След менестреля - Андрей Астахов

сук, готовых на все ради новых удовольствий: сумасшедшие ученые изводили горы бумаги, плодя бессмысленные трактаты, художники, опившись дурмана, рисовали то, что рождало их больное воображение. Эти люди не были в состоянии создать хоть что-нибудь путное. Все свое время они проводили в поисках удовольствий, и единственными их занятиями стали застолье и производство себе подобных идиотов. Опека ши сделала их неспособными ни к труду, ни к сопротивлению. Знаешь, почему восстали ротвинги? Не потому, что у них отняли землю, не потому, что вальгардцы забирали у них скот, женщин, имущество. Король Хлогьярд запретил им варить самогон, и только тогда они восстали. Они не могли жить без своего пойла. Вот каков был мир, в который мы принесли Слово, данное нам де Клерком!

- Де Клерком? – Я не поверил своим ушам. – Что?!

- Именно так, Лэйрдганатх. Де Клерк был первым, кто увидел загнивание этого мира. Он пел этим людям песни о великих воинах, о походах и сражениях, о любви и ненависти, о доблести и чести, о рыцарских подвигах, но они были глухи к его словам. Их интересовали лишь низменные удовольствия. Их слуху были милее похабные истории и застольные песни, а великие баллады де Клерка они были просто не в состоянии понять. Их поняли мы, вальгардцы. Слово де Клерка докатилось до снежных равнин Драганхейма и засверкало во тьме, как путеводная звезда. Так начался великий Исход на юг, наш путь к славе и новому, прекрасному миру. И в этом походе наши воины пели песни де Клерка. Не ожидал?

- Хорошо, допустим, что все обстоит именно так, как ты говоришь. Но почему де Клерк объявлен врагом Вальгарда?

- Потому что он отошел от своего предназначения и пытался скрыться от нас. Нам стоило большого труда отыскать его. Де Клерк и его спутница сейчас находятся в орденской крепости Вальфенхейм.

- И ты можешь доказать это, гроссмейстер.

- В своем воззвании ты предлагал назвать имя девушки, спутницы де Клерка. Ее зовут Вероника. Теперь ты мне поверишь?

- Поверю, - от этих слов командора у меня внутри все оледенело. - Значит, это правда. Де Клерк действительно у вас в плену. И что вы хотите с ним сделать?

- Ничего. Тебя удивят мои слова, но я говорю правду.

- А девушка?

- Ее судьба зависит от тебя, - повторил Валленхорст с многозначительной улыбкой. – Только от тебя.

- Зачем я тебе нужен, Валленхорст? Я ж понимаю, что такая неожиданная милость совсем не случайна

- Еще несколько недель назад я сказал бы – я ищу Ллэйрдганатха для того, чтобы осудить как врага Вальгарда и отправить на просекуцию. Но с недавних пор то, что происходит в нашем королевстве, вызывает у меня тревогу. И только поэтому я сейчас говорю с тобой вместо того, чтобы дать приказ моим людям заковать тебя в цепи.

- Хорошо, я слушаю тебя.

- Король Готлих недоволен тем, что мы до сих пор не захватили Саратхан и не навели порядок в Брутхайме. Я знаю, что впал к нему в немилость. Но это полбеды. В самом Звездном Ордене произошел раскол. Часть братьев стремится побыстрее покончить с войной, и ради этого готова прибегнуть к самой зловещей магии, которую только можно себе вообразить.

- Странно слышать такое от человека, называющего себя гроссмейстером. Разве ты не можешь это остановить?

- Я знаю, что мне недолго осталось занимать мой пост. У короля Готлиха появился новый любимец, - тут Валленхорст сделал паузу. – Твой знакомый, лорд Лёц.

- И почему я не удивлен?

- Твой игривый тон говорит о том, что ты не понимаешь всей опасности происходящего.Звездный Орден перестал быть опорой веры. Страшная зараза, с которой мы боролись веками, разложила его изнутри.

- Магия?

- Именно. Темная, запретная магия, почерпнутая из древних колдовских книг ши. У ее адептов было оправдание: в войне с Сестрами все средства хороши. Однако лекарство незаметно превратилось в отраву, которая губительна для Вальгарда.

- Больно мудреные речи ведешь, гроссмейстер.

- Мощь Вальгарда всегда опиралась на мечи, а не посохи. Я вижу, как Вальгард меняется, и не в лучшую сторону, - с горькой усмешкой продолжал Валленхорст. – Высокие лорды больше не хотят воевать. Все, чего они хотят – это богатство.

- Разве это плохо?

- Богатство убивает доблесть. Жажда денег сильнее, чем жажда крови и славы.

- А ты кровожаден, гроссмейстер Валленхорст.

- Путь, которым шел мой народ до сих пор, был прямым и безукоризненным, как клинок рыцарского меча. Ныне на этом пути появились пятна ржавчины. Я хочу, чтобы лорды вспомнили о своем предназначении, прекратили гоняться за богатством и взялись за мечи. Я хочу, чтобы знамя Айтунга осеняло не банды наемников, всякого сброда, нанятого за деньги, а стройные ряды вальгардских лордов, сплоченных Словом. Я желаю, чтобы в моей страны правили герои, а не марионетки, нитки от которых дергают обладатели набитых золотом сундуков. И я сделаю все, чтобы вернулись славные времена Хлогьярда, покорителя Элодриана!

- Прости меня, гроссмейстер, но ты не в состоянии этого сделать, - сказал я старому фанатику. – В моем мире было то же самое. Времена рыцарей прошли, им на смену пришли другие правители. Судьбу нашего мира решили не мечи, а золотые монеты. В Вальгарде случится то же самое, и никто не сможет этого остановить.

- Я остановлю! – Глаза Валленхорста засверкали. – И ты мне в этом поможешь!

- И как же я, убогий, смогу это сделать?

- Для начала ты встретишься с этим сумасшедшим Джарли, как и планировал. Я хочу, чтобы ты убедил его заключить союз с саратханскими ши. Джарли и Сестры должны договориться.

- А смысл?

- Вальгарду нужен враг. Сильный и достойный его.

- Позволь продолжить твою мысль, гроссмейстер. Ты хочешь, чтобы его величество король Готлих потерпел в войне с Саратханом поражение, и тогда спасителем Вальгарда выступит опальный магистр Лука Валленхорст?

- Я не ошибся в тебе. Ты умный человек, Лэйрдганатх.

- А что я с этого буду иметь?

- Ты сможешь встретиться с де Клерком и женщиной, которую ищешь. Перстень, который я тебе дал, позволит тебе без всяких препятствий попасть в Вальфенхейм.

- Я чувствую, что ты меня обманываешь, Валленхорст. Я не знаю, что ты задумал на самом деле и чего добиваешься.