И как уже говорила, смеясь, сама же об этом всем их хозяйка: «Эти пальчики — только под и для автографов». Украшенные же еще ко всему не только самими же белыми полосками понизу бесцветных ногтей, но и бело-черным тонким керамическим кольцом на правом же безымянном пальце, как у Жени. В сплетении же двух все обручей, как вечность. И с белыми же фианитами на белом. Как и черными на черном. С гравировкой же сзади черного: Женя. И белого: Полина. Находящимся иногда почти что и напротив браслета дружбы — нитяной же фенечки из переплетений двух нитей, как уже и у двух ее подруг. На одной из которых и белой из стальных кубиков с белыми же буквами было собрано имя: Карина. А на другой бело-черной и черно-белой в сплетении из таких же кубиков, но и с бело-черными и черно-белыми буквами через одну соответственно: София. Что же касалось и достаточно длинных стройных ног при всем же том — те были обуты в черные замшевые сапоги до колена на низком ходу. Но и это же им было мало и параллельно же еще со всем тем же, проходясь затем по ней еще и повторно — они еще же и старались выловить взглядами новые дополнения к бывшей же уже конфигурации. На что же уже и, все-таки же заметив, сама рассматриваемая-осматриваемая лишь еще шире улыбнулась, тут же правда еще и покачав головой:

— Еще рано. Пока особо не видно. Но… да! Процесс как был тогда запущен, так и до сих пор же неостановим… Необратим!

И сразу же затем оттянула подол своего платья руками вниз. Что и так особо-то не собиралось и само же по себе собираться и складками же. Но и ей же, видимо, казалось, что: да. Как и что они же уже были не только под животом и над, но и на нем же самом. Прямо же и противореча самой себе сейчас: от внешней к внутренней и обратно. Как и Карина же, но уже и себе же самой чуть ранее. И тут же не желая же при этом делать и на этом же самом какой-то и особый акцент. Как и на своих же уже выступивших слезах радости. Что она так же, как и София с Кариной же до нее самой, быстро утерла у внутренних уголков своих глаз. Подтирая мельком еще при этом и ощущаемые только же ей одной, как, собственно, и существующие же так же под нижними веками и на щеках катышки от туши. Следом за осыпавшейся пылью с блестками от теней. И распределяя параллельно губами остатки уже своей помады от периодического вместе с тем нервно-дерганного их сминания меж собой, как и такого же кусания-съедания же дело не по делу.

— Оформление официальной ипотеки только после неофициального заселения в квартиру… Это, да, прям и в духе же все нашего Женька! — Заржал как конь Влад, да еще и так, что и чуть вовсе же не упал буквально около машины. — Молодец! Взял-таки свое… полностью. Теперь-то она уж точно от тебя никуда не денется и ни к кому не уйдет!

— Было бы куда… — закатила глаза Полина. Но и при этом же все еще продолжая улыбаться: скучала же все-таки. Да и по всем. И даже по Владу. С его же и под нее же саму на момент прохладной мятой и от себя же уже теплой лавандой, вдыхаемые ей же сейчас полной грудью, — …и к кому. Все. Хватит уже радовать… оставшихся зевак! Пусть я и проспала всю дорогу, как и почти все же вами тут устроенное шоу, но и достаточно же услышала вскользь, как и прочла же между строк, чтобы уже и самой здесь и сейчас, вам же всем сказать… поедем уже домой! Посидим уже нормально там, поболтаем… и уже вместе же и до конца все и всех обсудим. Заодно же еще… и поедим! И да, Женя… — глянула она тут же строго и лишь на миг обращенного взглядом к небу парня с