Люди-тритоны. Город-западня - Зеб Шилликот

— Прижмись к стенке, — прошептал он.

Получив предупреждение, разведчик поспешно встал на поперечину и буквально распластался по стенке цилиндра. С него хватило того, что он испытал при падении, и совсем не хотел поймать на свою шею человека с комплекцией Джага. Такой удар разорвал бы пополам любого.

Злопамятный разведчик поймал себя на мысли, что желает своему другу так же грохнуться на перегородку и испытать при этом массу «приятных» ощущений, чтобы впредь тому был хороший урок.

Но Джаг благодаря своей силе медленно спускался по трубе, упираясь в стенки при помощи ног и рук. Мягко, почти предупредительно, он «приземлился» рядом с любителем странствий.

— Скажи, ты знал, что здесь есть перегородки, на которые я напоролся? — спросил тот.

— Нет, а в чем дело?

— Черт бы их побрал, безмозглых! — возмутился Кавендиш. — Я мог расшибить себе голову.

— Прекрати скулить, — сказал Джаг, ощупывая стенки полой колонны. — На этом уровне обязательно должен быть выход, но он явно заперт.

Темнота была абсолютной. Кончиками пальцев Джаг прошелся по периметру выходного люка.

Легко преодолимый для карлика, он казался слишком узким для нормального человека.

Решив не обращать на это внимания, Джаг сел на перекладину, устроился поудобнее, прижавшись спиной к стене, и уперся ногами в дверь люка.

— Если на той стороне кто-то есть, нам крышка, — прошептал Кавендиш.

— В любом случае, мы попали в тупик, — ответил Джаг, приготовившись наполнить легкие хорошей порцией воздуха. — Будем надеяться, что этот люк — рабочий. Если он наглухо заварен, его никогда нам не открыть.

Затем Джаг напряг мышцы, глубоко вдохнул и изо всех сил надавил ногами.

Невероятное усилие сопровождалось глухим рычанием, похожим на рев фавна.

Вскоре появилась полоска света, а затем дверь резко открылась, повернувшись на шарнирах, и громко ударилась о металлическую обшивку цилиндра.

— Вот это да! — воскликнул разведчик, потрясенный открывшимся ему зрелищем.

Они проникли в просторный зал, равный по размерам дортуару, но с единственным отличием: пол был выложен керамической плитой.

Кроватей в помещении не было.

Оно было заполнено странными прозрачными аквариумами, стоявшими вертикально, как саркофаги необычного кладбища; в них, в слегка флюоресцирующей жидкости плавали копии Джага и Кавендиша.

Некоторые представляли собой сгустки бесформенной желеобразной массы и бесспорно, находились на начальной стадии развития, другие — таких было большинство — приближались к совершенству, конечной стадии «выращивания».

Вдоль тел поднимались столбики мельчайших воздушных пузырьков.

Потрясенный Джаг подошел к одному из аквариумов, где плавал его двойник почти в завершенном виде.

— Не могу в это поверить, — пробормотал он, качая головой. Оглушенный зрелищем, он едва не подпрыгнул, когда разведчик положил свою руку ему на плечо, обращая его внимание на аквариум, где медленно уменьшался уровень голубоватой жидкости, в которой покоилась абсолютно готовая копия Кавендиша.

Из булькающей воды возникла голова двойника: он открыл рот, как рыба, лишенная своей среды, или как новорожденный, появившийся на свет.

Жидкость быстрее пошла на убыль, обнажая плечи, торс, бедра…

Все происходило в абсолютной тишине. Мужчинам казалось, что они находятся в храме.

Не испытывая излишнего почтения к чему бы то ни было в мире кротов, Джаг решительно подошел к прозрачному ящику, из которого вытекали остатки животворной жидкости. По телу копии катились крупные капли… Дверь ящика открылась с хрустальных щелчком.

Джаг не колебался ни секунды. Он схватил двойника за запястье, вытащил из кабины и нанес ему сокрушительный удар ребром ладони по шее, раздробив позвонки. Репродукция рухнула на пол, не сделав ни малейшего движения, чтобы защититься.

Джаг поднял двойника, донес его до вентиляционной трубы и сбросил в люк.

— Снимай все и становись на его место! Побыстрее, — приказал он Кавендишу. — И не забудь смочить тело, особенно волосы.

Дополнительные объяснения Кавендишу не требовались. Он быстро разделся, выбросил одежду в трубу, обрызгал себя водой из-под крана, предназначенного для уборки помещения, и забрался в прозрачный гроб.

В это время начал уменьшаться уровень жидкости в двух других аквариумах.

В одном из них находилась копия Джага.

Одна за другой готовые копии выходили из своих саркофагов, делали несколько медленных разминочных движений, а затем молча и спокойно, словно по команде выстраивались в шеренгу напротив входной двери.

Джаг и Кавендиш последовали их примеру. Двойников Джага было значительно больше, чем дубликатов разведчика, и это сборище великолепных близнецов являло собой сюрреалистическую картину.

Кавендиш вдруг заволновался, что в этой невероятной толчее он может потерять связь со своим товарищем, когда его взгляд упал на забинтованную щиколотку настоящего Джага, стоявшего в ряду себе подобных в нескольких метрах от него.

Тихонько свистнув, он попытался привлечь внимание друга, который, имитируя своих двойников, стоял в напряженной позе, вытянувшись по стойке смирно.

— Повязка, — шепнул разведчик, показав глазами вниз.

Джаг лихорадочно сорвал повязку, сунул ее под кучу шлангов и встал в строй точно в тот момент, когда дверь автоматически открылась и два гнома прошли на середину зала.

Сердце Джага забилось сильнее, и он не смог сдержать дрожь: в дверном проеме показалась девочка с леденцом. Ее лакомство, казалось, никогда не закончится.

Гномы запищали, как выводок птенцов, и кожа Джага покрылась пупырышками. Может, карлики обнаружили его проделку?

Вмешательство девочки положило конец их щебетанию.

— И разговоров не может быть ни о какой отсрочке! — отрубила фальшивка голосом ломового извозчика. — Городу нужны рабочие, а нам — участники родео.

Показав своим гигантским леденцом на шеренгу копий, она добавила:

— Этим вы пометите правую ягодицу. Таким образом, если тем двоим удастся выбраться из подземелья, у нас будет неопровержимое средство, чтобы выявить их.

Она хохотнула, довольная собой и только что выработанной ею стратегией. Вдруг лицо дьявольской девчонки стало серьезным, она приблизилась к копиям и начала внимательно их рассматривать, указывая на незначительные несоответствия оригиналу.

И действительно, если смотреть в упор, некоторые двойники чем-то отличались от своей модели.

Продвигаясь вдоль шеренги, девочка диктовала что-то следовавшей за ней по пятам паре кротов. Это были указания относительно косметической профилактики, которая должна была скрыть самые заметные недостатки. Подойдя к Кавендишу, девчонка осмотрела его с ног до головы, но тот даже не моргнул.

— Сильное одряхление, слишком впалые щеки, — обронила она. — Компенсируйте это густой бородой, темным цветом волос и коричневого цвета контактными линзами.

Девочка с леденцом перешла к другому двойнику, продолжая излагать свои пожелания.

Когда она направилась к Джагу, он почувствовал, что сердце готово выскочить из груди. Все висело на волоске, и Джаг ничего не мог предпринять, чтобы унять охватившую его панику. Потеряв всякую надежду не выдать себя каким-нибудь неосторожным движением, он отрешенно уставился невидящими глазами на прозрачный ящик, стоявший в нескольких метрах от него.

Дьявольская девчонка остановилась совсем рядом и нахмурила брови, продолжая с озабоченным видом сосать кончик своего лакомства.

Уверенный, что его раскрыли, Джаг собрался уже наброситься на девчонку и взять ее в заложницы, когда та отступила назад, чтобы лучше его рассмотреть.

— Неплохо, — наконец сказала она. — Этому вы побреете голову и поместите его вместе с противниками Голди.

Она пошла дальше выносить приговоры, а Джагу пришлось собрать в кулак всю свою волю, чтобы подавить рвущийся наружу вздох облегчения.

Обретя некоторую уверенность, Джаг задумался о недалеком будущем. Голди… Если верить портье, он был бессменным и непобедимым чемпионом Додж Сити. Но это еще почти ни о чем не говорило. Или, в таком случае, надо было признать, что после каждого переезда на новом месте строился один и тот же город: Додж Сити.

Да, пожалуй, так и было. И каждый раз Голди оказывался на верхней ступеньке пьедестала. Оставалось узнать, чьей копией являлся Голди! Ответ на этот вопрос оставался открытым. Джаг пошел следом за дубликатами, которые вытянулись в цепочку и, тяжело ступая и покачиваясь, покидали это необычное «родильное отделение». Безумное бегство начало обретать шансы на успех.

Новая проблема возникла через некоторое время в коридоре, где трое кротов приготовились «украсить» правую ягодицу копий татуировкой в виде ключа.