Геном доминатора - Александр Владимирович Мазин

Седьмая молчала. Боялась: если начнет отвечать, то сорвется. Хорошо хоть шаман перестал источать феромоны. Хорошо если по запаху догадался, в каком состоянии Седьмая.

Хуже, если он заранее знал, как проходит трансформа у принцесс. Только сейчас, после «доверительного» общения с мутом, Седьмая только сейчас начала понимать, насколько глубоко проникли в ее город щупальца Гнезда. Раньше она просто не задумывалась о том, к чему может привести, казалось бы, безвредный товарообмен между городом и мутами. Продукты питания и разные полезные растения на инструменты. Даже с врагом можно торговать, если это выгодно городу. Что за «инструменты» получают муты в обмен на сельскохозяйственную продукцию, она узнала только сегодня. Когда увидела в логове шамана средства коммуникации, доступные лишь городской элите. А трехмерный проектор, который последовательно демонстрировал видео окрестностей гнезда, был собран лишь несколько месяцев назад, если верить метке. И скорее всего для нужд периметра. А теперь обеспечивает безопасность врага.

Можно было догадаться, что ресурсы, которые город выменивает у мутов, это не тяпки и лопаты. У них для этого живые копатели есть.

Теперь, когда Седьмая начала это анализировать, используя в том числе знания взаимодействия людей до Распада, нетрудно было прийти к выводу, что помимо официального обмена, наверняка существовал и тот, о котором Королевы Брянска 3Д не знали. Седьмой было трудно осознать подобное. Мама о чем-то не знала?

Невозможно… было.

Раньше.

Теперь это факт.

Раз мама не знала о мятеже, о предательстве консорта…

Или все-таки знала?

Очень хотелось верить, что недавние события — часть маминого плана. Хотелось. Но разум был категорически против. Слишком велики жертвы. Слишком большие потери понес город… И самая главная — она, Евгения Седьмая. Наследница. Потерять ее — это катастрофа. Это простых солдат можно вырастить и обучить при необходимости за год-полтора. Цикл формирования наследниц дольше на порядок. Мозг — не мышцы. Правильные связи формируются долго и с тщанием, а информация становится знанием лишь тогда, когда мозг достаточно развит и способен ее использовать. Иначе любая локалка была бы способна управлять городом.

Итак, муты знают о городе и о ней куда больше, чем предполагалось. Скорее всего на уровне элиты, от которой скорее всего эти данные и получили. В обмен на… Что?

А вот это неплохо бы выяснить.

Если бы не близкая трансформа, Седьмая скорее всего смогла бы перехитрить мута, несмотря на все его способности. Но сейчас, когда значительная часть мыслительных ресурсов Седьмой занята стабилизацией ее состояния, она чувствовала себя бойцом с привязанной к спине правой рукой.

Что они знают, муты?

Верить не хотелось, но приходилось допустить, что муты сумели взять под контроль элиту города. Возможно даже самого консорта. Это было логично. Ведь если Демьян под управлением шаманов, то все остальное сразу получает логичное объяснение.

Это было страшно. Допуск у консорта практически такой же, как у нее, Седьмой. Уровень управления и доступа высшего приоритета. Способность формировать глобальные директивы и доступ к закрытым базам…

Седьмая спохватилась. Она по привычке погрузилась в анализ, позабыв что ее второй поток сейчас отделен и практически заблокирован. А значит параллельно поддерживать непростой разговор она не могла. И могла пропустить что-то важное.

Пришлось прервать процесс и вернуться в реальность.

Нет, похоже, ничего значимого она не упустила. Ее молчание было принято мутом как колебание.

— … Я всего лишь шаман внешнего круга, — продолжал увещевать Лии. — Стоит доминантам узнать о тебе, девочка, и каждый из них захочет иметь от тебя потомство. И не только ради потомства… — шаман покачал головой, черная грива волос всколыхнулась. — Ты очень красивая девочка, принцесса. А после трансформы станешь еще красивее. Все, кто видел твою старшую генетическую копию, это знают. И доминанты тоже. Посмотри на них, — Лии протянул Седьмой планшет.

«Не наш, старый, сделан еще до Распада», — отметила Седьмая. И сразу забыла об этом, потому что перед ней возникли сразу восемь проекций. Доминанты. Шаманы внутреннего Гнезда. Продукты запрещенных генных технологий. Мерзость. Рядом с ними даже такая тварь, как Лии, выглядел симпатичным. Шаманы как они есть. Убивающие, жрущие, создающие мутов, совокупляющиеся с мутами. И не только с мутами. Седьмую бы вывернуло от омерзения, если бы поток, отвечающий за эмоции и был сейчас забллокирован. Седьмая смотрела. Смотрела, запоминала, искала слабые места…

— Ты увидела, — Лии выдернул у нее из рук планшет. Проекции погасли. — Если ты согласишься, обещаю, что не стану принуждать тебя к соитию. — Наш хилер аккуратно извлечет пару яйцеклеток, и я лично займусь созданием потомства. — Человеческая часть моего и твоего генома. У них не будет вот этого, — Лии похлопал по собственному крупу. — И моей силы и быстроты тоже. Зато мы сохраним все важнейшие функции. И с твоими способностями к анализу они не только эмоции смогут считывать, но даже мысли. Четыре двойные спирали в каждой клетке. Только представь, какая это вариативность!

— Сколько тебе лет? — перебила Седьмая.

— Семнадцать.

— Выглядишь старше.

— Не беспокойся. Я буду жить еще долго. Дольше тебя.

Если забыть о странной расцветке и второй половине туловища внешний шаман был даже симпатичен. Забыть было непросто, даже если бы Седьмая попыталась. Но она не пыталась. Напротив, искала не сходство с человеком, а отличия. Например, она знала, что широченная грудная клетка мута содержит два сердца и здоровенные легкие, состоящие из четырех отделов. А в зверином теле не только пищеварительная система, но и особые воздушные полости, пронизанные множеством сосудов — для дополнительного снабжения кислородом мышечных и иных тканей. Иначе этот зверочеловек был бы не способен к длительным физическим усилиям.

В базах Системы было немало материалов по мутам. Седьмая исследовала все. Но не разделяла восхищения ученых от того, например, как элегантно был решен вопрос аэрации гемолимфы у крупных мутов с базовым геномом насекомых. Она помнила: одна из задач этих «элегантных решений» — убивать солдат городов.

— Может и переживешь меня, — наконец произнесла Седьмая. — Если ваши доминанты или мои солдаты не прикончат тебя раньше,

— Или — тебя, — Лии показал клыки. — Наши доминанты. — И тут же поправился: — Но не хотелось бы. Тебе достаточно принять мое покровительство и ни один из нас не посмеет причинить тебе вред!

— Ты так уверен? — Седьмая отзеркалила усмешку шамана. Вышло не так угрожающе, у нее клыков не было: — Ни один из вас — возможно. Только ты