Трибуналу не подлежит - Андрей Бадин

Разведчик взял в руки лазерный пеленг и навел на окна здания. Настроил аппаратуру и включил луч. Начал сканировать вибрации оконных стекол, образующиеся во время разговора. Они поступали в декодер, тот их расшифровывал, а магнитофон записывал. В наушниках Сергей слышал отчетливую речь, но кому она принадлежала, он не знал. Хотя образец голоса Альберта у Михайлова был.

В томительном ожидании прошло два часа, но вот к крыльцу подкатил эскорт из трех автомашин. Сергей схватил видеокамеру, припал к окуляру и начал снимать приезд на работу Альберта Штамма.

Первыми открылись дверцы джипов, следовавших впереди и сзади длиннющего черного лимузина фирмы «Мерседес».

— Шесть телков, — прошептал Ник, — все с пистолетами, и тачки, наверное, бронированные. И все куплено на мои деньги. Вернее, на деньги российских граждан, украденных у них Корниловым.

Охранники обступили машину хозяина и стали картинно смотреть по сторонам, ища на крышах близстоящих домов и в подворотнях снайперов.

— Клоуны, — усмехнулся Сергей, — из снайперской винтовки его любой шлепнет… С такой-то охраной. Место выхода надо выбирать укромное, скрытое от посторонних глаз. За глухим забором или живой изгородью, что ли. А тут они все как на ладони…

И вот из лимузина вышел невысокий худощавый мужчина и, не дожидаясь, пока его прикроют телохранители, поспешил к дверям здания. Они бросились за ним. Один распахнул дверь, и Штамм юркнул в нее, как бильярдный шар в лузу.

— Быстро, — констатировал Сергей. Отложил видеокамеру и взял лазерный сканер. Навел на окна и стал слушать.

Некоторое время слышались чьи-то голоса, шаги, удары дверей, скрип мебели, а потом воцарилась тишина. Сергей поводил по окнам лучом и нашел то, где четко различался властный высокий голос Альберта Штамма.

Михайлов включил программу идентификации в своем компьютере. На мониторе возникла зубчатая голосовая синусоида, записанная еще в США при их личной встрече. Без сомнения, это был Штамм.

— Отлично, — Сергей закрепил сканер на штативе и этим освободил себе руки. Достав сотовый телефон, набрал номер офиса Альберта Штамма. Решил поиграть с ним в интересную игру.

На том конце послышались длинные гудки, а потом — щелчок и миленький голос секретарши:

— Российский благотворительный фонд «Милосердие» слушает.

— Хай! Попросите, пожалуйста, к телефону господина Штамма, — с сильным американским акцентом проговорил Ник. — С ним будет иметь разговор господин Джон Хортон.

Услышав имя американского хозяина, девушка вздрогнула и трепетно пролепетала:

— Здравствуйте, прошу прощения за задержку, я вас сейчас соединю. — Она положила трубку на стол, вскочила и метнулась к красивой дубовой двери кабинета босса. Без стука отворила ее, просунула в проем голову и прошептала:

— Альберт Михалыч, Хортон звонит.

Сидящий за большим красивым офисным столом Штамм поднял от бумаг удивленный взгляд и переспросил:

— Кто?

— Джон Хортон, — повторила девушка.

Наконец до босса дошло. Он вскинул брови, взял с аппарата телефонную трубку, поднес к уху и кивнул секретарше:

— Соединяй.

Та подбежала к столу, схватила трубку и торжественно проговорила:

— Господин Хортон… господин Штамм готов вас выслушать. Соединяю, — нажала кнопку и, убедившись, что селектор сработал и у босса появилась связь, положила трубку.

Джон часто звонил Штамму в Москву, чтобы справиться, как идут дела в его фонде, и каждый раз получал подробный отчет. Еще он получал документы о его деятельности по электронной почте. На этот раз Джон решил немного потрепать нервы Штамму — сообщить ему о своей скорой инспекционной поездке в Россию.

— Хелло, — с напускной радостью произнес Альберт.

— Хай, — повторил по-английски Сергей. — Все о`кей?

— Да, о`кей, — ответил Альберт, — работаем. Готовлю отчет о проделанной работе.

Сергей сказал по-английски:

— Господин Альберт, я хочу вас предупредить, что скоро прибуду в Россию. Пожалуйста, подготовьте все отчетные документы — все, что сделано, и главное — куда потрачены деньги. Я хочу посетить те места, куда я вложил свои деньги. Также организуйте мне прием в аэропорту. О дате прилета я сообщу отдельно.

Штамм понял смысл каждого сказанного слова и не на шутку испугался. Он немного помедлил, а потом ответил:

— Да, господин Хортон, я вас понял. Я жду вас и предоставлю вам все интересующие документы. Сообщите дату прилета, рейс, и я вас встречу. Организую лучший прием в духе российского гостеприимства и покажу вам объекты, на которые были потрачены ваши деньги. Также организую культурную программу. — Штамм замолчал.

— О`кей, Альберт, рад вас слышать. Жду встречи, о визите сообщу позже. — Сергей отключил связь.

Михайлов отложил телефон в сторону и надел наушники. В них он услышал отборный русский мат вперемешку с оскорблениями в адрес Джона Хортона:

— Падла, сволочь, в Россию захотел. Гад, проверять меня вздумал. Я тебе такую встречу устрою, ты у меня, бля, пасть навсегда заткнешь, падла. Если что-то раскопаешь, то я тебя здесь урою, собственными руками в гроб вгоню. Сучок навозный, америкашка тухлый. Решил со мной тягаться, гнида тифозная.

Ругани не было конца, а Сергей писал и писал ее на магнитофон. Он впоследствии собирался предъявить ее Альберту Штамму в качестве вещественного доказательства вместе с другими фактами его незаконной деятельности.

Но вот предприниматель успокоился и вызвал к себе помощника. Тот пришел через минуту и без приглашения уселся в кресло. Кто это был, Ник не знал. Очевидно, заместитель Штамма.

У них состоялся серьезный разговор.

— Значит, так, Миша, — начал Штамм. — Хозяин фонда приезжает в Россию, и мне нужна полная документация о нашей деятельности. Все с начала и до конца, но чтобы ни одного цента, ни одной копейки не было потрачено зря. Все должно быть учтено и на все должны быть подтверждающие бухгалтерские отчеты.

— Эту липу я сделал, а как быть со строительными подрядами… Если он начнет копать, наймет инспекторов-строителей, и они проверят стоимость ремонтов в двадцати детских домах… Тогда что?

— Где мы деньги отмывали?

— Через твою фирму. Там много было.

— Да, много, более ста лимонов. Но, я думаю, до этого не дойдет. Он по России не поедет, поленится. А здесь, в Москве, у нас все четко. Этот офис отгрохали, в Питере похожий, в Сочи пять домов отдыха отремонтировали. Там дети-инвалиды отдыхают.

— А в Подмосковье?

— В глубинку он не сунется. А если сунется, так там есть наш пансионат для ветеранов афганской войны. Там одни инвалиды, пусть на калек любуется.

— Если начнет скрупулезно считать, то нам — крышка. Он накопает такого…

— Не накопает. А если накопает, то мы устроим выезд на охоту в подмосковные угодья, а на ней случится несчастный случай. Ты его пристрелишь и потом отсидишь за это год-другой, и баста. Суд будет с лучшими адвокатами, и сидеть будешь в лучшей тюрьме. Не тюрьма, а рай. Мы сами ее отгрохали на деньги фонда, помнишь?

— Может, кто-то другой, мне не хочется, — воспротивился собеседник.

— Нет, ты. Только на тебя я могу положиться, понял? И не все ж тебе по кабакам и бабам шастать, надо и отплатить за добро.

Воцарилась тишина, а потом послышалась невнятная речь:

— Ну, если неосторожное обращение с оружием и был дефект в ружье, то много не дадут…

— Я тебя уверяю: за америкашку надолго не сядешь. Процесс будет символическим, но зато какие перспективы… Мы свободны, и никто нас не отымеет за наши дела. Мы хозяева жизни, мы миллионеры.

— Хорошо, брат, согласен, но, может, до этого и не дойдет.

— Лучше бы не дошло, но на всякий случай подготовься.

В кабинете послышался скрип мебели, шаги, стук двери, и наконец все стихло.

Сергей еще некоторое время слушал сканер, но в кабинете ничего не происходило. Затем раздался голос Альберта.

— Миша, — произнес Штамм в трубку, — заходи за мной, поедем обедать. Потом вернемся в офис, надо будет поработать.

Послышался щелчок, и все стихло.

Сергей понял, что ждать бесполезно, так как бизнесмен отправился в ресторан. Он выключил лазерный сканер, спрятал в сумку, приготовил видеокамеру и стал наблюдать, когда Штамм выйдет из офиса.

Двери открылись, на улицу начали выходить охранники, а между ними мелькнул хозяин. Он устремился к «Мерседесу» и через мгновение исчез в его чреве. Охранники расселись по джипам, эскорт тронулся, выехал на улицу и сразу попал в пробку.

— Вот так, — засмеялся Сергей. — Без синей мигалки будешь париться здесь час, а может, и два. И ни один гаишник тебе дорогу не перекроет.

Тем не менее через пять минут вонючий железный поток сдвинулся, и эскорт благополучно выехал на оперативный простор.