Ущелье Разбитого Сердца - Алистер Маклин

— Этот веселый и симпатичный негр свалился вниз? — воскликнула Марика. — Наверное, он сильно ушибся? И он может даже… даже замерзнуть на таком морозе!

— Уверяю вас, сейчас он не страдает, он вообще ничего не чувствует. В тот момент мы как раз проезжали по мосту через глубокое ущелье.

— Вы… вы убили его? — едва слышно прошептала девушка. — Значит, вы — убийца!

— Каждый занимается своим делом. — Дикин еще крепче обнял девушку за плечи. — Или вы предпочли бы, чтобы в пропасть упал я?

Несколько секунд она молчала, потом, вздохнув, сказала:

— Простите меня. Я сразу не сообразила.

— Разумеется, — согласился полковник Клермонт, забыв на миг о своей старомодной галантности. — Каковы будут наши дальнейшие действия, мистер Дикин?

— Теперь нам необходимо захватить локомотив.

— И там мы будем в безопасности?

— Я вам это обещаю… сразу после того, как мы избавимся от нашего общего знакомого Банлона. — Клермонт так посмотрел на Дикина, что секретный агент счел нужным повторить: — Дело обстоит именно так, полковник, как бы странно это вам не показалось.

— Прямо не верится! Такой послушный и исполнительный…

— Трупы трех человек должны вас убедить.

— Трех?

— Скорее всего, больше. Но в настоящее время я располагаю доказательством только на трех убитых.

Несколько мгновений полковник подавленно молчал, потом вздохнул, кивнул и спросил:

— Значит он вооружен?

— Думаю, что вооружен. К тому же у Рафферти был револьвер, и Банлон может им воспользоваться, если… скажем, если успеет сбросить Рафферти с поезда.

— Выходит, нам и туда проникать опасно?

— В этом мире все опасно, полковник, — тон Дикина говорил о беззаботности, граничащей с легкомыслием.

— Но мы могли бы занять крепкую позицию в поезде. Например, в коридоре второго вагона или в дверях третьего. У меня есть револьвер…

— Полковник, они все до единого отчаянные люди. При всем моем к вам уважении, я сомневаюсь, что вы справитесь с Пирсом или О'Брейном, имея только револьвер. Но даже если нам повезет и удастся использовать фактор внезапности, поднимется сильная стрельба, и Банлон насторожится. После этого мы уже никак не сможем захватить паровоз, и он прямехонько доставит нас в форт Гумбольд.

— Вот и прекрасно, мы окажемся там среди друзей!

— Должен вас разочаро…

Дикин предостерегающе поднял руку, и полковник привычным жестом пригнул голову. Но это оказалась не ветка, просто из второго вагона в первый возвращался О'Брейн.

Едва хлопнула дверь, Дикин приник к вентилятору. Свойственная майору вежливость оставила его совершенно:

— Полковника тоже нет! Генри, стойте тут, и если покажется кто-нибудь из этой троицы, стреляйте, не задумываясь. Натан, губернатор, начинаем с конца поезда и обшариваем весь этот проклятый поезд. Выворачивайте наизнанку каждый шкафчик, заглядывайте на каждую полку…

Дикин решительно показал, что нужно ползти вперед.

Не отозвавшись ни звуком, полковник и девушка послушно поползли к паровозу. Добравшись до конца крыши, Дикин спустился на переднюю площадку и заглянул в дверное окошко. В коридоре, примерно у двери купе губернатора, стоял Генри, поглядывая то в окна офицерской столовой, то в конец вагона, откуда, как он подозревал, могли появиться беглецы. В руке у него был кольт. По тому, как он обращался с оружием, можно было понять, что опыт в этом у него был немалый.

Дикин на всякий случай приложил палец к губам, хотя в этом, скорее всего, не было необходимости, и помог Марике спуститься на площадку. Полковник спустился сам. Потом Дикин дошел до задней стенки тендера и требовательным жестом протянул назад руку. Немного поколебавшись, полковник вложил в нее свой револьвер. Дикин сунул его справа за пояс, легко, как канатоходец, сделал оставшиеся три шага, подтянулся и выглянул вперед.

Банлон смотрел вперед из своего окошка. Рафферти подкидывал дрова. Картина была совершенно мирной.

Внезапно, оставив топку открытой, Рафферти повернулся и шагнул в тендер. Дикин быстро спрятал голову. Рафферти постучал обледенелыми чурочками, набрал охапку, и, когда Дикин снова выпрямился, кавалерист уже ушел в кабину. Тогда Дикин подтянулся, перемахнул через край тендера и спрыгнул с поленицы.

Банлон и Рафферти услышали стук подошв и повернулись в его сторону. Агент стоял всего в пяти футах от них. Его кольт был направлен на машиниста.

— Я вижу, что в углу стоит ваше ружье, — обратился Дикин к Рафферти. — Не вздумайте прикасаться к нему. Сначала прочтите вот это.

Кавалерист нехотя взял из рук Дикина карточку, прочитал при свете все еще открытой топки и вернул ее с совершенно недоуменным выражением.

— Полковник и мисс Ферчайлд находятся на передней площадке, — продолжал командовать Дикин. — Помогите, любезный Рафферти, перебраться им сюда. И не делайте больше ничего, если не хотите нечаянно помочь врагам.

Рафферти некоторое время раздумывал, потом молча взобрался на поленицу. Минуты две спустя, он вернулся вместе с полковником и девушкой. Они, тяжело дыша, все еще переживая неверное покачивание буферов под ногами, несущуюся внизу заснеженную землю и попытки взобраться на скользкий и холодный тендер.

Дикин шагнул к машинисту и ткнул револьвером ему под подбородок.

— Твое оружие, Банлон! Такой змей, как ты, должен иметь оружие!

Банлон с незаурядным актерским вдохновением попробовал было оправдаться:

— Убей меня Бог, не понимаю вас, мистер! Господин полковник…

Дикин завел его правую руку ему за спину и подтолкнул сразу ставшего беспомощным машиниста к двери.

— Прыгай!

— Нет! — В глазах Банлона появился непритворный страх. Прыгнуть вниз в эти вихри снега было действительно очень опасно.

Дикин приставил револьвер ему к спине и надавил изо всех сил:

— Прыгай!

Марика, потрясенная этой жестокостью, сделала шаг вперед, но твердая рука полковника остановила ее.

— Ну, хорошо… — захныкал машинист. — Он под ящиком с инструментами.

Дикин отошел назад, позволив машинисту спрятаться от жгучего ветра.

— Достаньте, что там у него, — приказал Дикин Рафферти.

Кавалерист взглянул на Клермонта, тот кивнул. Тогда солдат полез под ящик и вытащил оттуда револьвер. Дикин взял его, тут же вернув полковнику его кольт. Клермонт спрятал оружие в кобуру на своем ремне с заметным облегчением.

— Они не дураки и скоро сообразят — если нас нет в поезде, то мы можем находиться только здесь. И в любом случае нас выдадут следы на крыше. — Дикин повернулся к Рафферти. — Держите его на мушке, приятель, и при малейшем подозрительном движении стреляйте, чтобы уложить наповал.