Мои воспоминания о Восточной Африке - Отто Леттов-Форбек

Более близкое знакомство со степью между Угандской железной дорогой и англо-германской границей показало, что среди различных круто поднимающихся над равниной горных вершин был богат водой и порядочно населен лишь массив Касигао. При удалении всего только 20-30 километров от Угандской железной дороги Касигао являлся удобно расположенным опорным пунктом для партизанских действий. Еще раньше патруль обер-лейтенанта Гроте сыграл злую шутку над небольшим англо-индусским лагерем, расположенным на середине ската горы. Стрелки его патруля окружили обнесенный каменной стеной лагерь и открыли с более высокой части горы прямо по нему очень удачный огонь. Вскоре неприятель выкинул белый флаг, и английский офицер вместе с 30 индусами сдались. Части сил неприятеля удалось уйти на гору и обстрелять наш патруль во время отхода. Только в этот момент мы понесли потери в несколько раненых, среди которых был также и санитарный офицер. Неприятельский пост у Касигао был обстрелян также при случае и огнем 6-см. орудия.

К концу 1915 года неприятель был снова атакован у Касигао, где он к тому времени устроил свой лагерь. Немецкий боевой патруль под командой обер-лейтенанта фон-Руктешеля всю ночь напролет, в течение 9 часов, карабкался на крутую гору и, порядочно изнуренный, расположился вблизи неприятельского укрепления. Второй действующий совместно с патрулем Руктешеля патруль под начальством обер-лейтенанта Гроте несколько отстал вследствие болезни и утомления этого офицера. Обер-лейтенант фон-Руктешель послал к неприятелю парламентера, старого солдата из чернокожих, с предложением сдаться и видел, что наш аскари был очень сердечно встречен, так как он нашел там между английскими аскари нескольких своих хороших знакомых. Но, несмотря на всю любезность, противник отклонил сдачу. Наше положение вследствие большого изнурения и недостатка в продовольствии было критическим. Если вообще нужно было что-нибудь предпринять, то следовало действовать немедленно.

К счастью, неприятель не выдержал в своем укреплении огня наших пулеметов и последовавшего затем наступления. Он был уничтожен, и большая часть его убегающих людей разбилась при падении с крутых скал. Кроме большого количества продовольствия и одежды, было захвачено также и ценное палаточное оборудование. Чувство взаимной расположенности, которое наши аскари испытывали по отношению к немцам и которое сильно развивалось благодаря многочисленным совместным предприятиям, привело в этом случае к своеобразной сцене. После ночного восхождения на Касигао, которое шло через скалистые утесы и колючие заросли, один аскари заметил, что обер-лейтенант фон-Руктешель до крови расцарапал себе лицо. Он тотчас же взял свой чулок, который, вероятно, не менял дней шесть, и вытер им лицо своему "Бвана" (обер-лейтенанту). Слегка удивленный вопрос последнего он предупредил словами: "Это военный обычай; это делается только для своих друзей".

Для того, чтобы на месте разобраться в положении вещей и ускорить предприятия против Касигао, я отправился по железной дороге до Саме, оттуда в автомобиле к миссии Гонджа и затем частью на велосипеде, частью пешком в направлении на Касигао к немецкой границе, где у источника воды стояла лагерем наша рота. Связь посредством гелиографа и посыльными оттуда на Касигао действовала удовлетворительно, и, таким образом, можно было закрепить одержанный при Касигао успех. Немедленно были стянуты войска, и несколько рот продолжали занимать Касигао до появления южно-африканцев. Однако, подвоз туда продовольствия производился с большим трудом. Несмотря на то, что немецкая область западнее Касигао была богата местными средствами, она не могла обеспечивать продолжительное время продовольствием такую большую войсковую массу, численность которой, вместе с носильщиками, составляла примерно в 1.000 человек.

Затем я отправился на автомобиле вокруг гор южного Паре по проложенной заблаговременно (еще в мирное время) шоссейной дороге. Постройка этой дороги была приостановлена ввиду недостатка средств, и кучи щебня лежали годами без использования по обе стороны дороги. Трубы, проложенные под полотном дороги для стока воды, были по большей части в хорошем состоянии. Требовалась незначительная работа, чтобы укрепить эту дорогу и сделать ее годной для грузовых автомобилей. Перевозка грузов от Буйко на Северной железной дороге производилась автомобилями до Гонджи и оттуда дальше на Касигао носильщиками. Телефонный провод до границы уже проводился, и через несколько дней была установлена связь.

Патрули, выдвигаемые с Касигао, имели многочисленные столкновения с неприятельскими отрядами, а также производили разрушения на Угандской железной дороге. Однако, в дикой скалистой и густо поросшей колючим кустарником местности передвижения производились с такими большими затруднениями, что Касигао не вполне оправдало свое назначение служить опорным пунктом для партизанских действий до прибытия южно-африканцев. Но, вместе с тем, по причине постоянной угрозы железной дороге, противник был, по крайней мере, вынужден принять обширные меры к ее защите. По обе стороны железной дороги англичане расчистили широкие полосы, которые с внешнего края были огорожены сплошной засекой из колючего кустарника. Затем, примерно через каждые два километра были устроены крепкие, снабженные искусственными препятствиями блокгаузы, или укрепления, из которых патрули должны были постоянно обследовать железнодорожное полотно. Наготове держались особые отряды, силой в роту или больше, для немедленной переброски в специальных поездах при получении сообщения о нападении на какой-либо пункт железной дороги. Кроме того, в нашу сторону были выдвинуты прикрывающие отряды, которые пытались отрезать. наши патрули при их возвращении с железной дороги, как только об этом сообщали шпионы или посты, расположенные на возвышенных пунктах

На высотах юго-восточнее Касигао, вплоть до берега моря и дальше в области прибрежных поселений, были также расположены английские лагеря, против которых, в свою очередь, направлялись действия наших патрулей и летучих отрядов. Мы стремились непрерывно вредить противнику, заставить его принимать меры защиты и, таким образом, связать его силы здесь, в области Угандской железной дороги.

С этой целью были созданы опорные пункты для наших боевых патрулей; в первую очередь - от побережья до Мбуджуни (на дороге Тавета-Вой). Такая же работа производилась и в более северном районе. Неприятельский лагерь у Мзимы в верховье реки Тсаво и его сообщения с тылом, шедшие вдоль этой реки, являлись постоянными объектами наших предприятий, осуществляемых как патрулями, так и более крупными отрядами. Капитан Огар, при выполнении подобной вылазки, был застигнут врасплох со своей 13 ротой в густом кустарнике юго-западнее лагеря Мзимы тремя неприятельскими европейскими ротами вновь прибывшего 2 Родезского полка. Противник появился с разных сторон. Однако, ему, еще мало знакомому с условиями войны в кустарнике, не хватало необходимого единства в действиях. Благодаря этому нашей роте аскари посчастливилось сначала отбросить одну часть неприятеля, а затем, быстро приняв решение, разбить также и другую часть, которая появилась в тылу.