Джунгли убивают нежно - Негривода Андрей Алексеевич

– Думаешь, будет дело? – Стар как-никак был в его группе самым старшим и по возрасту, и по «бывшему» званию, и по опыту, потому-то Андрей и обратился именно к нему.

– А ты все еще сомневаешься?

– Уже нет.

Стар смотрел сквозь лобовое стекло на взбесившегося предводителя «партизан», который лупил своим мощным ботинком в дверцу своего же джипа.

– И правильно делаешь, ком. Теперь только один вопрос: «Где и когда?»

– Когда, понятно – не могут засадники удалиться на приличное расстояние от основного эскорта, потому как опасно. Ладно, даю расчет на десять кэмэ. – И взялся за рацию: – Вайпер, ответь Первому!

– На звязенци! – немедленно последовал ответ.

– Готовность «Раз!», Гадуш! Мы начинаем движение!

– Принял, пан сержант! Зробим!!! Конец связи!

Кондор запихнул рацию в карман разгрузки и посмотрел на своих товарищей:

– Вот и ладушки, господа военные... Стар! Начинаем движение! И будем надеяться, что у черномазых больше не найдется ни одной рации...

– Иначе все будем в их же большой и черной заднице, – продолжил мысль Стар и бросил в микрофон единственное слово: – Поехали!!!

Тяжелые, словно два гиппопотама, выбравшиеся на сушу, два «Хаммера», переваливаясь на кочках и промоинах, сдали назад и, развернувшись и выстроившись в маленькую колонну, рванули на помощь команде Вайпера, а таковая капралу, и Андрей это чувствовал кожей, понадобится очень скоро, если уже не прямо сейчас...

Их трясло и бросало на жестких сиденьях тяжелых джипов так, словно они не ехали по дороге, хотя какая это была дорога(?!), а катились по каменистому склону, закупоренные в металлической бочке. Уже каждый «нащупал» своей головой какой-нибудь железный выступ или крючок в спартанской обивке этого авто, а кто и по нескольку раз, но на такие мелочи никто теперь не обращал внимания – их мысли озвучивал Кондор, который сидел на переднем пассажирском сиденье:

– Быстрее! Еще быстрее давай!!! Ну же!!!

Стингер вцепился в руль так, что побелели пальцы, а губы превратились в узенькую белую полоску.

– Взлетать будем, коммандер-р! Гы-цца!!! – Джип подбросило на очередном трамплине так, что, пролетев не менее двух метров, он со всего маху бухнул в огромную лужу, поднимая трехметровый фонтан брызг.

– Ы-ы-гых-х!!! – гукнули глухо за спиной Кондора голоса, да и он сам налетел грудью на поручень.

– Да-а-вай, взлетай, капрал, только поскорее-е-э!

Эта бешеная скачка с препятствиями, потому что ездой это нельзя было назвать ни при каких условиях, закончилась через восемь минут так же внезапно, как и началась, – «Хаммер», в котором сидел Андрей, словно бешеный носорог, ломая кусты и мелкие деревца, вдруг выскочил на довольно большую, никак не меньше пятидесяти метров в диаметре, поляну.

– Стоп!!! Всем к машине!!! Занять оборону!!! – рявкнул Кондор так, что его, наверное, и без рации услышали бойцы второго вездехода – прямо посредине прогалины стоял расстрелянный, и это было заметно невооруженным глазом, на спущенных, простреленных колесах джип команды Вайпера.

Хотя Андрею совершенно не требовалось напрягать свои голосовые связки – его «гуси» и сами знали, что делать. Крик вырвался как-то сам по себе, от страха за тех, кто попал в эту западню.

Дальше завертелось, как в голливудском боевике.

Дым. Грохот выстрелов. Его бойцы были словно бестелесные призраки, перемещающиеся навстречу автоматным вспышкам и не прекращающие поливать свинцовым огнем джунгли. Разрывы гранат. И... Ломающая, давящая на уши тишина... «Полторы минуты...» – отметил Андрей, машинально взглянув на часы, и покачал головой недовольно.

Реальное время встречного боевого столкновения. И это время совершенно отличается от тех затяжных голливудских боев, которые длятся часами, а иногда и сутками. Чушь полнейшая!!! Для того чтобы вести интенсивный бой несколько часов, необходимы боеприпасы. Тридцатипатронный рожок «калашникова» выплевывается за три секунды, а уж «американочки» «М-16» и того быстрее! И что дальше?! Сколько может унести на себе снаряженных магазинов каждый боец спецподразделения, находясь в глубоком, многодневном рейде? Десяток? Не больше, потому что есть еще и другая амуниция и средства для выживания! Он, этот боец, и так похож на вьючного мула, таща на себе порой до 40 кг! При этом есть неизменное правило спецназовца – «Никогда не расстреливать весь боезапас!», мало ли что тебя ждет дальше, ведь не будешь же ты использовать свое оружие вместо дубины!.. Встречный бой – он почти всегда на «длину рожка»! Поэтому полторы минуты – это даже много, это потому, что «засадники» упорные попались или бестолковые.

– Капралы! Доложить о личном составе по своим группам! – прохрипел Кондор в микрофон.

Немного першило в горле от запаха сгоревшего пороха. У него от этого запаха всегда першило и всегда садился голос, хоть за столько лет и должен был бы уже привыкнуть к нему, ан нет! А может, это адреналин, выброшенный в кровь мощным потоком, ударял со всего маху по голосовым связкам, кто знает?.. Но после боя голос Филина всегда был «с трещинкой».

– Вайпер – Кондору! Двое пораненных.

– Принял!

– Питон – Кондору! Один «трехсотый»!

– Принял!

– Стар на связи! У меня «двухсотый»...

– Кто?

То, что были раненые, Андрея ничуть не удивило – противник у них был более чем серьезный, но вот сообщение о том, что есть и погибший, больно ударило в сердце.

– Из последнего пополнения... Молодой-зеленый... Ломанулся к кустам в полный рост, его и срезали... Хороший парнишка был... Жаль!

– Любого жаль, майор! Любого!!!

Пыль и копоть понемногу осели, прибитые к земле тропическим дождем, и стали видны и срезанные свинцом кусты, и несколько небольших воронок от наступательных гранат.

– Осмотреться по кустам!

Несколько камуфлированных теней метнулось в разные стороны, и через некоторое время Кондор получил доклады о том, что в ближайшей «перспективе» противника не обнаружено.

– Хорошо. Стар, выставляй охранение по периметру, остальным – сбор группы у вайперовского «Хаммера».

Ощетинившись автоматами и пулеметами в сторону джунглей, на поляне стали появляться бойцы взвода сержанта Ферри. Перепачканные грязью с ног до головы, так что белели только зубы и глаза, а глаза к тому же еще горели злым огнем боевого азарта, они, словно черти из преисподней, готовы были в этот момент разорвать на клочки любого, кто покусился бы на окружавшую их тишину... Затем на поляне появились двое импровизированных носилок. На первых сидел, сжимая свою «М-16», такой же замызганный, как и его сотоварищи, «чертик», зло зыркая по сторонам, единственная разница между ними была в том, что его левое бедро было не очень аккуратно, прямо поверх камуфляжа, перемотано грязным бинтом. На вторых же не наблюдалось никакого движения – лежавший на них боец был накрыт с головой. «Удвухсотился еще один братишка... Земля тебе пухом!» – подумал Андрей.

– Добро, Стар... – Андрей тяжело поднялся с земли. – Грузимся в «живые» джипы – и ходу отсюда... Гадуш!

– Я, пан сержант!

– Тебе и твоим парням отдельное спасибо – вы приняли самый первый удар. Это будет отмечено в рапорте для Паука!

– То наша справа, пан коммандер!

– Да, Збигнев. – Андрей заговорил так тихо, что сам себя едва слышал: – Это действительно наша работа – подставлять свои головы и умирать, когда потребуется. Ладно!.. Бог не выдаст – черномазая свинья не съест, подавится!..

10 апреля 1999 г. Сомали. Джибути

«А cheval, l’escadron!»[21]

... – Ну что, ком, пронесло на этот раз?

Стар обращался к Андрею, но вопрос был чисто риторическим. Три пропыленных до такой степени, что невозможно было угадать их первоначальный цвет, «Хаммера» команды сержанта Кондора медленно и даже как-то степенно въезжали на территорию военной базы. Эту базу на окраине Джибути «делили» между собой полубригада американских морских пехотинцев и 13-я полубригада Иностранного легиона, к которой и был временно приписан отдельный взвод «коммандос» сержанта Ферри.