Чёрная Рука - Иван Романов

— Да, это так, но тогда я видел в фехтовании хобби, не больше.

— А что ты видишь сейчас? - пытаясь не проявлять интереса, спросила Элинализ максимально безразлично.

— Сейчас я вижу в нём оружие, с помощью которого смогу прожить на несколько дней дольше.

— Неподготовленное тело никогда не освоит ни фехтование, ни эльфийскую магию. В случае человека это правило возводится в абсолют.

— Я уже нарушил одно из нерушимых "правил" эльфов, заключив контракт с духом. Я умею совершать невозможное и это доказывается тем, что я все еще жив.

— С таким острым языком ты будешь жить недолго, увалень, - хмыкнув, она демонстративно отвернулась, скрестив руки на груди.

— Ладно-ладно, успокойтесь. Нечего затевать драку, - Лайт всеми силами старался наладить отношения между ними, но получался, в лучшем случае, обратный эффект.

Личную неприязнь к людям, испытанную годами и многими войнами между двумя расами, наполненными ненавистью друг к другу, мало чем можно смыть. Зачастую, кровные враги из эльфов и людей даже не успевают примириться и умирают раньше. Порой всей жизни не хватает на решение этой проблемы. И лишь немногие из самых сознательных представителей знают, что рано или поздно им придется примириться, пусть это и будет сделано невесть когда. Лайт, чьей мечтой было примирение обеих рас, горел этим и ставил на Фридриха всё, что у него было. Он не знал, станет ли он легендой среди людей, но если человек, обученный эльфами, сможет возвыситься на самый верх, то и иные люди взглянут на своих косвенных благодетелей, эльфов по-другому.

— Ты не понимаешь ценность жизни, - вдруг, раздался незнакомый голос со стороны. Вся компания повернулась к источнику звука и мужская ее половина с удивлением приподняла брови.

Поразительно милая эльфйка с правильными чертами лица, уплотнениями где надо, стояла неподалёку, в двух десятках метрах от них. В руке она держала пучок целебных трав, с которых сыпался порошок песочного цвета, напоминавший по виду корицу. Она аккуратно поправила свою длинную золотую косу, явно смутившись из-за взглядов Лайта и Фридриха.

— Ладно этот жалкий человек, но вы-то куда? - Элинализ строго обратилась к старейшине, не взирая на статус и пропасть в силе между ними.

— К прекрасному грех не прикоснуться, - как на духу выдал Лайт, окончательно вгоняя в краску девушку, котрая и без того была пунцовой.

— Ы-а-а-а-ах! - неразборчиво вскрикнула Элинализ, явно перенапрягшись из-за неожиданного стресса, - черт со всеми вами!

— Подожди! Не убегай! - произнесла в ответ незнакомка, но её и слушать не стали. Она поникла, а ее тонкие ушки чуть опустились, - простите, я вмешалась в чужой разговор.

— Не стоит извиняться, мы сами виноваты. Ее поведение - лишь следствие недавней перепалки, возникшей между нами, - попытался утешить ее Фридрих, совсем позабыв о воздействии на его тело сорока килограмм дополнительной нагрузки.

— Нет, что вы... Я.. Просто я понимаю, что ее гложет и примерно представляю, как разрешить ее кризис принятия, но она упорно не хочет этого делать, совсем как раньше...

— Как раньше? - на сей раз спросил Лайт, - вы ее знаете?

— Как не знать, она моя лучшая подруга.. Пускай и бывшая. Она всегда была такой.. такой импульсивной. Если ей что-то взбредет в голову, то она до самого конца станет этим одержимой. Начиная с моего нынешего парня, - после этих слов интерес что Лайта, что Фридриха заметно поугас, и едва различимые звезды в глазах парней сменились обычным зрачком, - и заканчивая тем, что происходит сейчас.

— Импульсивностью от неё разит за километр, это далеко не секрет, - ответил Фрид, складывая руки на груди.

— Сначала она до умалишения добивалась Стефана, моего возлюбленного, доходило даже до драк и поножовщины. Несмотря на все отказы и мои просьбы прекратить, она хотела меня убить, - ее руки заметно задрожали, - но мне помогли посторонние. Когда она подуспокоилась, ее сестра погибла в людском обществе. Она убивала каждого человека в эльфийском лесу, особенно измываясь над мужчинами и даже сейчас я вижу, что вам грозит опасность, молодой человек. Она не обычная девушка, она не станет пускать все на самотёк. Будьте с ней предельно осторожны. Мне пора, спасибо вам за поддержку.

Она скрылась в лесу также быстро, как и появилась, не оставив после себя ни следа, словно чрезвычайно опытная охотница или разведчица.

— Это многое объясняет, - согласно закивал Лайт, - мои методы не работали на ней потому, что они не заточены под ее характер. А он, мягко говоря, сложный. Что ж, ладно, будь что будет, но нам пора вернуться к тренировкам, как считаешь? - он обратился к ученику, состроив на лице полуулыбку.

— Лучше её пока не трогать, вот что я думаю. А тренировка... Я не против, давайте продолжим.

Лайт кивнул и едва Фридрих потянул ногу назад, чтобы отойти, как в его левый бок прилетел удар ногой, сравнимый по силе с ляганием быка. Почти все ребра по левой стороне были раздроблены, а многочисленные их осколки вонзились в сосуды, капилляры, вены и органы. Сам же Фридрих отлетел на пару десятков метров, в конце вписавшись спиной в мощный дуб, пророставший здесь тысячелетиями, судя по виду.

— Не используй ману. У тебя есть наследие для регенерации! - воспрещал Лайт, перемещаясь к Фридриху так быстро, что это было похоже на телепортацию.

Приблизившись почти вплотную, он выбросил руку вперед, тем самым нанося удар в лицо. Фридрих попытался было использовать ту же фишку, что и в бою с куклой, схватив ту за руку, но Лайт быстро пресёк эти нелепые хитрости, в конце остановив руку прямо перед носом парня. Фрид не смог даже сдвинуть с места эту скалу из мышц, наполненную боевым опытом в таком количестве, что во всем белом свете ему вряд ли можно найти соперника по силам.

Затем последовал удар коленом прямо в солнечное сплетение, также откинувшее Фридриха на приличное расстояние. Казалось, Лайт методично и не особо напрягаясь, дробил только ребра, но урон распределялся по всему телу, оседая в особо уязвимых точках. Вдруг, в глазах засвербило. Плечо загорелось ярко-красным инфернальным пламенем. Наследие активировалось на удивление рано, что красноречивее тысячи слов говорит о количестве полученного урона.

Кое-как приземлившись на колени, Фридрих не успел даже поднять взгляд, как его впечатал в землю сокрушающий любую волю к сопротивлению удар ногой