Камикадзе на прогулке - Олег Кукса

Ну что ж, подумал я, поглядев на ладонь с любимым детищем Джо Мэрайфилда, пришло и твое время поработать во славу науки. Уж больно ты вкусный, судя по вероятностям — никакой твари не устоять. И я швырнул сканер-анализатор вдоль тропиночки, немного правее, к основанию валунов.

Тут я и разглядел ЭТО получше. Словно воздух горячий колышится. Визитер маревом перевалил за каменные глыбы, поросшие мхом и клочками травы, и уверенно двинулся к брошенному прибору. Тот задрожал, зашевелился, поднимаясь в воздух, к центру марева.

Я не стал дожидаться продолжения банкета. И дал деру по тропиночке в режиме боевого ускорения, оббегая ЭТО слева, по тропиночке. Как говорится, вам направо, нам налево.

Десять метров, двадцать, тридцать. Хоп — и я уже за валуном!

Сзади жахнуло, словно молнией ударило. Да только поздно, батенька — я уже, с перекатом, вильнул за скалу, почувствовав, что это марево навело на меня свои калибры.

Пробежал я еще полсотни метров и чувствую — проскочил. И на тропиночке не гробанулся. А внутреннее чутье подсказало — не стало ЭТО за мной гнаться. Увидело, с какой крейсерской скоростью я бегаю, поняло, что не догнать, не дотянуться. И, когда я вышел за пределы его рецепторов, подумало, небось — «Ну и пусть бежит себе, самому пора ноги делать, от этого шума и гама».

Меня, наконец, отпустило. Жив! И на тропиночке, слава Богу, не гробанулся.

Подробнее — 2ур. 10

А все благодаря тому, что местные звери оставили на камнях еле заметные отпечатки и метки. Человеческому глазу они вряд ли были бы заметны. Но для моих рецепторов, особенно запахового, никаких тайн они не составили.

Несколько тысяч вероятностей — позади. И у меня все еще есть шансы выиграть эту партию! Я — на Планете Хаоса. И не погиб там, в облаках — над океаном или у края континента, как это было суждено Димке Воронову!

Я тут же осекся, услышав неприятные для меня звуки и выглянув за камень — где-то там, за скалами мою десантную капсулу что-то невидимое поволокло к горящим обломкам шаттла. Невидимка подбирал с земли мелкие, отломанные куски, разлетевшиеся при взрыве. Тянул их к остальным обломкам, а самые мелкие, вместе с кружащейся пылью возникшего смерча, неслись куда-то вверх — в пасть монстра. Звук бьющейся о камни десантной капсулы противно стучал по ушам. Все тело онемело от напряжения.

Вот тебе и бравый десантик — даже руки трясутся! И ощущения такие, словно меня пропустили через мясорубку. Все же эта беготня под пастью закусившей моим шаттлом невидимой твари, немного добавила в моей крови адреналин. Я, конечно, пытался проскользнуть на юго-запад, поближе к зоне десантирования, но не мне тягаться на своих двоих со скоростью этого невидимки, чуть не уронившего останки шаттла мне прямо на голову и, небось, усевшегося на камни прямо перед моим носом для того, чтобы насладиться долгожданным обедом.

Вспомнив инструкцию, я спрятался за валун и через внутренний компьютер активировал медицинскую аптечку и ее анализаторы. Налицо были все признаки стресса и утомления — это предусматривалось, и нет ничего обидного в том, чтобы принять соответствующий препарат, компенсирующий последствия боевого ускорения. За повышенную скорость движений надо платить, парень, положенную цену. Но анализатор медаптечки уже обработал данные моей телеметрии и выдавал уйму другой тревожной информации.

Дело не только в стрессе и утомлении после боевого режима. И руки у меня трясутся не просто так — обширное поражение нервной системы неизвестной болезнью уже было зарегистрировано. Дозиметр как всегда молчал — радиации не было. Но аптечка показала активно начавшуюся лейкемию и белокровие, как при смертельном радиоактивном поражении. Плюс начало бурного выделения неизвестных земной медицине токсинов и органических веществ.

Что-то неведомое добралось все же до моей кровушки и внутренних тканей. Все как всегда — добегался, десантничек. И все же — ноги в руки, парень! По камушкам, по валунам — подальше от невидимого монстра, и прущего от него неизвесного смертельного излучения.

Мне действительно было худо — все тело было словно ватное, двигаться совершенно не хотелось. Просто прилечь, и лежать так до скончания времен, пока не пройдет эта слабость и тошнота. Но я все бежал и бежал короткими рывками, все время стараясь, чтобы меня от обломков шаттла закрывали крупные скалы и валуны. Вот только все равно я чувствовал, как что-то невидимое словно сдирает с меня заживо шкуру, и поднималась обжигающая изнутри, еле стерпимая боль во всем теле — блокираторы боли уже не справлялись, поражение было обширным, тотальным.

Быть может, я уже мертвец, просто не знаю об этом. Как те украинские парни, пожарники и пилоты вертолетов, под Чернобылем, которые все как один полегли, получив смертельную дозу радиации, но не допустившие, чтобы пожар на одном из самых первых атомных реакторов Земли не превратился во что-то намного большее и опасное. Многие из них уже догадывались о том, что являются живыми мертвецами, но продолжали выполнять поставленную перед ними боевую задачу, чтобы не обречь на невидимую смерть других своих товарищей…

Но все же от мысли, что придется идти несколько десятков километров до заданного района десанта, навалилось отчаяние. Но нужно было, стиснув зубы, бегом двигаться дальше. Вот только куда? Я, спустя еще сотню метров, забившись в щель между двумя крупными валунами, снова осмотрелся через бинокль с тепловизором, а затем, используя новенький энергорадар Джо. Записал телеметрию с данными о ближайших ко мне энерголовушках — данные обещания нужно выполнять.

Ущелье, ведущее на северо-восток, было узким в основании и было сплошь покрыто какими-то энергетическими аномалиями. А в противоположном, нужном мне направлении сейчас валялись подрагивающие обломки шаттла. Иногда раздавалось чавканье и лязг — невидимый Убийца все еще здесь. Пирует, блин, урод. И гадит на меня чем-то невидимым.

Как пройти мимо него? И возможно ли это…?

End 2ур. 10

Лучшим вариантом было пока двигаться в противоположную сторону. Это я печенкой чувствовал. От невидимого монстра явно излучалась какая-то враждебная энергия, не совместимая с человеческой жизнью. Да и биологи наши, изучив телеметрию погибших десантников, добравшихся все же до Планеты Хаоса, были того же мнения. Потому и советовали удаляться от места десанта короткими перебежками, все прячась за крупными валунами.

Но крошечные биофаги, скрытые в моем теле, уже начали свой нелегкий труд. Обнаруживая и удаляя из тела смертельные токсины и неизвестные земной науке вещества. Латая, синтезируя ткани и клетки, поврежденные излучением Планеты Хаоса и невидимого Убийцы-преследователя. Во мне уже была тридцать восьмая модификация этих миниатюрных помощников — постепенно биологи все же находили свои уловки и хитрости в борьбе с неведомыми излучениями планеты Хаоса. Нас, кстати, так негласно и называли на Земле — файтеры Планеты Хаоса. Уж больно специфичной была наша биологическая модификация, под такие-то условия.

Вот только и биофаги были уязвимы для смертельной энергетики. Пока всего лишь оттягивали заведомо трагичную развязку. Но что было бы с обычным, неподготовленным человеком, с Земли — мне даже представить страшно. А мы могли, по крайней мере, продержаться здесь хоть несколько часов, прежде чем…

Переждать какое-то время, пока невидимый Убийца не насытится? Вот только как я определю — убралась эта гадость из ущелья, или нет? Противника недооценивать нельзя. И эта слабость… Хоть бы в обморок не свалиться — со мной еще такого не бывало.

Мои ноги! Что с моими ногами!?

Влип…! Влип по полной!!! Невидимый Убийца все же задел меня!

Я пытался размять онемевшие колени, приподняться, и оцепенел от ужаса, обратив внимание на пепельно темные пальцы. И моя кожа на руках продолжала темнеть прямо на глазах. Пару мгновений меня хватило лишь только на то, чтобы глядеть на свои темнеющие руки.

Я уже видел это на видео. Местное излучение. Смертельное… Все — как всегда… Даже гибель шаттла у самой поверхности, при десантировании. Такое было уже не раз… Почернение — это конечная стадия перед жестокой развязкой. Ослеплением, а затем — смертью.

Какую дозу я получил? Есть ли у меня еще шансы выжить? Сколько часов… Нет, минут — мне еще осталось жить?

Я спохватился, но сумел сдвинуться всего на полметра. По крайней мере, заполз обратно, в щель между двумя крупными валунами. Немного полегчало — невидимое давление на лицо и кожу уменьшилось. Все же, крупный валун, нависающий над моей головой, экранировал часть смертельного излучения. Мне не требовалось усилий, чтобы понять это. Но все равно, ноги меня уже не слушались. Затем начали неметь руки.

Значит, не судьба…