Люди-тритоны. Город-западня - Зеб Шилликот

Новая проблема возникла через некоторое время в коридоре, где трое кротов приготовились «украсить» правую ягодицу копий татуировкой в виде ключа.

Для этой операции они использовали подобие пробки, утыканной тонкими иголками, острия которых были покрыты черной краской.

Отпечаток делался мгновенно и оставался навсегда.

Но Джага волновала не эта отметина на всю жизнь…

Двойники подходили один за другим, совершенно безучастные, и абсолютно не реагировали на болезненные ощущения этой процедуры.

В том, что экспресс-татуировка не несла ничего приятного, сомневаться не приходилось, и Джаг спрашивал себя, какой будет его реакция, когда иголки с резким звуком скоросшивателя вопьются в его плоть.

Настоящий Кавендиш стоял в нескольких метрах от него, обуреваемый теми же мыслями.

Подошла и очередь разведчика… Джаг увидел, как крот, размахнувшись, прилепил пробку к ягодице Кавендиша, и тот сделал вид, что поскользнулся от легкого удара, но тут же вытянулся в струнку.

Кроты возмущенно зачирикали, проверили татуировку и оттолкнули его в сторону, чтобы не нарушался ритм.

Джага восхитила сообразительность товарища, и он с сожалением подумал, что не может повторить эту уловку. Хорошо еще, что клеймо не вызывает кровотечения.

Когда впереди стоявшая копия была помечена, Джаг занял ее место и затаил дыхание в ожидании боли.

Несмотря на эту меру предосторожности, короткий электрический разряд заставил его вздрогнуть. Джаг не смог помешать мышцам сократиться.

Затем он, как ни в чем не бывало направился к шеренге дубликатов, провожаемый заинтригованными взглядами кротов, которые, правда, тут же возвратились к своей скучной работе. Инцидент был исчерпан.

Джаг с облегчением вздохнул. Ему лукаво подмигнул Кавендиш. Только настоящий ли? Джаг не был в этом уверен. Он ни в чем уже не был уверен, растерявшись в окружении собственных двойников.

Затем копии разделили на группы в зависимости от того, какой косметической обработке те должны были подвергнуться.

Следуя указаниям девочки, Джага остригли наголо, а затем побрили голову. Его череп засверкал, как зеркало. Потом ему вставили тоненькие трубочки между губами и деснами и ввели незначительную дозу силикона в области скул, что заметно изменило лицо.

И в заключение его одели в одежду ковбоя, которая состояла из сильно расклешенных брюк и замшевой куртки, обильно украшенной бахромой.

Очередной приступ страха охватил Джага, когда в следующей комнате ему на голову водрузили странную каску.

В этом наряде он оставался добрую минуту, слушая какой-то невнятный, стоявший в ушах детский лепет.

Затем копия Малона с лицом безжалостного убийцы и кнутом, пристегнутым к поясу, появилась перед ним и сняла каску.

— Ты хорошо понял, что тебе предстоит делать? — презрительным тоном спросила она.

Джаг ограничился кивком головы. Конечно, с помощью каски ему передали инструкции, которые он, естественно, не понял.

— С этой минуты ты должен говорить языком своей модели, — напомнил зомби. — Ясно?

— Яс-но, — выдавил из себя Джаг.

Лицо зомби исказила унылая гримаса.

— Невозможно сделать что-то стоящее за такой короткий срок, — пробормотал он. — Следуй за мной.

Джаг покорно пошел следом за зомби, с облегчением замечая, что Малон ведет его наверх, в город, к свободе…

ГЛАВА 11

Джага без проволочек направили возводить ограждение арены, на которой должны были проходить всевозможные соревнования родео.

Первый уровень подземелья, насколько сумел определить Джаг, предназначался главным образом под гаражи и стойла для лошадей.

Автомобильный парк состоял из машин различных типов и марок. Грузовики могли бы вывезти целый батальон. Вся палитра автотехники — самосвалы, фургоны, джипы, легкие грузовички, чудовищные тягачи — размещалась в боксах, стены которых были выкрашены той же краской, что и пол. Естественно, всю эту технику подземный народ конфисковал у своих жертв. Два стальных монстра в сверкающих панцирях привлекли внимание Джага. Это были автомобили-цистерны. Высоко поднятые на колесах, длинные, они напоминали динозавров. А вокруг в бесконечном балетном танце кружили копии Малона, занимаясь проверкой клапанов, манометров, датчиков показаний топлива, в то время как другие, сидя верхом на цистернах, перебрасывали топливные шланги в люки гаражей.

Заинтригованный, Джаг проследил взглядом за переплетением шлангов до шеренги насосов, без устали качавших топливо в баки автомобилей.

Воздух был насыщен испарениями бензина и гарью выхлопных газов.

В какой-то момент Джаг дрогнул…

Его потянуло к этому непонятному миру кротов, народу-мутанту, кочевникам, монолитно сплоченному, заботящемуся о выживании расы, семьи, а не цепляющемуся, как большинство человеческих существ, за клочок земли, за власть, за материальные ценности…

Джаг всегда был одиночкой, законченным индивидуалистом, занятым лишь утверждением собственного «я». И даже он, путешествуя с Патчем, своим приемным отцом, смутно чувствовал иногда какую-то особую привлекательность коммун.

Джаг задумался, и его взволнованность так же быстро прошла, как и возникла.

Ведь он ничего не знал об образе жизни кротов и их чувствах, не считая того факта, что свое выживание гномы строят на костях людей.

Да, он знал: в этом диком, бесчеловечном мире каждый борется за свое выживание по-своему, что иногда приводит к насилию, однако ничего не идет в сравнение с политикой выжженной земли, практикуемой подземным народом. Практические действия кротов чудовищны, и следовало остановить их дальнейшее продвижение… Это нужно было сделать раньше, чем они войдут в силу, увеличат свою численность и начнут разделяться, распространяясь во всех направлениях и ведя войну без взрывов, но чрезвычайно эффективную.

Сегодня еще сохранялась надежда, что кроты находятся в начальной стадии своего развития, что их популяция делает первые шаги, и город-ловушка, о котором узнал Джаг, — всего лишь единственная пока отправная точка на их пути к завоеванию планеты.

Реальность в лице Малона прервала размышления Джага. Зомби бесцеремонно толкнул его вперед, показав на прицеп, присоединенный к трактору, где уже сидели вперемешку, прижавшись друг к другу, десятки толстяков, Малонов, Джагов и Кавендишей.

Оказавшись в этой куче народа, Джаг хотел окликнуть Кавендиша, но вовремя спохватился, решив проявить благоразумную осторожность и последовать примеру своих спутников, которые держались прямо, неподвижно, глядя невидящими глазами в пустоту, как манекены или марионетки странного и страшного театра. В сущности они представляли собой жалкую оболочку, убогий фасад, заключавший в себе холодный мозг, не способный ни к какой инициативе.

Трактор затарахтел и покатил по бетонному коридору, едва освещенному тусклым светом. Низкий потолок поддерживали нескончаемые ряды опорных стоек.

Из перпендикулярных проходов выезжали другие тракторы с прицепами, набитыми двойниками, и пристраивались в конец, образуя впечатляющий состав.

Кавендиш мог оказаться в любом из этих прицепов. И Джаг порадовался своей сдержанности. Он разумно поступил, что не спорол горячку. На поверхности они найдут друг друга по условленному сигналу.

Из хорошо замаскированной расщелины в земле трактор выехал на поверхность в северной части города.

В подземелье Джаг потерял ощущение времени и очень удивился тому, что на самом деле еще только начинало смеркаться. Он думал, что пробыл в плену гораздо дольше, и ожидал встретить темную ночь.

Еще больше его удивило оживление, царившее на улицах города-западни.

Менее чем за сутки произошли разительные перемены. Во-первых, появилась огромная стоянка для автомобилей. В самом городе было запрещено движение любого транспорта, за исключением лошадей и кабриолетов, управляемых дубликатами.

Завлеченные объявлениями, заинтригованные, распаленные жаждой легкой наживы, первые гости уже прибывали на место и, подчиняясь игре, оставляли свои машины у ворот Додж Сити.

Некоторые изменения произошли и в самом городе. Появились три новых отеля и два салуна. Никаких следов пожара не осталось.

Двигаясь вверх по главной улице, Джаг констатировал, что всевозможные лотки на колесиках запрудили тротуары, предлагая толпе воздушную кукурузу, мороженое, пиццу, горячие пирожки, разных цветов прохладительные напитки, хот-доги, сладости.

Эта непостижимо быстро развернувшаяся торговля осуществлялась, естественно, двойниками, мужчинами и женщинами. Джаг с удивлением увидел одного из своих двойников, предлагавшего прохожим воздушную кукурузу.

Последних было больше, чем Джагу показалось вначале. Люди неторопливо прогуливались, образуя странную разношерстную толпу. Любители путешествий и бродяги, одиночки и шумные ватаги — весь этот веселый народ слетелся в Додж Сити, как бабочки на свет лампочки, жадный до шума, суеты, атмосферы праздника, привлеченный обещаниями баснословных выигрышей победителям в разных соревнованиях родео.