Восток солнца. Запад луны - Татьяна Николаевна Позднякова

он понимал, что Александра его мать и здесь он живёт. И всё… Он вспомнил тот вечер, когда они втроём пересмотрели все альбомы, Александра рассказывала о его жизни, а Степан сидел молча и только виновато улыбался. Ну не помнит он этого и всё! Тогда он рано ушёл спать. А сам долго лежал на диване без сна. Он слышал, что Александра и Савва сидели на кухне и разговаривали. Он прислушался

— Как же быть, Савва? Он ничего не помнит — Александра говорила тихо и такая боль чувствовалась в её словах — Я думала что дома ему будет хорошо, а он здесь как чужой.

— Ну, ну, Саша, не плач — раздался как всегда спокойный голос Саввы — прими пока всё как есть. Не волнуйся, а наберись терпения. Пусти всё на самотёк. Я верю, что память обязательно вернётся. Но я тоже вижу, что ему здесь не по себе. И я всё время думаю об этом. И знаешь, что, Саша, отпусти его со мной в монастырь.

— Как в монастырь! — воскликнула Александра — он ещё так слаб!

— Вот как раз и окрепнет у нас. А отец Георгий в миру до монастыря был врачом. Я ещё в Раздольном с отцом Василием созвонился с настоятелем — он не против и ждёт нас. Там сейчас так хорошо! Снег, мороз!

— А как же я?

— А ты будешь к нам приежать. Соглашайся, Саша. Ты же видишь, что он сейчас больше привязан ко мне, чем к тебе. И тебе надо работать, а Стёпа что один будет дома?

Степан затаил дыхание — что ответит Александра? Она немного помолчала:

— Да, Савва, ты прав. Я понимаю это, но по — матерински, противлюсь. Хочу, чтобы он всё время был рядом, как раньше. Сейчас он рядом, а взгляд потухший, на меня не реагирует. Надо посоветоваться с врачом насчёт твоей идеи. Я не против, и если он разрешит, то поезжайте в монастырь.

Степан, услышал последние слова Александры и радостно вздохнул. Ура! Они едут в монастырь!

С той самой минуты, когда в сарае Савва рассказывал ему про монастырь, Степан очень хотел попасть туда. И вот они туда едут. Он чувствует себя хорошо, только слабость иногда. Да он сам скажет врачу, что хочет туда. В конце концов, он взрослый человек со своими желаниями. И с этими мыслями он уснул. Получилось всё наилучшим образом — врач даже посоветовал Степану смену обстановки. На сборы ушло два дня. Александра собрала теплые вещи Степану, потом они с Саввой ходили на рынок за подарками в монастырь. И около рюкзака Степана появилась большая сумка с гостиницами. Они купили чай, печенье, пряники, конфеты. Александра очень хотела поехать с ними, но Савва настоял, что они поедут сами. И вот они здесь. И уже целый месяц он в монастыре и всеми силами участвует в жизни монастыря. И это ему нравится. "Да снегу насыпет много за ночь — уже засыпая, подумал Степан — но ничего, всё расчистим"..

Степан с Саввой встали рано, на улице было ещё темно. Тепло оделись. Савва ушёл на утреннюю службу, а Степан вышел на улицу. Вдохнул полной грудью свежий воздух, огляделся. Как хорошо! Мороз, снег сверкает под светом фонарей. Да, всё дорожки замело. Пока Савва на службе, он начнёт. И, взяв лопату, стал не спеша чистить снег. Начал от главных ворот. Потом к нему присоединился Савва. Вдвоем они вычистили весь монастырский двор и остановились перед засыпанной снегом лестницей, которая вела на смотровую площадку. Отдыхали, опершись на черенок лопаты. Савва обратился к Степану:

— Степ, как ты? Не устал?

— Нет, всё в порядке. И вообще я уже чувствую себя хорошо. Даже голова перестала болеть. Вот только память…

— Ничего, ничего. Все образуется. Слушай, а хочешь, сходим сегодня на водопады. Погода хорошая. Водопады, наверное, замёрзли — любопытно посмотреть.

Степан обрадовался:

— Конечно, хочу!

К водопадам получилось пойти после обеда. Савва повел Стёпу не к главным воротам, а через огород к монастырской стене. Там Степан увидел небольшую калитку, закрытую только на засов.

— Это запасной выход — пояснил Савва — мы им не пользуемся. Только я. Отсюда ближе к водопадам.

Они вышли и очутились в волшебном лесу. Солнце светило, снег сверкал. Ели были усыпаны снегом и перед ними на снегу были видны строчки следов от лапок птиц. Маленькие, тоненькие и по — крупнее. Они немного постояли, рассматривая следы. Савва протянул руку, указывая на строчки следов:

— Вот это следы сойки, а это воробьев. А вон, видишь, ровные стежки — это белочка была. Степа я пойду первым, а ты за мной след в след.

И он первым пошёл вперёд. Шли не спеша, любуясь лесом. Через время они подошли к глубокому оврагу, остановились на краю.

— Этот ручей во враге течёт к реке Белой, мы пойдем вдоль оврага к водопадам. Но знаешь, снег оказался глубже, чем я думал. Мы до первого водопада дойдём, а другие посмотрим в следующий раз, боюсь, снега в сапоги наберём.

— Я согласен на все! — восторжено воскликнул Степан.

Они прошли ещё немного и очутились около первой чаши водопадов. И молча остановились, зачарованно любуясь открывшимся видом. Ночью был мороз и вода, скатываясь по камням, замёрзла ступенями. А подо льдом бежала вода. Создавалось впечатление, что водопад замёрз голубым льдом. От солнца снег сверкал всеми цветами радуги. А замёрзший водопад отливал синевой. Степан сделал не произвольное движение рукой, как будто провёл невидимой кистью по холсту и воскликнул:

— Какая игра света и красок! Так и хочется это всё нарисовать, а картину назва… — он осекся на полуслове. А Савва повернулся к нему:

— Что? Что ты сказал?

— Я — растерялся Степан — я сказал про игру света.

— Ну конечно — Савва подошёл к нему — ты правильно сказал" игра света" — так художники говорят. Так говорил твой дядя, а он был художником. Ты тоже художник, ты знаешь. Ты что-то вспомнил?

Оба разволновались, и Стёпа забыл слова Саввы о дяде художнике. Он попытался ухватить мысль о картине. Да, он хочет это нарисовать. Савва больше не стал его расспрашивать, он видел состояние Степана. Но для себя решил вечером сходить к бабе Мане и позвонить Александре, пусть привезёт альбом, краски и карандаши. Он сказал:

— Если тебе хочется рисовать, пусть мама привезёт тебе альбом и краски. Попробуй. А мы придём сюда, когда захочешь.

Они постоял ещё немного и пошли назад. Савва молчал, но в душе радовался