Мой нежный враг - Элен Кэнди

Кевин кивнул и ухмыльнулся.

8

Ровно в восемь утра, успев переодеться после представления, Дженна и Дилан сидели на твердых и неудобных стульях, стоящих напротив письменного стола Остина Калкина.

Миа Тринити тоже присутствовала при разговоре и от волнения ходила взад-вперед возле распахнутого окна.

— Вы считаете, что грабитель — мой брат? Что Том мог нанять кого-нибудь, чтобы варварски разгромить витрины? — обратилась она к темнокожему полицейскому.

Капитан Калкин кивнул.

— Тем более что у вашего брата были изъяты бриллианты с гравировкой, которую вы ставите на фасет каждого камня.

Миа тоскливо вздохнула.

— Я не ожидала от него такого!

— Конечно, мы не вправе отбрасывать версию, что бриллианты ему подкинули, — продолжил Дилан.

— Значит, его выпустят? — Тринити как-то странно изменилась в лице, будто бы только что разбилась ее мечта, в которой ее братца запрут в тюрьме пожизненно.

— Пока нет! Вашего брата осудят за хранение наркотиков, за вождение в нетрезвом виде, за приобретение оружия без лицензии…

— О! Он всегда был таким! — Миа прислонилась к подоконнику. — Он неисправим!

К тому же ужасно глуп и наивен, подумала Дженна.

— Давайте сделаем так: ваш брат поживет пока у нас, — иронично предложил Калкин. — И если что-то еще произойдет, то мы будем уверены, что он ни при чем. Миа тяжело вздохнула:

— Господи! — Она прикрыла лицо ладонями. — Сейчас самое опасное время!

— Это почему? — Калкин с интересом посмотрел на миловидную владелицу ювелирных салонов.

— Еще три месяца назад один очень известный и богатый человек, с которым хотели бы иметь дело все ювелирные дома, сделал у меня заказ. Три кольца «Эйфория».

Дилан и Дженна переглянулись и продолжили внимательно слушать мисс Тринити.

— Кольца делают только с оригинала. Выращенные бриллианты уже готовы. Мои мастера давно приготовили платиновую основу. Осталось дело за малым. Нужно привезти оригинал из банка, в котором он хранится, и предоставить его мастерам. Если я откажусь от сделки, то окончательно загублю репутацию нашей семьи. Заказчик… это очень влиятельный человек, и он не потерпит отказа.

— Нужно усилить охрану.

— Да… В салоне будет пять охранников. Я попрошу вас только об одном: сопроводить машину до салона. Будут включены все камеры. Также сигнализация…

— А вы не боитесь, что она вас снова подведет?

— Третий салон оборудован не для продажи изделий. Это мини-лаборатория. Там нет окон. Титановые ультрапрочные двери. Комар носа не подточит!

— Это хорошо! — одобрил Калкин.

— Сержант Мэдисон, сержант Морган, я хотела бы вас попросить… находиться во время доработки колец в мастерской.

— Конечно, мисс! — ответила Дженна, которой ужасно захотелось взглянуть на «Эйфорию»!

Охлаждающий крем с экстрактом лаванды был единственным спасением для нывших от усталости ног. Дженна выдавила из тюбика на ладонь фиолетовый с серебристыми частицами крем и принялась втирать его в ступни ног. Средство подействовало незамедлительно, и девушка с облегчением вздохнула. Включив ночник, стоящий на прикроватной тумбе, она взяла в руки новый роман Сесилии Ахерн и легла на подушки.

Сейчас самое время перестать хоть на минутку думать о преступлениях и окунуться в мир любовных грез и переживаний, решила Дженна и открыла книгу.

— Детка, ты уже легла? — В спальню вошел Эван и, сбросив халат, лег рядом с Дженной.

Он коснулся рукой загорелых ножек своей девушки, и вожделение со страшной силой вспыхнуло в его теле. Дженна это почувствовала, но виду не подала и продолжила читать книгу, где главный герой клялся героине в вечной любви и преданности. Почему-то раньше, когда Дженна читала этот роман, она представляла себе Эвана, но теперь главный герой предстал перед ее глазами в облике Дилана Моргана…

— Детка… — еле слышно шепнул Эван. — Может, ты отложишь книгу на пару минут?

Дженна оторвала взгляд от строк и посмотрела на Эвана.

Пара минут? — усмехнулась она. Да, так и было. Всего несколько минут длилось их совокупление. И это не зависело ни от усталости, ни от занятости, ни от желания. Всего пару минут! Это напоминало ставки на конных скачках — кто быстрее.

— Эван, дорогой, я очень устала… — ответила ему Дженна.

— Ты расслабься. Я все сделаю сам! — Эван не отставал.

Дженна тяжело вздохнула и захлопнула книгу. Она заметила радостное выражение лица Эвана, который принялся стягивать с себя нижнее белье.

— Нет, Эван! Я просто хочу спать! Доброй ночи, дорогой! — Дженна отвернулась от него, забралась под тонкое одеяло с нежно-розовым рисунком и выключила свет.

Послышалось недовольное фырканье Эвана. Он быстро встал с постели и направился в гостиную, чтобы снять сексуальное напряжение с помощью баночки импортного пива и спортивного канала, по которому в это время показывали лучшие турниры по теннису.

Дженна обманула его, она совсем не хотела спать. Просто она не ощутила в себе ни малейшего желания провести даже пару минут в объятиях Эвана. Раньше Дженна не задумывалась: а хотела ли она вообще когда-нибудь Эвана. Или это было выполнением какого-то долга, который и супружеским не назовешь.

В ту ночь в кабинете полицейского участка Дженна поняла, что такое страсть, что такое нестерпимое желание, что такое обжигающий огонь, разливающийся по всему телу. Дилан показал ей, что значит вожделение, что значит воспылать страстью… как можно отдаться любви полностью, забыть о времени и обстоятельствах… Выбросить из головы страх, что кто-нибудь сможет войти в незапертую дверь, сможет услышать их сладостные стоны, может подумать о них плохо… Все равно…

«Пара минут» — это смешно, подумала Дженна. Столько времени нужно только обитателям фауны, чтобы оплодотворить самку. А где доказательства любви, где жесты и действия, которые говорят: «Ты лучшая во всем мире!» Где яркий блеск благодарности в глазах? Его у Эвана не было и не будет. Дженна прекрасно знала, как бы это произошло сегодня, потому что ничего не менялось с тех пор, как они попали в спальню в первый раз.

Он просто сдернет с нее футболку. Пару раз поцелует в губы. Несколько минут будут происходить однообразные движения в одной позе. Потом он слезет, смахнет со лба крапинки пота, успевшие выступить за столь короткий промежуток времени, и направится в душ, бросив по дороге: «Спокойной ночи, детка!»

Словно она — резиновая кукла из секс-шопа! Эван никогда не интересовался, а хочет ли его Дженна, понравилось ли ей, может, что-то он делал не так, что-то ему следует изменить, чтобы доставить Дженне больше удовольствия в следующий раз… Нет, только слова: «Спокойной ночи, детка!»