Смертельный выстрел - Бретт Холлидэй

– Я задержал подозреваемого в убийстве Уэсли Эймса,– объяснил Шейн.– Это Виктор Конрой. Забирай его, Томми, и посади в камеру, пока я не подъеду. Мне нужно отвезти миссис Ларсон домой. Если Григгс уже в управлении, попроси его подождать буквально пять минут.

Конрой в сопровождении двух полисменов молча вышел из комнаты. Он так и не успел перемолвиться хоть словом с Дороти Ларсон. Она же выглядела слишком ошеломленной тем, что ей пришлось увидеть и, казалось, не осознавала, что патрульная машина увезла ее любовника. Шейн вел ее под руку.

– Снаружи ждет такси, миссис Ларсон,– мягко сказал он – Пойдемте, я отвезу вас домой.

– Да,– безучастно согласилась она, опираясь на его руку.– Это как дурной сон. Ральф прибежал за револьвером, потом я позвонила вам… или нет? А потом пришел Виктор и сказал, что Ральф уже убил Уэсли Эймса…– ее голос пресекся. Шейн усадил ее на заднее сиденье, сел за руль и медленно выехал на бульвар.

– Постарайтесь расслабиться,– сказал он через плечо.– Ральф действительно стрелял в Эймса, но теперь выяснилось, что к тому времени Эймс был уже мертв.

– Значит…, Ральф не убивал его? – изумленно спросила она.– Я очень рада. Ведь это моя вина, из-за меня он…

– Постарайтесь не думать об этом. Когда приедем, я задам вам еще несколько коротких вопросов. Если вы подтвердите рассказ Конроя… ладно, там будет видно.

Поднимаясь по лестнице на второй этаж, Шейн был готов увидеть полисмена у дверей квартиры Ларсонов. Но коридор был пуст, и дверь отворилась, едва детектив повернул ручку. Григгс стоял в центр гостиной и беседовал со своим шофером. По выражению лица сержанта, когда он увидел Дороти, Шейн сразу же понял, что Григгс еще ничего не знает.

– Сержант Григгс, это Дороти Ларсон,– сказал он, поддерживая женщину.– Сержант Григгс занимается этим делом,– объяснил он ей.

– Ей пришлось много пережить этой ночью,– продолжал он, обращаясь к Григгсу.– Думаю, она в силах сделать короткое заявление, которое прояснит обстановку. Затем мы сможем оставить ее одну, а я по пути расскажу остальное.

Григгс кивнул и указал на комфортабельное кресло.

– Садитесь, пожалуйста, миссис Ларсон. Вы так обеспокоили нас своим исчезновением… здесь было много крови.

Дороти Ларсон опустилась в кресло и через силу улыбнулась. Лицо ее было бледным и напряженным, но она сохраняла контроль над собой.

– Я не знаю, с чего начать… Я очень испугалась, когда Ральф выбежал из дома с револьвером. Он кричал, что собирается убить Эймса. А потом пришел Виктор и сказал, что Ральф уже убил его…– она замолчала, стиснув руки на коленях и борясь с подступившими слезами.

Григгс вопросительно взглянул на Шейна.

– Виктор? Откуда он мог знать…

– Конрой задержан и ожидает допроса в полицейском управлении,– пояснил Шейн.– Его рассказ таков: он нашел мертвое тело Эймса в кабинете и уверен в том, что Ларсон убил его во время своего первого визита. Он запаниковал и помчался к миссис Ларсон: на самом деле ее любовником был он, а вовсе не Эймс. Конрой боялся, что она кажет мужу правду, и хотел помешать этому.

– Это правда, миссис Ларсон? Вы и Виктор Конрой были любовниками?

– Да, это правда. Это случилось… но Ральф почему-то думал, что я встречаюсь с Уэсли Эймсом. Поэтому я так ужасно испугалась, когда он ушел… Он собирался убить не того, кого следовало, понимаете? Я пыталась остановить его… рассказать ему… но он ничего не слышал.

Григгс глубоко вздохнул, переваривая новую информацию.

– Что сделал Конрой после того, как пришел сюда?

– Он был удивлен. Он спросил меня, куда ушел Ральф. Я сказала, что он собирается убить Эймса. Тогда он сказал, что Ральф уже совершил убийство, и мне опасно здесь оставаться. Он заставил меня паковать чемодан, чтобы ехать и спрятаться до тех пор, пока Ральфа не арестуют.

Я с трудом понимала, что я делаю. Помню, внезапно я осознала свою вину. Я не могла убежать и предать Ральфа. Тогда Виктор вышел из себя. Сначала он настаивал, потом мы начали бороться, и у меня пошла кровь носом. Дальше я плохо помню,– жалобно добавила она.– Я прекратила сопротивление. Он отвел меня в ванную, умыл и дал выпить успокоительное. Мы спустились вниз и куда-то поехали. Очнулась я на постели. Мистер Шейн склонился надо мной и тряс меня за плечо.

– Он усыпил ее таблетками из ее сумочки,– вставил Шейн.– Думаю, он не хотел причинить ей вреда. Он просто хотел на время убрать ее с дороги и вернуться домой так, чтобы не вызвать подозрений у полиции.

– В то время он еще не знал, что Ларсон вернулся и застрелил мертвеца?

– Судя по времени, нет. Естественно, узнав об аресте Ларсона, он держал язык за зубами.

– Ясно,– мрачно сказал Григгс и повернулся к миссис Ларсон.– Мы больше не будем беспокоить вас,– неожиданно мягким голосом сказал он.– Вас не тревожит, что вы остаетесь в квартире одна? Если хотите, я могу выставить у дверей охрану.

– Со мной все в порядке. Вы… вы думаете, это сделал Виктор?

– В данный момент мы ничего не можем утверждать,– ответил Григгс.– У вас остались с собой снотворные таблетки?

– Должно быть, но я вряд ли ими воспользуюсь.– Дороти передернула плечами. – Вы уходите? Я и в самом деле хотела бы остаться одна.

– У тебя есть что-нибудь новенькое? – спросил Шейн, спускаясь по лестнице.

– Ничего стоящего,– хмуро ответил Григтс.– Я допросил их по второму разу. Они отрицают, что слышали шум в кабинете в течение получаса, пока Ларсон ездил за револьвером. Само собой, я не сказал им о ножевом ранении. Теперь выясняется, что Конрой знал о нем. Если он невиновен, то почему, спрашивается, он не рассказал об этом с самого начала?

– Узнав об аресте Ларсона, он решил оставить все как есть. По его словам, у него не было никаких сомнений в том, что удар кинжалом нанес Ларсон.

– Как Ларсон мог это сделать, когда задняя дверь была заперта изнутри?

– Конрой не смог дать вразумительный ответ,– Шейн помедлил.– А как идут дела с Шустером?

– Пока никак. Он вроде бы тоже пропал. Зарегистрировался в отеле, ушел и не вернулся. Полчаса назад его еще не было.

– Сомневаюсь, чтобы от него была какая-то польза,– осторожно заметил Шейн.

Они остановились на тротуаре возле патрульной машины. Такси, на котором приехал Шейн, было благоразумно припарковано у соседнего подъезда. Детектив не хотел привлекать внимание Григгса к своему необычному средству передвижения.

– Езжайте, а я поеду за вами,– сказал он.– Мне не терпится послушать, как ты будешь допрашивать Конроя.

– Ты вполне заслужил это,– сказал Григтс, садясь в машину.– Кстати, ты еще не рассказал мне, каким образом тебе удалось обнаружить его и миссис Ларсон в мотеле.

– Я все расскажу позже,– ответил Шейн, отходя в сторону.– Это была чистая случайность. Одна из моих неожиданных догадок.

Он подождал, пока патрульная машина не скрылась из виду, затем подошел к такси и сел за руль. Через десять минут он оставил такси на стоянке и зашагал к зданию полицейского управления.

Сержант Григгс сидел за столом в своей комнате и прямо-таки лучился от удовольствия.

– Дело тронулось, хотя будь я проклят, если знаю, как связать концы с концами,– сказал он.– Между Шустером и Виктором Конроем есть несомненная связь. Я послал Пауэрса в отель, поскольку он знает Шустера в лицо. Буквально минуту назад паренек позвонил мне: Шустер подъехал к отелю на «понтиаке». Он отказался рассказать Пауэрсу, чем он занимался в течение последнего часа, но знаешь, что самое интересное? Сердце у Шейна упало.

– Что? – безучастно спросил он, заранее зная, каков будет ответ.

– Шустер сидел за рулем машины Виктора Конроя. Я так и знал, что с этим адвокатом не все в порядке. На этот раз я вытрясу из него правду, что там у него были за дела с Эймсом!

– Да,– Шейн почувствовал, как двадцать пять тысяч долларов, лежащие в правом кармане брюк, жгут ему ногу.

– Как насчет того, чтобы допросить Конроя и Ларсона, пока мы ждем адвоката? – с отчаянием спросил он.

– Их скоро приведут. И я первым делом спрошу Конроя, зачем адвокату понадобилась его машина.

– Вообще-то я мог бы и сам это объяснить,– быстро сказал Шейн.– Помнишь, ты спрашивал меня, как мне удалось обнаружить Конроя и миссис Ларсон в мотеле? Так вот…– он замолчал, лихорадочно придумывая подходящее объяснение, которое удовлетворило бы сержанта и увлекло бы его в сторону от опасных вопросов, связанных с шантажом. Однако прежде, чем он успел продолжить, дверь отворилась, и полисмен ввел в комнату Ральфа Ларсона.

Ларсон выглядел все таким же вялым и безразличным, но когда Григгс, добродушно улыбаясь, помахал ему рукой, в его глазах появился интерес.

– Счастливый же вы сукин сын! – объявил Григгс.

– Я? – ошеломленно спросил Ларсон.– Почему?

– Потому, что в Майами отличное полицейское управление, где при расследовании не упускают из виду ни одной детали,– с ударением произнес Григгс, и Шейн осознал, что он подготовил свою маленькую речь заранее.– Прежде всего, можете больше не беспокоиться насчет своей жены. Она дома, в полной безопасности. Я разговаривал с ней пятнадцать минут назад.