Отец подруги. Запретные желания - Лана Пиратова

Нет, конечно.

Я отлично помню, как после всего он лег рядом и стал целовать меня. Так мягко и так нежно, что мне кажется, я таяла под его губами и руками.

А потом он отнес меня в душ. И там его руки гладили мое тело, смывая следы.

Что я натворила?

Сажусь в кровати и с ужасом смотрю в стену.

Быстро оглядываюсь в поисках одежды. Майка и леггинсы на стуле. Встаю, чтобы взять их. И тут дверь в комнату распахивается.

— Ой! — восклицаю я и запрыгиваю обратно под одеяло.

Слежу за мужчиной, натянув одеяло до глаз.

Отец Лики заходит. Улыбается. Уже одетый, в майке и джинсах.

Садится на кровать рядом. Берет мою руку и подносит ее к губам.

А мне страшно. Ночью так страшно не было. А сейчас прямо чувствую, как коленки трясутся под одеялом.

— Как ты, Птичка? — спрашивает он и проводит рукой по моим волосам. — Ничего не болит?

Мотаю головой.

— Голодная, наверное? Завтракать будешь? — и улыбается.

— Я… ой! Мне же собираться надо! За мной сейчас Женя приедет! — вспоминаю я. — А который час?

И хочу встать, но я же голая! Не могу перед ним.

— Успокойся, — смеется он. — Никуда тебе не надо.

— Но Женя…

— Он уже был, — спокойно отвечает Николай и я удивленно смотрю на него.

— Как… был?

— Ну, он заехал. Мы поговорили. И он уехал, — пожимает плечами. — Нормально все.

— Что… что вы ему сказали? — мне кажется, я бледнею.

— Влада, — зовет он меня с улыбкой.

Смотрю на него.

— Давай ко мне на «ты», да? И без «Евгеньевичей»? После того, что было ночью, это как-то странно. Не находишь?

Прикусываю губу.

Он кладет руку мне на скулу и большим пальцем проводит под нижней губой. Смотрит на нее.

А потом зажмуривается и громко выдыхает.

Резко встает.

— Одевайся пока и спускайся вниз. Завтракать будем, — говорит он. — Жду тебя на кухне.

Наклоняется и быстро целует.

— А можно я в свою комнату пойду переодеться? — спрашиваю я.

— Можно, — улыбается. — Тебе можно все, — и подмигивает.

Выходит за дверь. Я быстро надеваю майку и леггинсы и бегу вниз. К счастью, с ним больше не пересекаюсь.

В комнате переодеваюсь и смотрю в зеркало.

Губы опухшие от поцелуев. На шее красные следы то ли от щетины, то ли от его укусов.

Мамочки…

— Птичка! Ты там не уснула? — зовет меня Николай.

И я решаюсь выйти.

Иду на кухню.

— Что вы… то есть ты сказал Жене? — сразу спрашиваю, как только вхожу в комнату.

Николай морщится.

— Сказал, что ты никуда не поедешь. Так устраивает?

— Но мне надо в общагу. Я договорилась. Меня ждать будут. Если я не приду…

Он подходит и обнимает меня. Прижимает к себе. И мое лицо оказывается уткнувшимся в его грудь.

Закрываю глаза, чувствуя его запах.

— Успокойся, Птичка, — шепчет мне в волосы. — Ты нервничаешь. Я понимаю. Но никуда тебе не надо. Никакой общаги. Никакого Жени. Думаешь, после этого я тебя куда-то отпущу? Все, Птичка, попалась, — и рукой сжимает мою попу.

Поднимаю на него взгляд и он, дернув уголком губ, наклоняется и накрывает мой рот горячими губами.

Как же он целуется!

Одно касание и я пола не чувствую. Плыву как будто. Как будто меня несет по волнам.

Его язык мягко скользит по моим губам, деснам. Касается моего языка.

— Ты офигенная, Птичка, — шепчет, отпуская губы и целуя меня под ухом.

И я невольно поджимаю плечо, ощущая мурашки там.

Короткие поцелуи на шее. И снова в губы. Уже жестче. Требовательнее.

Меня накрывает туманом. Сознание рассеивается.

И тут громкий рык и резкое освобождение.

Открываю глаза — и вижу перед собой нахмуренное лицо Николая.

Глубокий вдох и громкий выдох.

— Фух! Нельзя. Давай завтракать, — строго произносит он и за попу толкает меня к столу. — Завтракаем, а потом я кое-что тебе покажу, — легкая улыбка и подмигивание.

Глава 29. Птичка

— Где мы? — спрашиваю я, осматриваясь.

Странное здание.

— Пошли, — отец Лики берет меня за руку и тянет внутрь.

Мы заходим и я рот раскрываю от удивления. Сколько же здесь зверушек! Вольеры и клетки с разными животными стоят вдоль стен.

К нам подходит милая девушка.

— Здравствуйте, Николай Евгеньевич, — улыбается она.

— Здравствуй, Саша, — отвечает он. — Это вот Влада. Покажем ей наши владения? — приобнимает меня за талию и чуть толкает вперед.

— Конечно! Пойдемте! — и девушка приглашает нас пройти. — Ой, нам сегодня совенка привезли! — восклицает она. — Хотите посмотреть?

Перевожу взгляд на Николая. Он улыбается.

— Да! — отвечаю я.

Девушка подводит нас к огромной клетке.

— А где совенок? — спрашиваю я, пытаясь разглядеть его.

— Спрятался. Сейчас. Это Гоша.

И она открывает клетку и достает маленькую белую сову.

— Ой! — вырывается у меня. — Откуда он здесь?

— Маму у дерева нашли мертвой. То ли съела не то что-то, то ли сшиб кто. А в дупле Гоша испуганный сидел. Ну, ребята и принесли к нам. Знают уже, что всех берем. Погладьте, не бойтесь.

Я нерешительно протягиваю руку. Касаюсь совенка, но быстро отвожу руку. Не хочу его пугать.

Потом мне показывают других питомцев. Особенно мне нравятся котята.

Я так увлекаюсь, что забываю о Николае. Оборачиваюсь в поисках его и тут же натыкаюсь на насмешливый взгляд. Мужчина стоит у стены и наблюдает за мной.

Опускаю взгляд.

— Это приют для животных? — спрашиваю я, когда мы выходим из здания и идем к машине.

— Да, — Николай помогает мне сесть и тоже садится. — Это мой приют для животных.

— Твой?

— Да, — улыбается. — Несколько лет назад Лика принесла домой котенка, которого нашла на дороге. Потом еще одного. Когда она принесла третьего, я решил, что легче построить дом для всех последующих котят и прочей живности, которых принесет мне дочь, — смеется.

Тоже улыбаюсь.

— Тебе понравилось? — спрашивает он, проводя рукой по моей скуле.

— Да, очень! — киваю.

— Ну, я так и думал. Проголодалась?

Опять киваю.

— Тогда поехали, поужинаем, — приближается и целует меня. — Черт, — не отстраняется сразу. — Так долго тебя не касался, что ломку почувствовал.

И от его слов и обжигающего шепота мурашки пробегают по груди, вниз и заставляют поджать меня пальчики на ногах. И дыхание сбивается.

Он проводит рукой по моей скуле.

— Так нравишься ты мне, Птичка. С ума схожу просто, — шепчет, касаясь губами.

Чуть поворачивается и впивается в мои губы. Влажный жаркий поцелуй, от которого голова начинает кружиться. Я еще ни разу в жизни не чувствовала ничего подобного. Только от его поцелуев.

— Я съем тебя, — усмехается он, глядя в