Древесный маг Орловского княжества (том 5) - Игорь Павлов

прямо в черепушку. Разрушительный ультразвук схлынул, будто тонна груза слетела с моего лба.

— Нет!! — Закричал Мрак и заплакал, падая на колени. — Откуда взялся этот артефакт!! Она не сказала!!

Она… да откуда Белке знать.

Следующий выстрел я дал по Мраку, не особо рассчитывая, что стрела пройдёт поле. А зря! Получается, в тот раз мог намного проще преодолеть его. Стрела прошла и ударилась в Тёмного! Чёрт! Надо было прицелиться лучше, металлическая змея отскочила от его странного нагрудника. Мрак сразу же побежал к Миле!

Не теряя ни секунды, третью стрелу пустил чётко по камню с руной, дабы сбить его! Убойной силы хватило, чтобы сдвинуть его лишь на чуть–чуть. Поле замерцало, но не пропало. Тогда я выстрелил ещё раз и сдвинул уже хорошо.

И тут же спохватился, потому что все змеи ринулись к Миле!!

Сняв браслет, бросился в поле уже под крики Морозовой и остальных. К счастью, поле легко пропустило меня, оказав лишь слабое сопротивление, как будто через тряпку прошёл и прорвал её.

Выпустив пику на ходу, я сшиб второй камень с руной и нейтрализовал поле полностью.

— Он мой! — Раздалось торжествующее от Морозовой. У меня аж зачесалось в глуховатых ушах.

Но Мрак тоже оказался не лыком шитый, он подхватил Милу и быстренько подтащил её к Разлому. Встал за ней, обхватив за талию и подведя к опасному краю.

— Назад! Или я брошу её!! — Закричал, выпучив глаза, как бешеный псих.

Ошалелые соратники встали с обеих сторон в трёх–пяти метрах и замерли. Но тут произошло ожидаемое. Трещина стала сходиться! Тёмный растерялся и даже попятился с моей будущей голой жёнушкой в объятиях.

Не время оценивать, но это мужеподобное тело увидели все. И многие явно посочувствовали мне. Хотя, наверное, графине они посочувствовали больше.

Совершенно не опасаясь этого маньяка и не страшась ничего, Галя двинула со шпагой наголо впереди всех.

— Он мой! — Повторила она злорадно.

— Да будет так! — Воскликнул Мрак, отшвыривая Милу, как безвольную куклу, и вынимая свой магический клинок!

Судя по синему свечению, это у него «Морозко»⁈

Дочку Гали подхватил Благояр и сразу накрыл её плащом. Остальные окружили площадку, где уже завязались в поединке давние враги.

Когда от удара клинков посыпались синие искры, будто у них световые мечи из «Звёздных войн», я понял, что и у Гали клинок с похожим эффектом. Она начала умело фехтовать, но оппонент стал умело и молниеносно отбиваться. Они даже завели беседу во время боя, продолжая выяснять отношения.

В какой–то момент Мрак подставился прямо грудью, и графиня с радостью воспользовалась этим. Но тут случилось вполне ожидаемое, нагрудник ей пробить не удалось, как и подморозить. Пользуясь тем, что женщина открылась, тёмный попытался нанести свой удар. Но тут вмешался я. Потому что меня задолбало на это смотреть. Точным броском кинжала я отбил его выпад, спасая Галю. И с разбега оттолкнул Мрака ногой в плечо. Да так, что он даже покатился.

— Что ты делаешь⁉ — Закричала Морозова, демонстрируя блокирующий серебряный сай.

С подорванными барабанными перепонками всё воспринимается, как звуки из дешёвых колонок. Совсем не впечатляет. Однако до меня тут же дошло, что я прервал разящий контрудар самой графини. Похоже, она всё–таки побеждала…

— О, Ярослав! А я тебя недооценил, — заговорил Мрак, пытаясь быстро подняться.

— Всё, надоел это детский сад! — Воскликнул я и бросил ему под ноги орешек Белки, заранее зажмурившись.

Тёмный вряд ли ожидал такого поворота. И ахнув, рухнул даже на бок. Видимо, у него там что–то важное нейтрализовалось, дающее сил.

Пока все хлопали глазами с бельмом, я без всяких церемоний нашпиговал его пиками прямо из руки в упор, раздолбив голову в решето. Это чтоб наверняка.

Когда все пришли в себя, я уже спокойно снял с него нагрудник, амулет, два кольца да родовой перстень и прикарманил меч «Морозко» вместе с красивыми расписными ножнами. Ну а что? Моё.

Но никому не было дела до трофеев. Все окружили Морозову, которая перехватила свою дочку у Благояра. А следом громко зарыдала.

Вскоре и до меня дошло, что Мрак обратил Остромилу в волколака. Твою ж… мать.

Галя рыдала полчаса, а то и больше. Очнувшаяся Мила стала уверять её, что с ней всё хорошо. Что всё наладится.

— Ярослав с тобой? — Спросила она почти сразу. — Он жив?

— Да, куда ему деться? Жив, моя милая. Без него мы бы не одолели Мрака.

— Как я рада, маменька. Мой любимый рядом…

Даже эти слова не пробрали меня, они обозлили только больше. Захотел остаться в стороне, и даже не понял, как поднялся на стену, с которой увидел, что сотворил Гейзар своим воем. Сотни волколаков с полопавшимися головами вдоль берега. Вот это нехило пуделёк дал. Видимо, в его силу и защиту Мрак вложился больше, чем в себя.

— Прости меня, дочь, — раздалось от Морозовой уже спокойно.

В груди моей вдруг задавило. Ибо стало так погано от осознания, что у меня есть такой выбор.

Я могу излечить Остромилу Зерном, и тогда мы поженимся.

Я могу просто оставить всё, как есть. И Морозова мне слова не скажет. Она сама отменит свадьбу.

Глава 7

Вот так сюрприз!

Несмотря на уверения Милы, что она не чувствует никакого зова и желания покусать кого–то, её руки всё равно перевязали верёвкой. А затем и вовсе замотали цепью. В действиях Гали, которая взялась за это сама, прослеживалась резкость и ожесточённость.

Однако надо отдать должное мужеству её дочери. Если поначалу она не поверила, то позже приняла новость о своём проклятье достаточно спокойно.

— Теперь я останусь жить в Бестиарии, да? — Блеяла обессилевшая Мила, как овечка. — Ярослав, ты будешь меня навещать?

— Да буду, буду… — процедил я, стараясь вообще на неё не смотреть.

Пока они возятся и сопли жуют, отошёл в сторонку и поискал сканером сундуки. А затем отправился по направлению в цитадель. На удивление внутри, как у людей. Уютно и обжито. Много хорошей мебели, всяких побрякушек. А потом потянулись клетки… Первая половина с уже дохлыми волколаками, похоже, от недавнего страховоя. На этаж ниже, вероятно, благодаря закрытой двери, все уже живые.

При виде меня заточённые волколаки сразу забились о прутья, показывая свою агрессию. Не все здесь перекинувшиеся в зверей, сидят на цепях и девочки совсем, и пацаны. Мрак, ну