По тонкому льду - Сара Адам

Да, я по сей день не чувствую себя здесь, как дома. Неужели это мой рок – всю жизнь скитаться по чужим жилищам, так и не обретя своего?

Поднимаюсь с кресла у панорамного окна, бросая взгляд на ночной город. Лос-Анджелес по-прежнему удивляет меня своей красотой, хоть и наблюдаю я за этим видом исключительно из своей «клетки». С заходом солнца не устаю наслаждаться разноцветными огнями и мерцающими вывесками, свету фар от машин в пробке, которые с высоты здания кажутся чем-то волшебным. Смотря вниз, я порой не верю, что раньше из моей комнаты открывался вид на сад, который дарил только апатию и нежелание что-либо делать, а сейчас, наблюдая, как жизнь там внизу, в городе, кипит, безумно хочу жить в таком же ритме, в постоянном движении.

Несмотря на то, что я превратилась, грубо говоря, в служанку для своего мужа, мне нравится смена обстановки. Эта двухэтажная квартира, я, говоря по секрету, даже не знала, что такие бывают, светлая и просторная. Здесь нет резких и давящих цветов в интерьере, как было в отцовском доме. Квартира состоит в основном из мягких, сдержанных и лаконичных цветов, которые не режут глаз.

Смотрю на книгу в руках и меня охватывает дикое желание изобразить героев, что я представляла в своей голове при прочтении на бумаге. В порыве быстрым шагом направляюсь к лестнице, хватаюсь за стеклянные перила и бегу наверх в спальню. У нас с Максимилианом общая комната, к которой прилегает собственная ванная и две гардеробные, но правда в том, что за весь месяц он ни разу не ночевал в квартире. Муж периодически находится в доме днём, а после ужина уезжает и возвращается только следующим утром к завтраку.

Да, это радует меня и одновременно задевает, хотя, по-хорошему, не должно. Нужно радоваться, что муж не прикасается ко мне и не принуждает к близости, но я почему-то каждый раз задаюсь вопросом, куда он едет. К другой женщине? Я не смею спрашивать, да и не имею на это права, ведь он до сих пор считает меня потаскухой, хоть и редко, но периодически напоминая о роли в этом доме. В целом Максимилиан держится на расстоянии, не приближаясь сам и не подпуская меня во всех смыслах этого слова. Мы как сожители, которые вынуждены делить общую жил площадь.

Поднявшись на второй этаж, пересекаю своеобразную зону отдыха с диванами и огромным домашним кинотеатром и вхожу в хозяйскую спальню. Первым делом кладу книгу на комод и открываю на странице, где выделен особо полюбившийся мне момент, когда главные герои поняли свои чувства друг к другу. Достаю из своего тайника в гардеробной белый листок бумаги с карандашом и возвращаюсь к раскрытой книге, стоя, склоняюсь над мебелью и начинаю рисовать, представляя, что герои, чью жизнь я пронесла через себя, стоят здесь, передо мной.

Не знаю, сколько времени проходит, но из своеобразного транса, в который я погружаюсь при рисовании, меня выводят замёрзшие ступни ног. Поджимаю пальцы, тру ногу о ногу, но это особо не помогает. Но я зараза упрямая и пока не заканчиваю рисунок, с места не двигаюсь. Только когда на меня смотрят глубоким взглядом мужчина и хрупкая девушка рядом, держащая его за руку, я удовлетворённо улыбаюсь. Смотрю ещё несколько секунд на влюблённую пару, а затем сворачиваю рисунок в трубочку и уношу в гардеробную, пряча к остальным нарисованным портретам.

Когда убираю книгу на полку, взгляд падает на наручные часы, показывающие три часа ночи! Быстро переодеваюсь в пижаму и ложусь спать, ведь завтра меня ожидает очередной день сурка. Рука машинально тянется за смартфоном, лежащим на прикроватной тумбочке, в последнее время я всё чаще замечаю за собой страх прикасаться к нему, потому что там в очередной раз, обязательно будет пропущенный вызов от отца и следом смс. Вот и сейчас на экране мобильного высвечивается три пропущенных звонка и два голосовых сообщения:

«Ты смеешь два дня не отвечаешь на мои звонки, Ариела?! – кричит отец. – Думаешь, я не достану тебя из Сиэтла? Ты забываешь, КТО Я!» – вздрагиваю от его тона. Когда отец разговаривал таким образом, следом обязательно были побои.

Перевожу дыхание и успокаиваюсь, он далеко, он ничего не сможет мне сейчас сделать!..

Включаю второе с замиранием сердца:

«Если думаешь, что Галанте спасёт тебя от моего гнева, то ты глубоко ошибаешься, малолетняя сучка! Когда я позвоню завтра, ты ответишь на звонок и расскажешь, когда у твоего мужа следующая встреча с Монтаной!» – понизив тон на последнем предложении, угрожает он.

О, Боже, кто такой Монтана? Как я смогу узнать эту информацию у Максимилиана, если мы даже не разговариваем?

– Эй, Максимилиан, привет! Как жизнь? – лёжа в постели делаю саркастично-сахарный голос. – Всё ещё презираешь меня? Не важно, не подскажешь, когда у тебя встреча с Монтаной?

Меня пробирает истеричный смех. Какая чушь!

Что мне делать? Ведь завтра будет звонить отец и требовать ответа на поставленный вопрос…

***

Резко сажусь на постели и в панике хватаю телефон, часы показывают без десяти восемь утра.

Чёрт, я проспала!

Совершенно не слышала звонок будильника. Я должна была встать целых сорок минут назад, чтобы успеть приготовить завтрак Максимилиану.

Последний месяц у нас, можно сказать, «наладился» режим. Моё наказание успешно проходит в стенах этого пентхауса. Мужчина не соврал, я действительно всё делаю самостоятельно. Уборка этой огромной квартиры, приготовление еды, стирка и глажка одежды: всё перечисленное – мои обязанности.

Думала ли я – Ариела Лучано, дочь консильери, та, которую обучали, как вести себя с персоналом, как давать указания по содержанию дома, что буду делать это всё самостоятельно? Нет, в страшном сне даже и представить себе не могла.

Но винить за такое наказание мне некого, я сама подписала себе этот приговор, обманув мужа… Максимилиан не прикоснулся ко мне и пальцем за всё время, и это, наоборот, мне на руку, с одной стороны. С другой же, наши отношения во вред мне, ведь отец хочет, чтобы я шпионила за мужем и родила наследника…

Несмотря на отсутствие хозяина квартиры по ночам, утром он приезжает завтракать ровно к восьми часам.

Подрываюсь с кровати в панике, но запутавшись ногами в одеяле падаю на пол лицом вперёд, больно ударившись лбом. Чёрт тебя подери, проклятое одеяло! У меня осталось ровно десять минут до прихода Максимилиана! Не заботясь о внешнем вид, поднимаюсь и спешно выбегаю из спальни, перепрыгиваю через ступеньки, спускаясь вниз.

Волосы разлетаются в разные стороны, когда я вбегаю на