Джунгли убивают нежно - Негривода Андрей Алексеевич

– Все мои люди готовы участвовать в этой операции, мон женераль...

– Вот как?.. Что ж... Тогда, видимо, я что-то не понял в твоем плане, Кондор... Давай-ка ты повтори мне все с самого начала и до самого конца! Может, я и в самом деле упустил что-то важное...

– Хорошо, мон женераль. Значит, так...

План Кондора был довольно незамысловат, но очень сложен и опасен в своем исполнении.

Зимбабве, как известно, не имеет морских границ. А потому и проникновение группы Кондора в страну морской высадкой было нереально. Оставался единственный путь – десант. Вот тут-то и начинали возникать первые проблемы. От острова Майотта до места предполагаемого падения американского штурмовика было немногим менее полутора тысяч километров. Ясно, что ни один вертолет не способен преодолеть такое расстояние и вернуться назад – запас топлива вертолета рассчитан до тысячи километров, то есть радиус полета составлял 500 кэмэ, здесь же расстояние было втрое больше. Да и, кроме того, километров около двухсот надо было бы лететь над территорией Мозамбика, государства более чем дружественного Зимбабве. Этот путь для группы Кондора был заказан.

Оставалось проникновение с юга, примерно по тому же маршруту, который проделал исчезнувший штурмовик. Сейчас, наверное, многие штабные стратеги улыбнулись и покрутили пальцем у виска. И они правы! На все сто! Потому что высаживать десант с малоскоростного вертолета в том месте, где умудрились сбить современный сверхзвуковой военный штурмовик, затея, мягко говоря, не умная. Да и до ЮАР еще долететь надо! А здесь ни много ни мало почти три тысячи кэмэ над океаном.

Проникать же через границу пешим порядком со стороны ЮАР было еще большим сумасшествием.

Кондор остановился на втором и, наверное, самом опасном, вертолетном варианте...

Все должно было начаться с того, что их группу транспортным «Геркулесом» перебросят на американскую военно-морскую базу в Порт-Элизабет. Дальше палубные винтокрылые «Sea Hawk» доставляют бойцов на борт американского фрегата, который курсировал в нейтральных водах на траверзе границы ЮАР и Мозамбика. Отсюда до предполагаемой точки назначения было километров 500—550, что было достижимо палубными вертолетами, если увеличить их радиус полета кэмэ эдак на двести, подвесив на турели дополнительные топливные баки. Правда, лететь нужно было напрямую, над территорией крохотного Свазиленда, но правительство этого государства, как и Ботсваны, относилось к американцам в своем воздушном пространстве абсолютно терпимо, если не индифферентно: «Летают, ну и фиг с ними! Пусть летают! Значит, им надо!» С этой стороны проблем не предвиделось.

Два винтокрылых детища бюро Сикорского должны будут войти в воздушное пространство Зимбабве ночью, в «собачью вахту»[27] , ближе к ее концу. На бреющем полете, прижимаясь к земле так, чтобы состригать верхушки кустов, тогда есть шанс, что проникновение пройдет незамеченным – на такой высоте никакой радар не способен увидеть «летающий объект». Высадка десанта по-штурмовому[28] , по ходу вертолета и тут же марш на пределе сил – «конный вариант». Десантирование должно было занять не более двадцати секунд на каждый вертолет, с учетом того, что в каждом покоились до времени еще и по два тюка с надувными лодками, снаряжением и боезапасами. Суть такой спешки – спасти себя и пилотов вертолетов. При скорости в 250 кэмэ в час эти «извозчики» все равно будут над территорией Зимбабве не менее двадцати минут. И если будут случайно обнаружены каким-нибудь радаром или даже просто глазами ретивого служаки, то этого времени вполне достаточно, чтобы поднять с аэродромов пару-тройку перехватчиков. А в этом случае конец будет всем: и вертолетчикам, и группе Кондора. Такая математика.

Ну, а дальше... Сплошная неизвестность.

– А дальше? – задал тогда законный вопрос Жерарди.

– А дальше будем идти по азимуту, вдоль полетного маршрута штурмовика до точки его исчезновения с радаров... Дальше взвод делится на две автономные группы и начинает поиски... Удаление групп – дальность действия «Фальконов»[29] ... Но это уже исходя из местных условий... Рассыпемся веером и будем искать...

– Авантюра чистой воды! Смертельно опасная авантюра, Ален! Так летчиков в этих дебрях можно искать до второго всемирного потопа!

– Других вариантов, Спайдер, все равно нет! Потому что нет никаких отправных точек, кроме полетного маршрута. Нет ничего. Даже уверенности в том, что летчики у них! А вдруг их не сбили, а у штурмовика банально отказал двигатель и правительство Мугабе до сей поры не знает о том, что американские летчики-«нелегалы» находятся на их территории? Ведь никаких политических заявлений не последовало!.. От этого «ничего» и будем отталкиваться...

Жерарди молчал около десяти минут.

– Что ж, Кондор... Я тоже не вижу иных вариантов... Будем надеяться на профессионализм твоей команды. Раз больше не на что... – И тут он обратился к Стару: – Вы опытный человек, капрал-шеф, что вы думаете о плане операции?

– Чиф все правильно сказал и, как принято в разведке, посоветовался с членами группы – это наше коллективное решение, мон женераль, мне нечего добавить.

– Чиф? Почему Чиф?

– Это от английского Chef, что созвучно его званию и по-французски Adjudant-Chef.

– Но Chef в английском означает повар!

– А разве Ален не заваривает сейчас крутую кашу, мон женераль? – улыбнулся Стар.

Жерарди улыбнулся в ответ:

– Это так!.. Что ж, Кондор, на время этой операции твой позывной Чиф... Будем надеяться на то, что у тебя получится это «варево» и мы все вместе им не поперхнемся...

...В Порт-Элизабет они прибыли в 10.00, 13 апреля...

Транспортный самолет с позывными «Дельта-Чарли ноль двенадцать» ждали. А как только он закончил свою рулежку по полосе и, остановившись наконец, стал открывать заднюю аппарель, к нему немедленно подкатил открытый армейский «Хаммер».

Взвод, не обращая ни малейшего внимания на пассажиров джипа – мало ли кто тут мог приехать поглазеть на французских «Диких Гусей», – стал неторопливо, без суеты выгружаться на бетон «взлетки».

– Помочь, военные?

Неприкрытая ирония звучала в этом вопросе, но... К удивлению «молодых» бойцов взвода, «старички», не сговариваясь, побросали свое снаряжение и с белозубыми оскалами, потому что улыбками это не решился бы назвать даже самый креативный режиссер Голливуда, галдя, как первоклассники, стали тискать в своих объятиях двоих крепких и по форме закамуфлированных мужичков.

– Черти полосатые! Бродяги! Вот и встретились! – орали они в несколько глоток. – Ну что, теперь прогуляемся вместе?!

Когда же улеглись первые страсти, настала очередь Кондора:

– Жду доклада, господа военные! – произнес он, улыбаясь.

Двое вытянулись по стойке «Смирно!» и доложили по Уставу:

– Шеф-капрал Tease (Задира) и шеф-капрал Waterman (Водяной) прибыли для совместной прогулки по местным джунглям, мистер шеф-адъютант!

Кондор решил проявить «командирскую суровость»:

– Во французской армии, солдат, приставка «старший» или «шеф» произносится в конце произнесенного звания, например «капрал-шеф»!

– Да хоть посредине! – прыснул смехом Задира. – Шеф – он и в Африке шеф! Где вы лазите, засранцы, мы вас тут уже два часа ждем?!

– Башибузуки, мать вашу! – сдался, наконец, Андрей. – Вольно! Разойдись!

Задира тут же ринулся обнимать своего старого друга.

...Теперь, спустя пятнадцать часов, они все вместе, двадцать восемь прекрасно тренированных бойцов взвода Кондора, вот уже три с лишним часа двигались навстречу неизвестности со скоростью примерно в 150 кэмэ в час...

...Здесь, в этих широтах, светает, так же как и темнеет, резко и неотвратимо. И утро, и вечер тут практически отсутствуют – полчаса, и вот тебе уже день, полчаса, и уже ночь. Солнце словно срывается с невидимой нитки и падает после жаркого дня, или словно его выстреливают на небосвод из катапульты после довольно прохладной ночи...