100-долларовое правительство. А если цена на нефть упадет? - Михаил Делягин

Протест (как и все общество) развивается не по индустриальной модели, в которой люди преследуют свои интересы, а по модели постиндустриальной, в которой они ориентируются на моду. Это позволяет долго вести их против их фундаментальных интересов, которые они в погоне за эмоциями просто не ощущают.

Из-за этого регионы подражают мегаполисам в протесте так же, как, например, в музыкальной моде: их недовольство соответствует четырем базовым требованиям Москвы и установке на отсутствие агрессии, аполитичность и неидеологизированность.

Левые и патриоты полагают, что противоречие между антилиберальным протестом и либеральным руководством им будет разрешаться, как в 1917 году: взяв власть, либералы отдадут ее «правильным» силам, служащим обществу. Помимо переоценки себя (у большевиков неплохие оргструктуры были уже в 1905 году), этот подход игнорирует то, что современные Керенские тоже читали советский учебник истории — и, придя к власти, вряд ли допустят выживания потенциальных Лениных. Будущее левых и патриотических «попутчиков» после прихода либералов к власти, вероятно, выражает бессмертная фраза Гозмана «Какая к черту толерантность! С ними надо только силой!»

Вспомним прошлый приход либералов к власти: быстро зайдя в тупик, они не стали ждать, куда качнутся весы двоевластия. Они обострили конфликт, устами демократической интеллигенции призвали «раздавите гадину!» и спокойно расстреляли своих оппонентов в Доме Советов.

Не зря среди них так популярен такой гуманист и демократ, как Пиночет. Удальцов, похоже, самый разумный из нынешних соратников либералов: он старательно привыкает к тюрьме заранее.

Вопрос о том, можно ли сломать этот сценарий уничтожения России, открыт.

Уповать на инстинкт самосохранения Путина, которому в нем остается выбор между трибуналом в Гааге и шариатским судом, вероятно, поздно. Похоже, его выбор отражен назначением Сечина главой «Роснефти». Сечин — «человек-компас» Путина: он, подобно Молотову при Сталине, ведет главные для него темы. «Роснефть» ведет системные переговоры с Exxon Mobil: вероятно, Путин ищет для себя выхода из внутрироссийского кризиса в личной договоренности с новыми хозяевами мира — глобальными монополиями. Это делает его беззащитным перед либералами, выражающими их интересы более рабски, чем он сможет себе позволить. Но Путин, похоже, не видит этого. Игнорирование народа — путь к политическому самоубийству.

Единственный выход — широкая апелляция (хотя это потребует создания машины пропаганды, сопоставимой с либеральной) к здравому смыслу, инстинкту самосохранения и историческому опыту народа. Только так можно сломать подчинение либералам антилиберального протеста.

Понимание враждебности «людей 90-х» и переход протеста с либеральных на российские позиции, на выражение глубинных социально-экономических, а не поверхностных сугубо политических интересов народа позволит ему выразить тот стихийно проведенный им синтез патриотических, социальных и демократических ценностей, который давно объединяет наше общество.

Это будет рождением новой России, которой беременна территория бывшей РСФСР все четверть века национального предательства.

На практическую реализацию этого синтеза, на возвращение общества от либерального бреда 90-х к осознанию собственных интересов и должны быть направлены усилия всех разумных сил.

Это императив не прогресса, а физического выживания.

07.08.2012

Дело Pussy Riot — «операция прикрытия» медведевской приватизации?

Дело «пусек», как их стали звать, поставило «на уши» все общество. Оно точно попало в болевой центр: русская культура по своей основе православная. Именно поэтому органически не приемлет ни торгашества, ханжества и лицемерия «священнослужителей», ни мракобесия множества «православных активистов», ни циничного оскорбления православия. Особенно представителями иных культур и ориентаций.

Российская административная культура демонстрирует способность воспроизводить «культ личности» даже в отсутствие последней. Поэтому истерики о «святотатстве» в устах ее представителей — признак не только клерикализации власти в стиле XVI века. Но и оскорбления святыни — только не православия, а их «административной религии».

Спой неразумные девушки «Богородица, Гундяева прогони» — дело, вероятно, обошлось бы разумным административным арестом. Или общественными работами в том самом храме Христа Спасителя, который принадлежит мэрии и используется на «отправление религиозного культа» на пресловутые 7 %.

Снайперское попадание во все эти болевые точки раскололо общество, как талую льдину, на тех, кто живет в XVI и в XXI веках. Последние потрясены тем, что государство демонстрирует ценности и методы образца полутысячелетней давности. И выглядит это как циничное глумление над законом и моралью.

Одной из жертв своей «вертикали власти», как обычно, оказался Путин. Похоже, что в его отношении эта самая вертикаль невольно реализует известный принцип «чем я тебя породил, тем и убью».

Точность удара заставила «продвинутых аналитиков» заголосить о заговоре и кивать на либералов, «вашингтонский обком» и вездесущий Израиль.

И верно: на юродивых, нутром чующих боли и немочи своего народа, участницы оргии в Дарвиновском музее не тянут. А значит, это могло быть не озарение, а операция.

Вот только ее разработчик гениально чувствовал душу России. На это не способны ни либералы, ни американцы, ни деградирующий Израиль, приветствующий «исламскую зиму», «потому что это демократия». Конечно, там много наших специалистов, но их держат на правах «негров», пусть и высокооплачиваемых. А операции планируются на более высоком уровне.

Поэтому операция, похоже, планировалась в России.

Кем-то умным, — как человек, 6 мая сорвавший Путину инаугурацию передвижением оцепления на 300 метров.

Кем-то, кто, может, хотел и не вредить России, а просто отвлечь ее. Ведь под шумок этого дела мы почти забыли об убивающем экономику ВТО, о реформе, уничтожающей бюджетную сферу, о нехватке ликвидности в банках и даже о репрессивных законах.

А главное, о чем мы должны забыть, — приватизация. Ей подлежат РЖД (вся железнодорожная система страны), Сбербанк, «РусГидро» (почти все гидроэлектростанции), Роснефть (крупнейшая в мире по запасам нефти), «Совкомфлот» (главный танкерный перевозчик), Уралвагонзавод (основной производитель танков), «Аэрофлот» (основной авиаперевозчик).

Эта приватизация, насколько можно судить, будет массовым расхищением государственного (то есть народного) имущества. Потому что планируется во время глобального кризиса: денег в мире нет, и потому покупать будут дешево.

Приватизация объединяет глобальные корпорации и олигархов новой волны, именуемых порой «тимченко-ротенберги». В отличие от правительств и политических заговорщиков, они могут собрать и оплатить любых специалистов для планирования гениальной «операции прикрытия».

Кто вспомнит об акциях «Аэрофлота», когда суд принимает аргументы прокуратуры о том, что кривляние «пусек» могло привести к покушению на муфтиев в Татарстане? На фоне расспросов, являются ли обвиняемые «бесноватыми»?

Да и Навальный, возможно, введен в совет директоров «Аэрофлота» «под приватизацию». Если это не так, новый виток приватизации даст его расследованиям огромное непаханое поле.

05.08.2012

Либеральный клан вышел на тропу войны

Открытое письмо Дворковича Путину производит впечатление объявления либеральным кланом, одним из спикеров которого является Дворкович, войны на уничтожение — причем не Сечину лично, а всему силовому клану и, в том числе, Путину.

Вне зависимости от содержательной стороны вопроса (лоббируемая Сечиным передача электросетей «Роснефтегазу» действительно выглядит управленчески нелепо), открытое письмо — это политический жест, в то время как президентская комиссия (по ТЭК) — орган сугубо административный. Обращаясь к руководителю комиссии президенту Путину с открытым письмом, а не служебной запиской, член комиссии вице-премьер Дворкович тем самым демонстрирует невозможность нормальной служебной коммуникации и, соответственно, полную недееспособность этой комиссии.

Таким образом, сам жанр послания обнажает неработоспособность пресловутой путинской «вертикали» — по официальной версии, «власти», а на деле, скорее всего, коррупции.

Экономическая суть дела проста: получив феноменальные доходы на раздроблении единого технологического комплекса электроэнергетики и доведя ее до полной неэффективности, либеральные реформаторы намерены вновь «заработать» — теперь уже на исправлении собственных разрушительных действий. И, разумеется, за счет государства, а в конечном счете, — нас с вами. Сечин пытается вклиниться в этот «пир победителей» и расширить за их счет свою зону контроля, те дают жесткий и публичный отпор.